Пионеры диких земель (СИ) - Блейн Марк

Тень, объятая пламенем, корчилась в агонии. Она металась из стороны в сторону, пытаясь сбить огонь, но это было бесполезно. Горящая жижа лишь растекалась по её телу, прожигая его до самого основания. Её ментальная атака тут же прекратилась, сменившись беззвучным, отчаянным криком боли, который бил по мозгам не хуже любой психической волны. Часть её армии, которая двигалась на наш фланг, замешкалась, их повелитель умирал у них на глазах.

Но у нас не было времени наслаждаться этим зрелищем. Вторая часть вражеской армии, ведомая Скорпионом, уже докатилась до наших баррикад. Это было цунами из хитина, жвал и ядовитых жал. Они лезли друг на друга, по телам своих павших товарищей, волна за волной, пытаясь прорваться сквозь наши укрепления.

— Держать строй! — рёв Рорха перекрывал грохот битвы.

Стена щитов легионеров приняла на себя первый, самый страшный удар. Раздался оглушительный треск, как будто ломались сотни сухих деревьев. Это хитиновые тела тварей врезались в окованные сталью щиты. Первые ряды атакующих были просто раздавлены напором тех, кто шёл сзади. Перед баррикадами мгновенно выросла гора из разорванных, корчащихся тел, которая тут же стала для остальных своеобразным пандусом.

— Коли! — командовал фон Штраубе, и из-за стены щитов, как жала гигантских пчёл, вылетали острые наконечники из «синей стали».

Бойцы работали методично, без суеты. Удар, крик, ещё удар, каждое движение отточено и эффективно. Твари, которым удавалось взобраться на гору трупов и дотянуться до верха баррикады, тут же насаживались на пики.

На флангах, где баррикады были не такими высокими, закипел ближний бой. Орки Урсулы, с яростным рёвом, сдерживали напор, их секиры работали без остановки, превращая всё вокруг в кровавый фарш.

— Ястребы! Огонь по крупным целям! — командовала Лира.

Снайперы, расположившиеся на уступах, выцеливали самых больших и опасных тварей, тех, что пытались протаранить наши укрепления. Битва превратилась в ожесточённую, кровавую мясорубку. Мы держались, но я видел, что надолго нас не хватит. Тварей было слишком много, они давили массой, и с каждой минутой их напор становился всё сильнее.

Но все же, Генералам удалось нас удивить. Мелкие твари-разведчики нашли место, которое плохо просматривалось, а вокруг было мало постов. Первыми из неприметной норы вылез небольшой таракан, который аккуратно перебегал от одной тени к другой. Поняв, что здесь почти нет солдат, вернулся к норе, быстро застрекотав в темноту. Спустя несколько минут из норы вылезли несколько десятков других тварей. Разбившись на группы, они атаковали патрули, набрасываясь одновременно на всех бойцов, не давая поднять шум. В это время шахтеры подземных пробили еще несколько потоков из которых повалили разные твари, жаждуюие плоти. Да среди них не было особо сильных, ставка была на скрытность и накопленное количество.

Но диверсантам не повезло. Когда они атаковали очередной патруль, на них вышли сменщики, в том числе здоровенный кошак, который тут же ударил огненный волной, сметая всех тварей. А затем он издал протяжный вой на фоне грохота выстрелов.

Твари ускорились, поняв, что скрываться не было смысла, но было же поздно. Волну встретил залп двух сотен винтовок и десятки гранат, а затем ударили пятеро кошек, добивая всех, кто успел сформировать первый ударный кулак. Дальше было техники, из резерва выдернули сотню щитоносцев, после чего фаланга начала планомерно давить тварей обратно к месту прорыва. Еще через десять минут гномы заливали жидкий огонь в проделанные туннели. Предсмертный визг и наступившая тишина во тьме, говорила сама за себя.

Скорпион, видя, что его пехота вязнет в нашей обороне, решил вмешаться лично. Он, как гигантский бронированный таран, двинулся прямо на центр наших позиций, туда, где держали оборону легионеры Рорха. Его огромное тело, защищённое толстым панцирем, казалось неуязвимым.

— Вся артиллерия на Скорпиона!

Миномёты, которые до этого методично обрабатывали тылы наступающих, тут же перенесли огонь. Снаряды, один за другим, начали падать вокруг Генерала. Обычные осколочно-фугасные были против него бессильны, они лишь царапали его панцирь.

— Бронебойными! Залп!

Пять пушек, которые гномы установили на самой верхней площадке, рявкнули одновременно, снаряды по прямой обрушились на Скорпиона. Три из них попали в цель, я увидел, как на его спине, там, где панцирь был толще всего, появились глубокие вмятины. Из них тонкими струйками потекла гемолимфа. Генерал заверещал от боли и ярости, его хвост с ядовитым жалом метнулся вверх и ударил по земле, выбив фонтан камней, после чего с удвоенной скоростью понёсся на наши баррикады.

— Он прорвётся! — крикнул Рорх.

— Именно! По моему сигналу! Отходим в центр пещеры!

Командиры, которые были предупреждены о таком манёвре, тут же передали приказ своим подчинённым. Это был самый рискованный момент моего плана, нужно было, чтобы отступление выглядело убедительно, но при этом не превратилось в настоящую панику.

— СЕЙЧАС!

Рорх и фон Штраубе отдали приказ, стена щитов, которая казалась такой нерушимой, вдруг распалась. Легионеры и гвардейцы с криками ужаса бросились бежать вглубь пещеры. Скорпион, видя, что враг дрогнул и бежит, издал победный визг. Инстинкт хищника взял верх над разумом. Он, забыв про осторожность, бросился в погоню, в жесткий прорыв, который мы ему так любезно предоставили. За ним, как шлейф, хлынула его гвардия.

Он ворвался в центр пещеры, на ту самую площадь, которую Брунгильда старательно пристреляла. Скорпион остановился на секунду, видимо, не понимая, куда делись бегущие солдаты, успевшие уйти на подготовленные позиции.

— ОГОНЬ!

Все тяжелое вооружение, которое у нас было, резко сменили приоритеты. По центру пещеры, где стоял Скорпионс и его гвардия ударила вся мощь бога войны. Пещеру наполнил оглушительный, непрерывный грохот. Земля заходила ходуном. Воздух раскалился. Шквал из сотен снарядов, мин и пуль обрушился на Генерала.

Я смотрел в подзорную трубу, и то, что я видел, было похоже на кадры из фильма про апокалипсис. Пространство в центре пещеры превратилось в кипящий котёл из огня, стали и разорванной плоти. Панцирь Скорпиона, который казался таким прочным, разлетался на куски, как яичная скорлупа. Его клешни оторвало первым же залпом. Хвост с ядовитым жалом взлетел в воздух и рухнул где-то в темноте. Но это было не все. Над Генералом и его войском прогремела серия взрывов, и десяток огромных сталагмитов упали на землю, похоронив под тоннами камня смертельно раненого Генерала и его лучшие войска. Его предсмертный визг потонул в грохоте взрывов. Через десять минут всё было кончено.

В пещере наступила относительная тишина. Оставшиеся в живых твари, лишившись и второго своего повелителя, замерли. А потом началось то, чего я не ожидал.

Тень, которого мы оставили на потом, вдруг перестал гореть, и он побежал, фигурально выражаясь, разумеется, с невероятной скоростью устремившись к самому дальнему, самому тёмному туннелю, который вёл, как я предполагал, к покоям Матки.

За ним, паникуя и давя друг друга, бросились и все остальные твари.

— Разведку за ним! — крикнул я, понимая, что нельзя дать им уйти просто так.

Несколько десятков ратлингов, которые до этого прятались в тылу, сорвались с места и бросились в погоню. Они были единственными, кто мог сравниться с этими тварями в скорости в этих узких туннелях.

— Перегруппировка! Раненых в центр! Всем занять позиции у входа! — мой голос прозвучал резко, обрывая рвение некоторых орков, которые уже готовы были броситься в погоню. Сейчас меньше всего мне хотелось ввязываться в бой в узких туннелях. Мой план сработал идеально, и я не собирался искушать судьбу. Ловушка захлопнулась, дичь была ранена и напугана. Теперь нужно было действовать хладнокровно.

Мои солдаты, воодушевлённые победой, быстро выполняли приказ. Санитары вытаскивали раненых из-под обломков. Ястребы занимали позиции на уступах, держа на прицеле вход в туннель. Гномы Брунгильды, матерясь на всех языках, которые я знал и не знал, тащили свои миномёты на новые позиции, готовясь запечатать выход огнем, если что-то пойдет не так.