Уровни силы (СИ) - "Nezloi"

— Надеюсь, вся наша суета не пригодится, — тихо пробормотал стоящий рядом со мной крепыш с колуном.

— И я надеюсь, — поддержала его высокая женщина с плотничьим топором.

— Если повезёт, то Крыловская дружина со старшими охотниками сдержат Волну в Грозде, тогда нам останется только добить проскочившую мелочёвку, получить премию и ехать её пропивать, — пробормотал охотник с рогатиной слева от меня.

Конечно же, одной линией обороны я не ограничился. И на всякий случай, если мы не удержим баррикаду, распределил людям, кто и куда будет отступать. Так как особого выбора не было, второй, он же последний рубеж, располагался в домах на этой же улице.

Для себя я подобрал крепкий каменный дом с узкими окнами и мощной стальной дверью. Чтобы не возникло осложнений, держал хозяина дома рядом с собой, причём заранее попросил его открыть двери в дом.

— А ты башковитый, — произнёс Дергачёв, он же владелец дома‑крепости, удивлённо разглядывая моё молодое лицо.

— Это называется глубина обороны.

— Всё‑таки военный.

Пользуясь затишьем, отправил на соседние улицы людей оценить защитников. И увиденное мне очень не понравилось: если улицу слева от нас обороняли охотники, причём вооружённые и экипированные куда как лучше нас, то проулок справа достался полицейским — причём всего одному экипажу.

«Два автомата и пистолет».

Мысленно оценил я огневую мощь, соседей.

Что примечательно, никто даже не попытался построить баррикаду или хотя бы перекрыть улицы машинами.

— Менты не вывезут, — озабоченно покачал я головой.

— Чой‑то не вывезут? — тут же отреагировал Дергачёв. — У них, между прочим, автоматы.

— Зато нет представления, с кем они столкнутся, а главное — опыта. Монстры — не обычные животные, им плевать на потери, будут давить до последней твари.

Я специально нагружал людей разными мелочами, не давая времени остановиться и подумать. Иначе вместо готовых к атаке бойцов имел бы сейчас кучку паникующих гражданских с разобщёнными группками охотников.

— Идут! Они идут! — громкий панический вопль наблюдателя с одной из крыш заставил меня вздрогнуть.

Несмотря на только зарождающийся рассвет и довольно слабую видимость, разглядеть двигающихся большими группами монстров успели чуть ли не за километр.

— Стрелки, огонь по готовности! — выкрикнул, в принципе, ненужную команду. Я был уверен, что, как только монстры окажутся в зоне поражения, палить будут все и без разбора.

Первые выстрелы загрохотали буквально через минуту. Мгновением спустя с соседней улицы, где «окопалась» полиция, затрещали автоматные очереди.

Серый в предрассветной мгле вал чудовищ, издавая какофонию звуков, словно приливная волна, накатил на нашу баррикаду, принеся с собой облако терпкой вони.

Первые ряды тварей, которых из‑за темноты я даже не успел рассмотреть, завязли в рву, насадившись на колья. Зато следующие, прямо по спинам товарищей, рванули по валу.

Чудовище, выглядящее как наркотический приход психически нездорового человека, буквально выпрыгнуло на меня. Отшатнувшись от протянувшихся ко мне тонких щупалец, растущих из двуногого торса, отмахнулся топором, срубив парочку розовых хлыстов.

Дергачёв, работающий со мной в паре, всадил вилы куда‑то в середину туловища тентаклевого монстра и буквально на одно мгновение остановил его. Молниеносно воспользовавшись предоставленной возможностью, сделал шаг вперёд и с силой всадил топор куда‑то в то место, откуда росли пучки мерзко‑розовых щупалец.

В ту же секунду получил ответку: десяток отростков, словно кнуты, стегнули меня по рукам и лицу, с треском разрывая ткань бронежилета и царапая баллистическую маску.

«+ 30 ОП» — мелькнуло на периферии зрения.

Вырвав топор, отскочил обратно, едва избежав броска собакообразной твари с пастью тираннозавра. Причём спасла меня не моя ловкость, а то, что монстр оступился на неустойчивой баррикаде.

Не оплошав, тут же саданул по черепу топором.

+1 ед. к Ловкости.

+20 ОП.

Порадовала меня Система.

Стрелки с крыш продолжали стрелять, не жалея патронов, — благо можно было практически не целиться, монстры уже были буквально под ними.

Слева от меня ловко орудовал одноручной секирой охотник, облачённый в чёрный бронежилет с шевроном на груди с подписью «Пиво» и армейский шлем‑сферу. В другой руке у бойца был щит, которым он очень умело пользовался, сшибая или отталкивая лезущих тварей.

Третью зверюгу встретил диагональным ударом, разворотив крепкий череп одним ударом. Пока я выдирал застрявший топор, показалась ещё одна тварь и едва не лишила меня самого дорогого, клацну зубами в в паре сантиметров от пахового модуля. Благо мой второй номер не растерялся и ударом вил остановил монстра.

Но я все же ощутил, как мои яички поджались.

Вернув топор себе, рубанул по серой мускулистой шее чудовища и тут же чуть не полетел вниз.

Ещё одна тварь, вцепившись мёртвой хваткой мне в голень, едва не стащила меня на другую сторону. Наголенник заскрипел под мощными челюстями монстра, но с честью выдержал испытание.

Под ухом оглушительно грохнул выстрел, вызвав звон в ушах, а бок кусачего монстра буквально разорвало.

— «Картечь»!

Мимолётно оценил я дыру в боку монстра.

Охотник, спасший мою ногу от поругания, отступил мне за спину и, матерясь сквозь зубы, стал спешно перезаряжать обрез.

Несмотря на непрекращающийся навал тварей, мы держались, хотя, конечно, не без потерь.

Вот я, отрубив лапу какому‑то монстру, до дрожи похожей на человеческую руку, успеваю краем глаза заметить, как через баррикаду перемахнула смутно знакомая чешуйчатая тварь. И прежде чем охотники её приняли на рогатины, успела своими кинжальными когтями вспороть живот гражданскому и ободрать ткань с бронежилета охотника, оставив глубокие борозды на бронеплитах.

Немного в стороне надсадным криком заходился охотник: из отсутствующей до колена ноги хлещет кровь, рядом — несколько изрубленных тварей с несуразно огромными клешнями.

Многие уже обзавелись лёгкими ранами, даже я получил пару неопасных дырок в шкуре.

Несмотря на круговерть боя и рёв монстров, я чутко прислушался к автоматным очередям на соседней улице. В какой‑то момент вдруг понял, что больше не слышу заполошной стрельбы.

— Всё, пиздец полицейским! Нужно отходить! — заорал я, пытаясь перекричать шум боя.

— Охотник, ты чо, с дуба рухнул⁈ — крикнул Дергачёв, тяжело дыша.

— Мы же держимся!

— Менты сдулись, сейчас нам в бок ударят.

Мой крик о отступлении в горячке боя проигнорировали.

Я уже подумывал, как бы мне половчее слиться на запасную позицию, захватив свой сквад, как на баррикаду запрыгнул самый настоящий кентавр. От увиденного на долю мгновения я даже растерялся. Гигант имел на человеческом и конском телах что‑то отдалённо похожее на доспехи, собранные из шкур и деревянных плашек. Вооружён полуконь‑получеловек был огромной дубиной, усеянной острыми осколками обсидиана.

С гортанным криком кентавр одним взмахом снёс охотника с секирой с баррикады, отбросив его на несколько метров назад и разбив в щепки щит.

Практически без участия мозга я выхватил запасной нож и, не примеряясь, швырнул его в кентавра.

Несмотря на то что стоял ко мне боком, монстр как‑то заметил мой бросок и дёрнулся в сторону, но не успел: всё‑таки между нами было меньше четырёх метров. Нож тускло мигнул лезвием и вонзился в бычью шею великана, хотя должен был — в горло.

— Симмиа! — трубным голосом проревел кентавр и, бросив на меня бешеный взгляд, ловко развернулся на шаткой баррикаде в мою сторону.

— Кажется, он разозлился.

Глава 15

От размазывания меня по шипастой дубине кентавра спас охотник с обрезом, опять вступивший в самый подходящий момент.

Оглушительно рявкнув, обрез выбросил сноп пламени. К моему удивлению, заряд картечи, вместо того чтобы превратить грудь полуконя в лоскутья плоти и осколки костей, заставил его встать на дыбы, оставив десяток небольших кровящих ранок на мускулистом торсе.