Системный Кузнец XI (СИ) - Мечников Ярослав

Вита-частицы — это эмоции, воля, духовное эхо. Я знал это слишком хорошо, ведь именно из коллективного намерения сотен людей мы выковали «Рассеивающий Тьму». Но чья воля могла быть запечатана глубоко во льду этого древнего артефакта? Чье сознание? И самое главное — эти обрывки чужого разума сейчас встраиваются в мой собственный разум?

— Система, разверни ответ, — мысленно приказал я. — Какова природа этих частиц? Угроза заражения сознания?

[Запрос отклонён. Недостаточно данных для детального анализа структуры Вита-частиц. Дальнейшая идентификация невозможна на текущем уровне интеграции.]

Система сухо отрезала все надежды на ясность, оставив меня один на один с этой проблемой.

Я прикрыл глаза ладонью и тяжело выдохнул. Чувствовал себя абсолютно разбитым. Тело казалось чужим, ватным, налитым тяжестью, которая не имела ничего общего с приятной плотностью шестой ступени. Сознание плыло. В кромешной тьме пещеры перед внутренним взором продолжала кружиться безумная карусель: оранжевое пламя сталкивалось с синим льдом, а сквозь это марево вновь и вновь проступали смутные, пугающие очертания того колоссального, скользящего в пустоте существа.

Это похоже на лихорадочный сон наяву. Галлюцинация вползала в мозг, подтачивая волю. Мне это категорически не нравилось. Вся культивация, весь мой путь основывался на контроле над собой и металлом. Терять ясность ума из-за куска мерзлой породы я не собирался.

«Так, стоп. Хватит. Нужно срочно заземляться», — скомандовал себе.

Упершись ладонями в базальтовую стену, заставил себя подняться. Ноги слегка дрожали. Духовный Камень так и остался лежать на каменной плите, бросая на своды штольни слабое сияние. В тусклом полумраке я расставил стопы чуть шире плеч, немного согнул колени и принял базовую позицию «Стойки Тысячелетнего Вулкана».

Стоять мучительно тяжело. Мышцы протестовали, но я упорно вгонял себя в нужное положение, пока не почувствовал твердую опору под подошвами. Внутри еще гудела и вибрировала поглощенная сила. Тот ледяной комок в Нижнем Котле действительно таял, поддаваясь жару Горна, но его присутствие ощущалось как инородное тело, отравляющее фоном.

Я начал дышать — медленный вдох, контролируемый выдох. Использовал принципы очищения каналов, силой воли заставляя всё лишнее, нестабильное и чужеродное стекать вниз, по меридианам ног, в каменный пол пещеры. С каждым вдохом мысленно смешивал свой родной огонь с растворяющимся льдом, заставляя Ян-Ци плотно обволакивать холод, превращая его в покорную энергию.

Постепенно ритм сработался. Сердце замедлило бег, переходя на размеренные удары. Мутная пелена перед глазами рассеялась, образы исчезли, оставив реальность заброшенной кузницы. Стало ощутимо легче.

Я продолжал стоять, вслушиваясь в потоки энергии, как вдруг краем глаза зацепил системное сообщение, которое в горячке поглощения попросту проигнорировал:

[Прогресс Закалки Тела (Ступень 6: «Живая Ртуть»): +21.5 % Всего: 26.3 %]

Я чуть не сбился с дыхания, уставившись на эти цифры.

Двадцать один процент. Более пятой части пути ступени пройдено за одну, пусть и адски тяжелую, сессию. Я был откровенно шокирован этим фактом. Чтобы продвинуть «Живую Ртуть» на такие значения обычным путем, мне бы потребовались месяцы непрерывной работы.

А ведь я поглотил всего четыре процента объема Духовного Камня.

Простая математика рисовала пугающие перспективы. Потенциал, скрытый в этом мерцающем на полу кристалле, поистине колоссальный. Эта мысль одновременно пугала непредсказуемостью и будоражила диким азартом.

Глядя во тьму перед собой, я выровнял сбившееся дыхание и опустился в Стойке Вулкана еще на на пару сантиметров ниже. Я принял однозначное решение: буду стоять так долго, как смогу. Столько, сколько потребуется, чтобы полностью усвоить эту порцию и вернуть себе абсолютный контроль.

Глава 15

Я продолжал стоять в «Стойке Тысячелетнего Вулкана», вгоняя стопы в неровный базальт. Дыхание превратилось в монотонный процесс. С каждым глубоким выдохом принудительно выдавливал излишки хаотичной энергии вниз, стравливая их в каменную породу под ногами.

Ледяной комок в центре Внутреннего Горна никуда не исчез. Он обжигал холодом изнутри, упрямо сопротивляясь окружающему жару Ян-Ци. И что самое мерзкое — эта проклятая плотность казалась почти живой. Она словно медленно перекатывалась, ворочалась в Нижнем Котле, вызывая тошноту. Ощущение было паршивым, но я не позволял себе сбить концентрацию. Стоял, стиснув зубы, пока мышцы не начали дрожать от напряжения.

Так прошло около трех часов. Время в трансе тянулось вязко. Наконец, перед внутренним взором блеснуло зеленоватое окно Системы:

[Прогресс Закалки Тела (Ступень 6: «Живая Ртуть»): +5.1 %. Всего: 31.4 %]

Я хрипло выдохнул и позволил себе расслабить плечи. Вышел из стойки, чувствуя, как одеревеневшие связки протестующе скрипят. Свинец в мышцах понемногу отступал, сменяясь привычной тяжестью.

Бросил взгляд на зев выхода из штольни — там, за зарослями железного вяза, непроглядная ночная тьма уже сменилась серым маревом рассвета.

Немного размялся, выполнив легкий комплекс растяжки. Покрутил суставами, сделал несколько плавных скручиваний корпуса, разгоняя застоявшуюся кровь. Инь-осадок все еще холодил нутро, но уже не пытался заморозить меридианы. Жить можно.

Я подошел к каменной лавке, высеченной в стене прежним хозяином кузницы. Истлевшая волчья шкура была жесткой, как доска, но выбирать не приходилось. Устроился на этом импровизированном ложе, закинув руки за голову. Просто лежал и смотрел в закопченный свод каверны.

В пустой голове лениво крутились мысли о том видении. Что это было за существо? Громадная, скользящая во мраке тень, рассекающая пустоту… Мифический зверь? Дух, чья воля оказалась заперта во льдах кристалла сотни лет назад? И почему эти обрывки памяти так агрессивно пытаются вклиниться в мое сознание?

Тупая пульсация в висках отвлекла от размышлений. Усталость накатила лавиной, придавив к камню. Ресурсы организма, несмотря на Закалку, вычерпаны жесточайшим стрессом и алхимическим отваром Алекса. Нужно вздремнуть хотя бы немного. Глаза закрывались сами собой. Засыпая, успел подумать лишь об одном: как бы тяжело ни было, начало положено. Первый шаг сделан, а значит, путь к восьмой ступени открыт.

Сон был тяжелым и вязким. Сквозь мутную пелену дремы вдруг пробился странный звук, совсем рядом.

Сначала показалось, что это просто трещит остывающий уголь в горне, но звук повторился — тонкий, прерывистый писк, который причудливо смешивался с сухим треском, словно кто-то высекал искры из кремня. И самое скверное — этот писк стремительно приближался. Вот он прозвучал со стороны наковальни, затем скользнул по полу, и внезапно раздался прямо над ухом, обдав щеку крохотной волной колючего жара.

Я резко распахнул глаза и рывком перекатился на бок, инстинктивно вскидывая руку для удара.

В полумраке пещеры мелькнуло крошечное пятно. Я успел заметить лишь юркий силуэт размером с крупную мышь, но это была не мышь. Ее шкурка состояла из переплетающихся оранжевых сполохов, напоминающих ожившие угли. Тварь обиженно пискнула-треснула и, сверкнув огненным хвостом, метнулась прочь.

Она пронеслась по базальтовой плите с немыслимой скоростью и с ходу нырнула в раскаленный мрак Глотки — туда, куда обычное живое существо даже сунуться бы не смогло из-за смертельного фона Ци.

Я замер, сидя на волчьей шкуре и часто дыша. Тряхнул головой, отгоняя остатки сна.

Что за чертовщина сейчас здесь была?

Поднялся на ноги и шагнул к Глотке, обходя массивный постамент наковальни. Из узкой, оплавленной по краям щели в лицо дохнуло удушливым жаром и едкой серой. Я прищурился, вглядываясь во мрак лавовой трубки, уходящей куда-то в недра острова. Ничего. Только черная порода, да глубоко внизу, на самой границе чувствительности зрения, едва заметно пульсировали тусклые оранжевые всполохи раскаленного нутра горы.