Новая жизнь Агаты - Миронова Александра Дмитриевна "Saneshka"

Свернув с небольшой аллеи, на которой располагался дом ее сына, Агата зашагала по центральной улице поселка, ведущей к «Пантеону». Сегодня она хотела узнать обо всех возможных кружках и группах по интересам и записаться во многие из них. Идя по нагретой солнцем улице и слушая оглушительное пение птиц, которое не гасили машины (проезд по поселку был ограничен), Агата внезапно почувствовала прилив энтузиазма: она обязательно заведет новые знакомства, возможно, обретет настоящих подруг и проведет вторую (несомненно, лучшую!) половину жизни, лениво сплетничая на солнечной террасе. Она даже на мгновение сладко зажмурилась, представляя эту идиллическую картинку. Ее отделяли всего несколько метров от «Пантеона» и его кафе, на чьей террасе уже начинали собираться посетители, когда произошла катастрофа.

Девица на велосипеде резко вывернула из-за угла и только в последний момент заметила Бобра, меланхолично обнюхивающего гальку, обрамляющую дорожки. Пытаясь избежать столкновения с собакой, она безо всяких раздумий развернула руль в сторону Агаты и, не успев затормозить, врезалась прямо в нее.

Агата ощутила, как земля уходит из-под ног. Взмахнув руками, она выпустила стразовый поводок и попыталась удержать равновесие. Но в последний момент все же не устояла на ногах и шлепнулась на одну из цветочных клумб, расположенных по краю дорожки, чувствуя, как в нее впивается тысяча розовых шипов. Не успела она открыть рот, чтобы закричать от боли, как девица, сняв с себя шлем, подошла к Агате и уставилась на нее, как на коровью лепешку, прилипшую к ее идеально белым кроссовкам:

– Идиотка! – заявила она, не меняя выражения лица – это было просто невозможно из-за огромного количества филлеров и разнообразных веществ, в него закачанных. – Прислуга не должна путаться под ногами, когда хозяева возвращаются домой.

– Прислуга? – задохнулась от возмущения Агата, поднимаясь с земли, упирая руки в бока и немедленно ощущая под ними розовые шипы. – Вы сейчас вообще с кем разговариваете?

– А тут есть еще дебилы, бросающиеся под колеса велосипеда? – Красавица картинно оглянулась по сторонам, делая широкий жест, призывая в свидетели всех людей, расположившихся на террасе и позабывших о стынущем кофе, настолько происходящее поглотило их внимание.

– Тут есть как минимум одна идиотка, которая не смотрит, куда едет. И я даже знаю, кто это!

Агата гордо вздернула подбородок, и внезапно ей послышалось, как с террасы донеслось слабое хихиканье. Нападающая на нее девица тоже расслышала странный звук и обернулась, чтобы кинуть испепеляющий взгляд на невысокую пухлую женщину лет тридцати, кудрявую блондинку с голубыми глазами и очаровательными ямочками на щеках. Блондинка тщетно попыталась спрятаться за огромной чашкой кофе и сделать серьезное лицо, но всем без исключения было заметно, что ее душит истерика.

– Я потребую у управляющей компании, чтобы тебя уволили и больше сюда не пускали, – прошипела велосипедистка, окидывая ее с ног до головы высокомерным взглядом.

– Ничего не получится, милая моя, – снисходительно улыбнулась Агата, – я тут жи…

Окончание фразы застряло у Агаты в горле, прерванное душераздирающим звуком, исходящим откуда-то снизу. Агата опустила взгляд и увидела Бобра, судорожно содрогающегося и, совершенно очевидно, находящегося на последнем издыхании. Резко оттолкнув в сторону невоспитанную девицу и тут же позабыв о ней, Агата бросилась к псу и с ужасом осознала, что тот, воспользовавшись отсутствием внимания, попытался сожрать гладкий камушек, которым были посыпаны дорожки. Питомец сына оказался не только страшным, как смертный грех, но еще и лишенным всяческого инстинкта самосохранения.

– О нет-нет-нет! – заволновалась Агата, представляя, что с ней сделают сын и невестка, если с этим уродцем что-нибудь случится в первый же день. – Нет, ты не можешь так со мной поступить! Только не сейчас!

Агата схватила песика на руки, чтобы увидеть, как Бобер закатывает глаза, его мышцы расслабляются, а язык окончательно выпадает из пасти.

– Нет! Ты не посмеешь!

Агата вдруг не на шутку разозлилась. Она всю жизнь ненавидела, когда что-то шло не по ее плану. Не придумав ничего лучше, она перевернула пса вниз головой, схватила за задние лапы и начала энергично трясти, вытрясая из него камень. Краем уха она слышала, как волнение на террасе усилилось. Кто-то ужасался, кто-то сопереживал, а кто-то и откровенно смеялся. Ну что за люди!

– Ну давай же, Бобер, черт тебя возьми, выплюнь этот дурацкий камень!

Агата со всех сил махнула собачкой, та издала, как ей показалось, предсмертный хрип, но внезапно из ее пасти вывалился голыш и с громким стуком шлепнулся на дорожку. Агата прижала пса к груди, словно маленького ребенка, пытаясь заглянуть в косые глаза. Но тот их прикрыл, как будто все-таки отправился в мир иной. Агата почувствовала настойчивое желание разрыдаться.

– Да что с тобой не так? – Она снова принялась трясти собаку, как вдруг почувствовала, как кто-то уверенно взял ее за руку и попробовал отобрать у нее пса. Она попыталась вырваться из хватки незнакомца и на всякий случай прижала почившего песика крепче к груди.

– Не трогайте его! – рявкнула она, не поднимая глаз и тщетно пытаясь рассмотреть в Бобре признаки жизни.

– Господи, дайте мне Барона, а то он и правда на тот свет отправится.

Голос был низким, обволакивающим, но в то же время решительным и даже немного осуждающим. Но не это поразило Агату. А то, что говоривший явно знал покойника. Агата подняла глаза, собираясь сказать что-то неприятное, но вдруг застыла. Перед ней стоял высокий мужчина лет сорока пяти. Мужественный подбородок, легкая небритость и серые стальные глаза, вопросительно глядящие на Агату из-под очков в легкой металлической оправе. Довершали картину темные волосы, создающие удивительно привлекательный контраст со светлыми глазами. Сухощавый, подтянутый мужчина был удивительно хорош собой. Агата немедленно скосила глаза, чтобы попытаться рассмотреть наличие обручального кольца на его руке.

– Что с вами? Вам плохо? – сухо поинтересовался мужчина, глядя, как растрепанная женщина, разодетая на прогулку с собакой как на бал-маскарад, внезапно начала косить глазом куда-то в сторону.

– Ну что вы! – немедленно перевела взгляд на незнакомца Агата и фальшиво-бодро улыбнулась. – Сейчас мне уже намного лучше.

Она постаралась выделить это «сейчас», чтобы оно прозвучало игриво, с легкой ноткой флирта.

– Вот и хорошо, – по-прежнему сухо, не проявляя ни малейшего интереса, ответил мужчина, – а вот бедного Барона вы чуть не угробили.

– Чуть? – искренне удивилась Агата. – Он же сдох.

Мужчина вздохнул.

– Я понимаю, что женщины имеют тенденцию принимать желаемое за действительное…

– Что? Нет! Я вовсе нет…

– Но Барон Боберон в обмороке. Я сейчас заберу его с собой, обеспечу ему полный покой, а когда он придет в себя, я проведу обследование, чтобы убедиться, что с ним все хорошо. Завтра ближе к вечеру вы сможете его забрать.

Закончив фразу, мужчина отобрал у Агаты пса, затем развернулся и уверенно зашагал к внушительному внедорожнику, припаркованному недалеко от «Пантеона».

– Так, подождите, а вы вообще кто такой? – Агата засеменила за мужчиной, уносящим уродца прочь. Тот остановился, развернулся и взглянул на Агату без тени улыбки.

– Я Захар Пришвин, владелец ветеринарной клиники и лечащий врач Барона.

– У него еще и лечащий врач имеется? – фыркнула Агата, но тут же спохватилась, поймав очередной неодобрительный взгляд. – Я Агата, ма… подруга Карины. Она уехала в Новую Зеландию и поручила Барона мне.

– Ей стоило бы внимательнее отнестись к своему выбору.

– В каком смысле?

– Простите, мне сейчас некогда объяснять. Нужно обеспечить псу покой после пережитого.

Новый знакомый снова развернулся и четким, почти военным шагом направился к машине, оставив Агату раздосадованно смотреть ему вслед. Лечащий врач Барона! Подумать только, у этого недоразумения есть собственный лечащий врач, а у нее, Агаты, нет.