— Кровавые иглы! – магия крови послушно сформировала десяток алых снарядов. Они со свистом рассекли воздух и пробили череп ящерице прежде, чем та успела сдвинуться с места.
Когда я подошёл к туше, она ещё дергалась в агонии. И также отделил нужные мне пластины чешуи на спине рептилии, отправив их в рюкзак.
— Следующая цель, — бросил я, вытирая руки.
Переход. Снова лес, но другой. Мрачный, душный, пахнущий сыростью и гнилью.
На небольшой поляне, окруженной скрюченными деревьями, рос одинокий цветок. Он напоминал гигантскую лилию, только мясистую, налитую чем-то тяжёлым и тёмным.
— Кровь Банши, — прошептала Милена. — Только уши заткни. Или щит поставь.
Едва мы сделали шаг вперёд, как цветок дрогнул. Лепестки раскрылись, обнажая хищное нутро, похожее на зубастую пасть, и растение издало вопль.
Если бы я не встречался раньше с Крикливой Мандрагорой, меня бы, наверное, это дезориентировало.
— Полог тишины, — тут же скастовал я, отсекая звуковую волну. Но даже сквозь магический барьер я чувствовал вибрацию этого крика.
Убивать растение было нельзя, сок быстро сворачивался в мёртвых тканях.
— Стазис, — тут же в цветок сорвался луч серого света. И крик оборвался на высокой ноте… растение словно окаменело, но жизненные процессы в нём просто замедлились до нуля.
Я подошел вплотную. Стебель был толстым, почти с руку толщиной. Я аккуратно сделал прокол полой иглой у самого основания бутона. Густая, рубиново-красная жидкость, действительно похожая на венозную кровь, лениво потекла в подставленную мензурку.
Одна капля, вторая, третья… пятая.
— Готово.
Я запечатал прокол воском, чтобы растение не погибло от кровопотери после снятия стазиса, и отступил.
Валека лишь кивнула, открывая следующий проход.
В этот раз цель словно ждала нас. Пустынный скорпион выбрался из песка в паре метров от точки выхода. Огромный хитиновый панцирь блестел на солнце, жало на хвосте угрожающе покачивалось.
Тварь замерла, водя клешнями по песку, и вдруг, издав странный стрекочущий звук, резко развернулась и попыталась зарыться обратно. Словно инстинкт самосохранения подсказал ей: пришли не жертвы, пришли палачи.
— А ну стоять! — рыкнул я.
Я сорвался с места.
— Ускорение, — и пока нёсся достал метапосох, принявший форму боевой косы. Скорпион оказался на удивление быстрым, но я — быстрее. Тварь не успела полностью уйти в песок.
Удар был резким и точным. Лезвие косы пробило хитиновый панцирь в районе головы, пригвоздив членистоногое к земле. Скорпион дернулся и затих.
— Желчь, — пробормотал я, вскрывая брюхо твари. Неприятный запах ударил в нос, но я не обратил внимания. Извлечение желчного пузыря потребовало ювелирной точности, если повредить его, ингредиент будет испорчен. Впрочем… как и все иные ингредиенты.
Спустя минуту еще одна колба отправилась в пространственное хранилище.
Дальше было что-то, похожее на каменистое плато, поросшее редким кустарником.
— Гриб-кровопийца и Вампирская лоза, — сверилась со списком Милена. — Они часто растут в симбиозе.
Я обвел взглядом серые валуны, разбросанные тут и там.
— Хитрые твари, — усмехнулся я.
Один из «камней» имел чуть более теплую ауру и слабую пульсацию маны. Девятый уровень. Смешно. Но если наступить на такой «камушек» без защиты, он вцепится в ногу и высосет литр крови за пару секунд.
Я подошел к валуну и резко пнул его носком сапога.
— Вставай, приехали.
«Камень» дрогнул, и иллюзия спала. Это был плотный, кожистый гриб неприятного серо-бурого цвета. Самое примечательное в нем — два длинных, загнутых клыка, торчащих из-под шляпки, словно у настоящего упыря.
Я срезал три таких гриба, игнорируя их попытки вцепиться в лезвие ножа.
И, как и говорила Милена, второй ингредиент мы нашли тут же.
Она выглядела, как неприметная лиана, которую отличали только красноватые прожилки.
— Росток Вампирской лозы, — произнёс я.
Здесь вообще всё было просто. Это растение атаковало только если чувствовало запах крови. Сейчас она была пассивна, притворяясь обычным сорняком. Я аккуратно выкорчевал росток вместе с комом земли.
— Идем дальше? — спросил я, выпрямляясь.
Милена кивнула Валэке.
* * *
Сая уже скрылась за горизонт, когда мы добрались до последних ингредиентов.
Ночной Паслен цвел только при свете лун, и его фиолетовое свечение было видно издалека. Я собрал ягоды, чувствуя, как они холодят пальцы даже сквозь перчатки.
А потом было сердце Мёртвого дерева. Старый, иссохший ствол, похожий на скрюченную руку великана, стоял посреди солончака. Одним ударом усиленного магией кулака я пробил трухлявую кору. Внутри, в полости, лежало нечто, похожее на серое яйцо, пульсирующее тусклым светом. Это была сердцевина, концентрированная некроэнергией в древесной оболочке.
В этот момент я одновременно испытывал облегчение и предвкушение! Список был закрыт.То, что могло растянуться на месяцы опасных поисков, благодаря Вестнице и связям наставницы, заняло меньше суток. Это было настолько эффективно… и настолько же цинично.
Единственное, что меня успокаивало, — я действительно верил в то, что цель оправдывает средства.
— Сде-елка за-вер-шшше-нааа… — прошипела Валэка.
— Да, — спокойно ответила Милена. — Спасибо тебе за это незабываемое путешествие, Валэка.
В эмоциональном фоне Вестницы полыхнула вспышка раздражения. Она поняла издёвку.
Валэка оскалилась, обнажая иглы зубов.
— Я бууу-дуу уби-вааать перее-данных то-бой лю-дееей… дооол-го! — с наслаждением протянула она, явно ожидая увидеть страх или отвращение на наших лицах. — Ооо-чень дооо-лго… и бооо-льно.
— Это хорошо! — равнодушно пожала плечами Милена. И мне показалось, что Вестница замерла. Такой реакции она просто не ожидала. — Они этого заслуживают, — добавила наставница ледяным тоном.
Валэка смерила её пронзительным взглядом.
— Уви-дим-сссся поз-жже, Ми-ле-на Си-ре-не-вая… — прошипела тварь, отступая в тень. — Увидимсссся…
— Увидимся, Валэка, — бросила ей вслед Милена, после чего повернулась ко мне и привычным жестом указала на свой локоть.
— Идём, Андер. На сегодня хватит приключений.
Я положил руку на сгиб её локтя. Мир смазался, и мы оказались на телепортационной площадке рода Сиреневых. Тогда я отпустил руку наставницы и посмотрел на неё.
— Так понимаю, с Валэкой ты давно знакома? — спросил я.
Её отношение к Вестнице, этот спокойный, почти деловой тон… это не то, что нарабатывается за одну встречу.
— Да, — просто ответила Милена. — И могу сказать, она самая адекватная из Вестников, с которыми мне приходилось иметь дело.
— Дааа? — я не стал скрывать удивления. — А такое бывает? Адекватный монстр, желающий уничтожить всё живое?
— Разумеется, бывает, — усмехнулась Милена, заметив мой скепсис. — Вестники бывают разные, Андер. Как и люди. Есть безумные фанатики, жаждущие лишь крови. А есть те, кто понимает: чтобы стричь овец, их нужно беречь. Валэка из вторых. Она ценит выгоду и соблюдает договоренности.
Баронесса полезла в складки своего платья и достала оттуда небольшой предмет угольно-черного цвета.
— Держи, — она протянула его мне.
