Тайна рода (СИ) - Уточкин Вячеслав

— Похоже, шаман не ошибся…

И уже Кэт, а не Надежда, снова потеряла сознание.

Я поднял глаза и встретился взглядом с прищуренными глазами Ордынской:

— Когда всё закончится, тебе придётся ответить на мои вопросы.

Я усмехнулся:

— Ну, когда всё закончится, — я выделил голосом «всё», — тогда я, безусловно, отвечу на любой вопрос.

— Чего вы там копаетесь? — зло крикнул Вася. — С этой пациенткой проблем нет!

И зашуршал в палатке.

Раздражение, вспыхнувшее внутри, я подавил с трудом. Это для меня Кэт-Надежда главное сокровище мира. А для него просто пациентка. И Вася не хамит. Он работает.

Мы с Ордынской встали одновременно. Судя по её лицу, мысли насчёт Васи у нас совпадали. Я сделал шаг в нужном направлении и снова остановился. Прямо у входа в палатку, в которой скрылся Вася, лежали Плутарх и Тайво. Выглядели они неважно, но явно были живы.

Вася выбрался из палатки, задумчивый и что-то бормочущий себе под нос.

— Что насчёт этих бойцов? — спросил я, кивнув на Плутарха и Тайво.

— Эти? — Вася окинул их задумчивым взглядом. Махнул рукой. — С этими-то ничего страшного. Сотрясение, лёгкое отравление. Дышат ровно, судорог нет. Где-то через час-полтора должны прийти в себя.

Всё это он говорил тоном врача приёмного покоя, успокаивающего паникующего родственника больного.

— То есть жить будут? — уточнил я.

— Если сейчас их не добьёте, — в голосе Васи звучала профессиональная тоска, — то с большой вероятностью будут.

Потом, посмотрев на нас, с укоризной, спросил:

— Так вы помогать собираетесь?

Мы стартовали одновременно. Тем более, место, указанное Васей, было мне знакомо. Именно на этой поляне я отдыхал под дубом после прокола, из которого пришлось вытаскивать Кэт и её бойцов.

Меня смущало упоминание дуба. Ведь его сжёг взрыв при противостоянии Люция и Крылана.

Через пару минут мы вышли на берег небольшого пруда. Там лежал вырванный с корнем дуб. Чуть поодаль торчала огромная берёза. Именно возле неё мы и обнаружили стрелка.

Отто фон Кауф, мой гвардеец-снайпер, лежал без сознания. Правая нога была вывернута и здорово распухла. Рядом валялась винтовка с оптическим прицелом.

Ордынская нашла две ровные палки, и мы наложили импровизированную шину, используя для фиксации ремни от автоматов. Само оружие убрали в инвентарь.

Фон Кауф стонал, но в сознание не приходил. Тащить парня в лагерь по уже потемневшей роще было опасно для его ноги. Я приметил тропу, которая выводила в поле, к стоявшему там автобусу.

Развернувшись, шагнул в сторону лагеря.

— Возвращаемся, — сказал Ордынской.

Услышал её недоумённый хмык. Решил пояснить свои действия:

— Время поджимает, — аккуратно двигаясь в сумерках, мы начали разговор. — Надо уже выдвигаться в сторону Выборга. Я возьму в лагере палатку и, как на волокуше, дотащу фон Кауфа до автобуса. Вы с Васей в это время будете переносить остальных.

Ордынская согласилась:

— Понятно. Сделаем, — голос звучал глухо, будто в мыслях она была в другом месте.

В это время мы увидели отблески костра. Похоже, Вася решил остаться в лагере до утра, что никак не совпадало с моими планами.

Выйдя из-за крайней палатки, мы стали свидетелями занимательной картины. Кэт, Плутарх и Тайво успели прийти в себя и сейчас били Васю. Причём не просто били, а одновременно задавали вопросы. Но ответов Васи, пытающегося что-то объяснить, даже не слушали.

Ордынская грозно и громко спросила:

— Что здесь происходит?

Реакция участников избиения была неадекватной. Кэт, Плутарх и Тайво шарахнулись в сторону и приготовились к бою, со злостью глядя на Ордынскую. Через секунду, увидев меня, чуть расслабились.

Упавший Вася сел и грустно изрёк:

— Ольга Субудаевна, никогда не думал, что буду рад вас видеть, — потом перевёл заплывающие от ударов глаза на меня. — Михаил Вячеславович, три пациента почти полностью здоровы. На себе проверил.

Кэт, не выдержав наступившей паузы, спросила:

— Мама, ты как?

Ордынская недоумённо моргнула:

— В каком смысле «как»?

— Ты всё ещё хочешь нас ликвидировать? — уточнила Кэт. — Ну, чтобы под ногами не путались.

Плутарх мрачно добавил:

— Мы против.

Ордынская, как выброшенная из воды рыба, открывала и закрывала рот, не зная, что сказать.

Сидевший между нами Вася утёр кровь с разбитой губы и прояснил ситуацию:

— После подселения Наездника ты, — он кивнул в сторону Ордынской, — пару суток вообще ничего не воспринимала. Мне приходилось тебя везде сопровождать.

Тайво шумно втянул в себя воздух и из-за спины Плутарха проронил:

— Тебя, скотина, мы всё равно убьём.

На лице Васи проступила обычная для него безнадёга.

— А давайте я вас в очередь запишу, — грустно предложил он.

К этому времени окончательно стемнело. Небо затянули тучи. Только колеблющийся свет костра слегка разгонял темноту. Я чувствовал, как таймер внутри меня отщёлкивает отпущенное нам время.

Хлопком в ладоши привлёк внимание присутствующих к себе.

— Так. Разговоры потом, — скомандовал я. — Вначале грузим всех в автобус.

Повернувшись к Ордынской, спросил:

— Ночное зрение нам поставишь?

Сам я этого сделать не мог из-за не восстановленных каналов.

— Без проблем, — ответила Ордынская.

Подойдя к каждому, провела рукой по глазам.

Мир стал серо-белым.

— Всё, приступаем, — я сорвал ближайшую палатку с креплений и бегом устремился в сторону раненого снайпера.

Когда я на самодельной волокуше из палатки притащил фон Кауфа к автобусу, тот напоминал передвижной госпиталь.

Заглянув внутрь, обнаружил там своих гвардейцев. Все были без сознания, но, как сказал Вася, тяжёлых повреждений не наблюдалось. Максимум, сутки, и все будут на ногах.

За руль уселась Ордынская. Я, Плутарх, Тайво и Кэт заняли передние сиденья. Вася устроился в центре, рядом с не пришедшими в себя бойцами.

Автобус дрогнул и стал набирать ход, направляясь в Выборг.

Дождь усилился, за окном повисла непроглядная тьма. Ордынская вела уверенно, словно профессиональный водитель автобуса.

Я сидел ближе к проходу. Мой взгляд всё время останавливался на Кэт, изучая её. Я пытался найти отголоски живущей в девушке частицы Надежды.

— Мама, — обратилась Кэт к Ордынской, — я ничего не понимаю. Что происходит?

— Власть в империи захватили Кукольники, — сквозь зубы процедила Ордынская. — Прошлый бой был как раз с ними.

— Что значит «захватили власть»? — возмущённо спросил Плутарх.

— Император под их контролем. Как и я в недавнем прошлом, — Ордынская нажала на газ, как будто это могло спасти нас от проблем.

Гнетущая тишина повисла в салоне. Каждый пытался осмыслить ситуацию, в которую мы попали. И чем больше мы размышляли, тем мрачнее становились наши лица.

Я решил переключить всех на другую тему.

— Как вы вообще оказались у Стелы?

Плутарх и Кэт одновременно решили ответить и тут же смущённо замолчали. Тайво, усмехнувшись, начал рассказ:

— С острова на болоте ушли без потерь сразу после твоего исчезновения. Серафиму с егерями тут же дёрнули в Москву. Я предложил Плутарху пересидеть у тебя в особняке.

Я удивлённо поднял бровь.

— Ты откуда про особняк знаешь?

Тайво фыркнул:

— Я местный. А Выборг — большая деревня.

Тут подключился к разговору Плутарх:

— Сложнее всего было объяснить твоим гвардейцам, кто мы, — он, видимо, вспомнив, как всё происходило, улыбнулся. — Но в конечном итоге получилось.

Тут лицо князя снова приняло суровое выражение, и он продолжил:

— А вечером к нам заглянул прокурор Ягужинский. И говорит: «Завтра с утра приду вас всех арестовывать, у меня приказ из Москвы. Так что вы никуда не уходите». После этого взял и просто ушёл.

Я невольно усмехнулся. Ягужинский в своём стиле.

— Твой аналитик Сорокин, — продолжил Плутарх, — предложил оптимальный вариант. Получить задание от Стелы на закрытие прокола. Вот, пожалуй, и всё. Да, когда расположились в роще у Стелы, туда пришли Кэт и шаман.