Тайна рода (СИ) - Уточкин Вячеслав

Не выдержав, тот, что был в котелке, прервал молчание:

— Ты заставил себя ждать, — скрипуче протянул Кукольник.

Я подарил ему свою фирменную улыбочку. Охранники мгновенно напряглись.

— Смотрю, котелок надел, а ума не нажил, — усмехнулся я. — Пришлось задержаться, пока твоих друзей убивал.

На секунду мне показалось, что у длинного пар из ушей пойдёт. Его синюшная физиономия стала напоминать переспелый помидор.

Второй, пониже и с непокрытой головой, зло сощурился и провёл ментальный удар.

Мой блок против ментала по-прежнему находился на профилактике. Я получил всю непередаваемую гамму ощущений. Меня скрутило, и я чуть не упал на бетонный пол.

— Ну всё, — довольно усмехнулся низенький. — Теперь ты здесь будешь умирать, долго и мучительно.

Я сплюнул и спросил:

— А «здесь» — это где?

Тот, что был в шляпе, всё ещё кипя от гнева, начал меня просвещать:

— Подземелья Тауэра славятся своими возможностями, — он оскалил жёлтые зубы. — Уйти отсюда с помощью свитка нельзя. Я лично буду навещать тебя и не дам сдохнуть быстро.

Он очень хотел продолжить рассказ о том, как мне будет плохо. Но низенький тормознул приятеля на полуслове, зло сверкнув глазами. И вступил в разговор сам:

— Если отдашь каменный шар…

— Как же вы достали с этим шаром! — возмутился я. — Пока не узнаю, зачем он вам нужен, не отдам!

Шара-то у меня уже не было. Мявка прибрала его в свои загребущие лапки. Но очень хотелось узнать, ради чего такой кипеш.

Кукольники переглянулись.

— Ты шар отдай, — добродушным голосом сказал низенький, — и я тебе всё-ё расскажу.

— Ага, согласен, — с готовностью подтвердил я, — но рассказ вперёд.

Несколько минут мы молчали, прожигая друг друга взглядом. Наконец низенький раздражённо сплюнул.

«Если наша беседа затянется, — подумал я, — то он заплюёт весь этот этаж Тауэра».

— Да всё равно ты не сможешь им воспользоваться! Даже мы не можем! — вспылил тип в котелке.

— Вот оно как, — неподдельно удивился я. — Так тем более чего скрывать?

Кукольник в шляпе заскрипел зубами и отвернулся. Было видно, что он едва сдерживается, чтобы не пришибить такого хорошего меня.

— Мы заключили контракт с аномалией, — сказал низенький. — Внутри шара находится программа её расширения. Почему именно в нём — не знаю.

Он немного помолчал.

— В общем, пока не предоставим аномалии шар, мы на планете на птичьих правах. Летать пожалуйста, а клевать не смей. Отдай шар и умри достойно, без пыток.

Решив, что это лучший момент, я набрал в лёгкие воздуха, сковырнул большим пальцем пробку с флакона и на выдохе крикнул:

— Лови!

И активировал снежинку, застывшую на периферии зрения. Заняв весь обзор, она послала мне запрос:

Вы хотите выйти на Дорогу Холода? Да/Нет.

Ответил: «Да».

Затхлую атмосферу камеры сменил свежий морозный воздух. Очень морозный.

До горизонта тянулись поля слепящего льда. Ледяные торосы вставали сказочными дворцами. Небо сияло чистотой и глубиной. Яркое солнце не грело от слова совсем. Отражённый льдом свет резал глаза.

Вспомнил про солнцезащитные очки. Нацепив их, мрачно сам себе сказал:

— Сегодня загорать не буду.

Холод пробирал до моих укреплённых костей. Надо двигаться, иначе закоченею. Неплохо бы понять, куда. Но оглядеться я не успел.

Из-за ближайшей ледяной глыбы вышел гордый пингвин ростом мне по пояс. Шёл он важно, с королевским достоинством.

Пока я рассматривал этого красавца, тот приблизился примерно на три-четыре метра. Внезапно пернатый мерзавец резко выбросил в мою сторону крылья-плавники. С них сорвалась молния.

Мне повезло, что этот нехороший пингвин промахнулся.

Вот тут я согрелся, уворачиваясь от пяти разрядов, выпущенных один за другим. После пятого выстрела пингвин как-то загрустил. Зло вякнул, развернулся и попытался удрать.

Вамп прыгнула из инвентаря мне в руку. Одним прыжком я догнал беглеца и всадил нож ему в череп.

«Похоже, прогулка по Дороге Холода будет познавательной, и замёрзнуть я не успею», — решил я, услышав волчий вой, и нагнулся, чтобы вынуть Вамп. Этот пернатый электрик утянул нож за собой.

В этот момент подало голос Слово:

Обнаружен биоматериал с повышенной энергонасыщенностью.

Класс: пригоден для переработки.

Назначение: восстановление популяции наноагентов до 100%.

Возможен резервный прирост сверх штатной нормы.

Рекомендация: немедленное изъятие и переработка.

Я ещё не успел осознать поступившее предложение, как снова раздался волчий вой. Он стал ближе.

Я схватил пингвина за лапу и огляделся.

Сразу нашёл подходящую точку для боя. Ледяной торос высотой с двухэтажный дом. Небольшая ровная площадка наверху. Отвесные стены и только один узкий пологий подъём.

Волоча за собой тушку, рванул туда.

Подъём оказался ещё паршивей, чем я думал. Подняться с тушкой было нереально. Пингвин весил прилично. Решил воспользоваться телекинезом. Вдруг удастся если не поднять, то хотя бы уменьшить вес.

Вложив в способность все оставшиеся четыре балла Силы Мысли, я волевым усилием толкнул пингвина по тропе вверх. Его бодро вынесло на верхнюю площадку.

Вложив в Вамп последнюю единичку Силы Духа, сам начал подъём. Редкие трещины были мне в помощь. Перед самым выходом на площадку сработала давно не дававшая о себе знать способность предвидения. Показала, как нож выскальзывает из облюбованной мной трещины, и я оказываюсь в начале тропы.

Вамп явно не хватало всего одного балла. И всё же она вошла напрямую в лёд и продержалась, пока я затянул себя на площадку.

Вытащив Вамп из ледяного плена, я перестал её ощущать. Теперь это был обычный нож. Так же, как Ухнеб стал обычной ржавой телескопической дубинкой. Необходимы баллы Силы Духа и Силы Мысли для их пробуждения.

Разобраться с начислением баллов становилось жизненно необходимо. Из знакомых мне существ Люций был лучшей кандидатурой для просвещения по этому вопросу. Решив не откладывать, я попытался мысленно достучаться до него.

Через пару минут прервал это бесполезное занятие.

Мне очень не понравилось, как резко оборвался вой волчьей стаи. Я ещё раз огляделся. Только лёд. Ни движения, ни звука. Стихли даже ледяные порывы ветра.

Всё это не предвещало ничего хорошего.

Решив, что надо разбираться с проблемами по мере их поступления, я сосредоточился на туше пингвина. Снял очки и убрал их в инвентарь. Прищурился, оценивая добычу. На ум приходил только один способ переработки органов.

Прикинув свои возможности, понял, что целиком я его не съем. Даже несмотря на то, что сутки не ел. Значит, придётся понадкусывать всё подряд, пока не найду нужное. Поджарить бы, но не на чем, и время поджимает. В конечном итоге, почти строганина.

Вынул Вамп из инвентаря. Она ощущалась обычным ножом, хорошо хоть, острым. Я начал ворочать тушу, прицениваясь, как лучше её вскрыть. В районе живота в руку пошло тепло.

— Там, где тепло, там и хорошо, — пробормотал я и вогнал нож в брюшную стенку.

Печень дала мощный отклик на прикосновение — по пальцам прошёл разряд электричества.

Есть сырую печень всё-таки идея так себе. Паразиты, токсины и другие радости ждут тебя после подобной жрачки. Понадеявшись на свою способность противостоять ядам, отрезал кусочек и попытался прожевать.

Сделал я это зря. Вкус специфический.

Но по телу сразу разлилось тепло. Холод перестал вгрызаться в меня.

В голове отчётливо прозвучало Слово:

Популяция наноагентов восстановлена до 100%.

Избыточную энергию возможно использовать для модификации наноагентов.

Приступать? Да/Нет.