Росомаха. Том 5 (СИ) - Третьяков Андрей

Наверху скрипнула половица. Затем вторая. Я не успел подняться, когда по лестнице спустилась Арина. На ней был длинный синий халат, а рыжие волосы сбились на затылке и торчали над ушами. За Ариной шла Лиля, уже одетая, но тоже невыспавшаяся. Под глазами проступили серые полосы.

— Ты вернулся, — выдохнула Арина, остановившись на нижней ступени. — Василий услышал шаги и разбудил нас.

— Не обижай его с утра, — попросил я, поднимаясь. — Он всю ночь охранял дом кочергой и теперь опасен.

Арина даже не улыбнулась. Она спустилась, ухватила меня за рукав и осмотрела от воротника до сапог. Пальцы задержались на тёмном пятне у локтя.

— Это вода, — пояснил я, прежде чем она успела придумать рану. — Моя кровь обычно краснее.

— Я помню, — процедила Арина, не отпуская ткань. — Кто лежит в малой гостевой? Почему Василий велел нам не спускаться ночью? И куда ты ушёл сразу после её появления?

Лиля остановилась рядом. Она не вмешивалась, но смотрела на меня, не моргая. Отделаться обещанием поговорить позже уже не получалось. Впрочем, после предупреждения Вероники держать девушек в полном неведении стало опаснее, чем сообщить необходимое.

— Её зовут Вероника, — негромко произнёс я. — Она выросла среди людей, которые охотятся на меня. Вчера назначила встречу, а ночью сбежала к нам. За ней могут прийти. До проверки мы не знаем, принесла она помощь или ловушку.

— Ты привёл возможную ловушку домой, — медленно выговорила Арина, разжимая пальцы. — Туда, где живём мы.

— Она сама пришла к воротам, — поправил я. — Если бы я оставил её снаружи, проверять утром пришлось бы тело. К тому же метка уже могла показать врагу район. Сейчас Вероника находится в комнате с одним окном. Василий наблюдал за ней всю ночь, а снаружи дежурит охрана.

— Какая охрана? — тихо произнесла Лиля, бросив взгляд на тёмное окно.

— По дороге к Юрию я встретил Альфреда у академии и велел усилить особняк, — пояснил я. — Двое его людей дежурят у ворот, ещё один наблюдает за задним садом.

Арина шумно выдохнула через нос. Затем подтянула пояс халата и прислонилась плечом к перилам.

— Значит, ты всё предусмотрел, кроме одной мелочи, — раздражённо произнесла она. — Нам опять ничего не сообщил.

— Ночью вы спали, — отозвался я. — Утром я собирался объяснить.

— Сейчас утро, — напомнила она, указывая на светлеющие окна. — Продолжай объяснять.

Я рассказал про встречу у фонтана, будущий ритуал и сто пленниц. Без подробностей о способах умерщвления. Для понимания угрозы хватало числа и срока. Лиля сцепила руки перед животом. Арина перестала смотреть на меня и уставилась на тлеющие поленья.

— Через три дня? — глухо произнесла Лиля. — На рассвете?

— Если Вероника не ошибается, — подтвердил я. — Юрий привезёт Светлану. Она проверит память и метку. До этого к гостье не подходите, ничего у неё не берите и не позволяйте касаться вас.

— Теперь я понимаю, чего опасаться, — пробормотала Арина. — Нам остаться в комнатах?

— Нет. В собственном доме прятаться не нужно, — распорядился я. — Только держитесь вместе и сообщайте Василию, куда идёте. Если услышите шум внизу, закройтесь в спальне и активируйте защиту.

— Мы поняли, — спокойно произнесла Лиля. — А ты хотя бы умойся. У тебя на щеке грязь, и выглядит она убедительнее твоих заверений.

Я провёл ладонью по лицу и стёр с кожи серую полосу. Арина посмотрела на испачканные пальцы, коротко фыркнула и потянула Лилю к лестнице.

— Переоденемся и придём завтракать, — предупредила она. — Раз уж в доме поселилась тайная перебежчица, я хочу видеть, что ей подают. Василий наверняка уже составил для неё меню на неделю.

— Завтракайте в большой столовой, — распорядился я. — Проверку проведём в малой, туда пока не входите. Голодной Вероника точно не останется. У нас человек может скрыть убеждения, оружие и настоящее имя, но от второй порции каши не уйдёт.

Арина едва заметно улыбнулась. Этого хватило, чтобы напряжение в её плечах ослабло. Девушки поднялись наверх, а я отправился умываться.

Холодная вода сняла сонливость примерно на минуту. Я переоделся в сухую рубашку, проверил оба маяка и спустился к малой гостевой. Из-за двери доносилось ровное дыхание. Рядом на стуле сидел один из людей Альфреда, сухой жилистый мужчина по имени Матвей. На коленях он держал сложенный плащ, под тканью лежал короткий меч.

— Из комнаты не выходила, — шёпотом доложил Матвей. — Метка не светилась. Дважды стонала во сне, потом успокоилась.

— Сменишься после приезда Юрия, — распорядился я. — Поешь и ложись. К вечеру понадобишься свежим.

— Понял, барон, — коротко произнёс он и снова уставился на дверь.

Снаружи загудел мотор. Машина остановилась за воротами, а через минуту Василий впустил Юрия и Светлану. Оба приехали прямо из академии. На Юрии был вчерашний костюм, только ворот рубашки застегнулся не на ту пуговицу. Светлана выглядела аккуратнее, но от её плаща тянуло холодным воздухом, металлической пылью и крепким кофе.

— Где она? — хмуро произнёс Юрий вместо приветствия.

— В малой гостевой, — отозвался я. — Ночью больше не пыталась уйти. Метка внешне не изменилась.

— Сначала осмотрю дом и защиту, — решила Светлана, снимая перчатки. — Если на девушке есть привязка, нельзя будить её до установки контура.

Она достала из сумки три серебряные пластины и передала одну Юрию. Они прошли по коридору, проверили окно гостевой, дверь, стену возле камина и наружный подоконник. Пластины дважды нагрелись, но Светлана объяснила это работой наших охранных чар. Чужого следа они не обнаружили.

Василий тем временем накрыл завтрак. На столе появились каша, яйца, хлеб, сыр, чайник и маленькая миска с вареньем. Нянь поставил возле чашки Светланы банку кофе и вопросительно поднял брови.

— Чай, — устало выбрала она. — Если выпью ещё кофе, начну видеть чужие воспоминания без разрешения.

— Это сильно упростит проверку, — заметил Юрий, поправляя сбившийся воротник.

— И сильно усложнит тебе жизнь, — сухо произнесла Светлана. — Начну с твоих воспоминаний.

Юрий сразу занялся пуговицей. Шутка оказалась лёгкой, но подействовала лучше любого приказа. Даже Василий перестал хмуриться.

Я постучал в дверь гостевой. За ней зашуршало одеяло, кровать тихо скрипнула.

— Вероника, это Андрей, — произнёс я, не касаясь ручки. — Прибыли люди, о которых я предупреждал. Вы можете одеться и выйти?

— Одну минуту, — хрипло отозвалась она.

Дверь открылась позже, чем через минуту, но ждать никто не стал считать. Вероника надела чистое серое платье, которое принёс Василий, и собрала волосы в простой хвост. Левая рука лежала на перевязи. Бледная кожа вокруг повязки оставалась прохладной, жара я не заметил.

Увидев Светлану, Вероника застыла. Зрачки расширились, а здоровая рука прижалась к боку.

— Я вас знаю, — выдохнула она. — Вы закрыли разрыв у Северного корпуса.

— Закрыла, — подтвердила Светлана, отодвигая для неё стул. — Сейчас мне нужно проверить вас. Сначала поешьте. На пустой желудок люди чаще теряют сознание, а Василий уже предупредил, что простыни здесь учитывают поштучно.

Вероника перевела взгляд на няня. Тот невозмутимо положил ей кашу и придвинул сахарницу.

— Простыней хватит, барышня, — добродушно пробормотал Василий. — Но падать лучше вправо. Слева стоит господин Юрий, он сам невыспавшийся.

Девушка села. Ложка дважды звякнула о край тарелки, прежде чем она смогла зачерпнуть кашу. Мы не торопили. Юрий пил чай, Светлана раскладывала на салфетке тонкие медные иглы, а я следил за меткой под воротом Вероники. В магическом зрении тёмный знак оставался почти пустым. Воздух над ним дрожал, как над нагретым камнем, хотя кожа вокруг была холодной.

— Я не лгала, — тихо произнесла Вероника, отложив ложку. — Но понимаю, что этого недостаточно.

— Правильное понимание экономит время, — хмуро отозвался Юрий. — Нас интересует не только сознательная ложь. В вашу память могли вложить нужную историю, а тело использовать как проводник.