Выжить. Вопреки всему (СИ) - Кобзева Ольга

— Что случилось? — неуверенно поинтересовался он.

Только фыркнула, поворачиваясь к мужчине спиной.

— Чем ты недовольна? — Марон участливо подсел рядом. — Почему плачешь?

Мужчина мягко повернул меня к себе и потянулся к моему лицу, нежно стирая соленые дорожки.

Дернулась, резко отстраняясь, со злостью глядя на альшара.

— А какие у меня причины быть довольной? — высказалась максимально резко, сжимая кулаки так сильно, что ногти впились в ладони.

Марон промолчал. Взгляд стал тяжелым, давящим. Заметила заходившие на лице желваки. Тоже разозлился.

— Алисана, но ведь ты живешь в доме самого могущественного альшара всего Верхнего Предела! — не выдержав, возмутился Марон. — Находишься под моей защитой. У тебя есть все, о чем местные женщины могут только мечтать! Так почему ты все время грустишь? Все время недовольна! Почему мне так сложно добиться улыбки на твоем лице?

— Оставь меня, — отвернулась. — Я уже много раз говорила, что такая жизнь не для меня. Мне не нужна клетка, пусть и золотая, я не хочу здесь быть.

— Да чего же ты хочешь? Свободы? Путешествовать со своим шэрхом, постоянно рискуя жизнью? Тебе прислуживает пол Жахжены, Алисана! Я скупил всех свободных девушек, и все они во дворце! Да я даже заставил молодых альшаров просить благословения Великой Матери на союз с одаренной альшари. Любой одаренной, не важно из какой семьи. Ты говорила, это сделает тебя счастливой… Мне грозит самый настоящий бунт внутри Острожья, но я готов и на это. Готов на все. Что еще мне сделать, Алисана? Чего еще ты от меня хочешь?

— Отпусти меня.

— Нет! Никогда! И не проси! — рубанул Марон. — Ты сама не понимаешь, о чем просишь. Женщине одной не выжить. Да и куда ты пойдешь? Где твои родные? Прошло столько времени, а ты до сих пор не готова мне довериться, не готова рассказать о себе, — с горечью констатировал мужчина.

— Довериться? — развернулась, неверяще глядя на него. — Довериться? Да как я могу тебе довериться? Ты силой удерживаешь меня подле себя! Ограничиваешь мою свободу! С чего мне тебе доверять, Марон? Я тебя ненавижу! Слышишь, ненавижу! Убирайся с глаз моих, не хочу тебя видеть! Я не обязана развлекать тебя разговорами, довольно и того, что я нахожусь здесь!

— Ненавидишь? — глаза мужчины опасно сузились.

Он порывисто поднялся, окинул меня еще одним злым взглядом и размашисто пошел прочь.

Сначала смотрела ему в спину с осознанием собственной правоты, но уже спустя несколько минут пришло раскаяние.

Фактически, если разобраться, Марон не сделал мне ничего совсем уж плохого, даже вот пытается сделать мою жизнь более сносной, но это не отменяет того факта, что я пленница!

Вернувшись в комнату, снова подумала, насколько больше свободы у меня теперь есть. За мной все еще ходит охранник, но он честно старается не попадаться мне на глаза. Из Жахжены привезли толпу девушек по первому моему требованию. Еще Марон действительно изменил правила заключения союза для альшаров. Я сама была свидетельницей возмущения одного из бравинов, которого устраивало то, как было раньше. Да и разговоры в замке это подтверждают.

Возможно, я не слишком справедлива к Марону?

Эта мысль мне не понравилась. Ходила из угла в угол, мерила шагами комнату, размышляя, как исправить ситуацию. Наверное, стоит извиниться при следующей встрече! — неуверенно решила в итоге.

Еще нужно как-то устраивать девушек из Жахжены. То, что они не сидят без дела, конечно, хорошо, но не отвечает моим представлениям о достойной жизни. У многих я видела тонкие светящиеся линии. Значит, среди девушек есть одаренные! Уж им-то точно можно попробовать найти партнера, спутника, как говорят здесь. А еще двоим вот-вот рожать. Что будет с их малышами? Захотят ли они сами заботиться о детях?

— Алисана Эттар иттани Браниш! — раздалось от двери, когда я собиралась заходить на новый круг метаний по комнате.

Резко обернулась, глядя на довольного собой Марона.

— Я выяснил твое настоящее имя, — пояснил альшар в ответ на мой растерянный взгляд.

Глава 39

— Я выяснил твое настоящее имя, — пояснил альшар в ответ на мой растерянный взгляд. — Алисана Браниш.

— Меня зовут не так, — растерянно покачала головой.

— Ты называешь себя иттани Ораш, тогда как этот торговец не имеет к тебе никакого отношения! — заявил Марон, шагая ближе.

— Именно он и имеет. Хали Ораш спас меня, подарил крышу над головой, но главное — он был рядом в очень сложный период моей жизни.

— Это не делает его твоей семьей! — отрезал Марон, хмурясь. — Пусть войдут, — сказал кому-то, обернувшись на дверь.

В комнату с опаской вошли две женщины. Обе в традиционных нарядах для иттани Верхнего предела — платья, словно нарочно нарезанные на полосы, на голове покрывало, в связи с чем лицо частично закрыто. После храма меня тоже каждое утро ждал такой наряд. Волосы покрывать я отказалась. Жара стоит немыслимая, никакие лишние тряпки на себя набрасывать не хочется, пусть и тончайшие. А вот традиционные платья носила. Они на самом деле не такие открытые, как кажется. Под верхним слоем есть еще нижний. Ткань очень похожа на кожу, только тонкую. Смотрится довольно соблазнительно, можно подумать, что я голая, хотя по факту, это не так.

Вошедшие женщины обе белокожие и светловолосые. Не бравинки, это точно. Я могла свободно их рассматривать, пока обе не подняли глаза.

Женщина постарше, едва увидев меня, похоже, собралась рухнуть в обморок. Лицо ее под газовым покрывалом стало совсем серым. Словно ища точку опоры, женщина схватила за руку ту, что помоложе. А вот лицо той кривилось совсем не радостью. Медленно я начала догадываться, кто передо мной, только вот никаких чувств к этим двум, ожидаемо, не испытывала.

Марон не сводил с меня пристального, изучающего взгляда. Искал в лице… что? Признаки узнавания? Родственные чувства? Привязанность? Любовь? В любом случае, альшар недовольно сжал губы, с неудовольствием глядя на вошедших.

— Асана! — старшая все же не выдержала. Протянула руки ко мне, но шагнуть дальше не посмела. — Асана, дочка, — расплакалась она.

— Снимите алсары! — резко распорядился Марон.

Обе женщины поспешили повиноваться. Алсар — скрывающее лицо газовое покрывало. Обе спешно открепляли удерживающие зажимы. Полминуты — и алсары отброшены в сторону.

— И так не узнаешь? — не выдержал Марон моей апатичной реакции.

Я молчала, равнодушно рассматривая стоящих передо мной женщин. Лукавлю, не совсем равнодушно. Прямо сейчас перед глазами всплыло перекошенное лицо Аргуса Рандлантара, несостоявшегося женишка. А еще тот незабываемый вечер и события после… Постепенно равнодушие стало сменяться раздражением.

— Это твои мать и сестра, Алисана! Как ты можешь их не узнать? — разозлился Марон. Он явно ждал от меня другой реакции.

— Спасибо, — кивнула альшару, разглядывая женщин. — Я давно хотела их найти, но не могла.

— Асана, милая, — женщина заплакала, закрывая рот ладошкой.

Асана, милая? — закипала я. Где ж ты была, дорогая матушка, когда «Асана-милая» прозябала в Жахжене?

— Как я попала в Жахжену? — решила расставить все точки над i. — Вы ведь в курсе, что я там была, так ведь?

Переводила взгляд с одной на другую. Мать молчала, кусая губы. А вот ответ на мой вопрос был крупно написан на лице молодой бравинки — сестры.

Девушка опустила глаза, сжала несколько полос платья, не замечая, что мнет нежную ткань.

— Ты знаешь, как я оказалась в этом лагере, так ведь? — шагнула к ней. — Как тебя зовут?

— Тебе никогда не было до меня дела! — вздернула подбородок девушка. — Но не настолько же! Ты что, забыла имя старшей сестры?

— Отвечай, когда моя валиси тебя спрашивает! — стеганул словами Марон, но так, что даже я едва не подпрыгнула.

Валиси? Снова это слово. Давно уже пора выяснить, что оно означает!

Сестра только теперь побледнела, снова поклонилась Марону, складывая ручки на груди.