Статус: Клинок Системы (СИ) - Flow Ascold

— Стараемся обойтись без жертв, — ответил Болдур.

— Пусть мои ребята с вами пойдут. У нас опыт силовых захватов приличный, да и не все ребята размялись с агентом, — произнёс я и посмотрел на своих.

Герда уже поднялась со скамьи. Мэд оскалился по-дружески. Вася поправил пояс с гранатами. Маша молча кивнула, и этого было достаточно.

— Мы готовы, — ответил Ратмир за всех.

— Хорошо. — Болдур повернулся к своим людям: — Разбейтесь на группы. Карпов, на тебе глобальный план и распределение специалистов. Лисоглядов вскрыл эту ячейку шпионов, ему же стоит отдать должное и право закрыть её окончательно.

— Господин, некоторые офицеры из списка находятся на должностях и объектах… куда вход посторонним закрыт… — осторожно отметил один из соратников Болдура.

— Значит, выдадим это разрешение Алексу и всем членам его отряда, — ни секунды не сомневаясь, ответил Болдур.

— На какой срок? — сразу же уточнил офицер.

— Бессрочно, — удивил всех, включая меня, Болдур.

В зале на секунду стало очень тихо. Четверо офицеров переглянулись. Безлимитный доступ ко всем помещениям, а вместе с тем и к ресурсам крепости — это уровень доверия, который не каждый из них получал за годы безупречной службы. Нам была оказана очень большая честь.

Отец, стоящий рядом, едва заметно качнул головой, удивившись. Он знал Болдура дольше, чем я, и, видимо, не ожидал от него такого жеста. Впрочем, после всего, что произошло: после захваченного порохового склада, раскрытого заговора и пойманного агента Лиги, у Архонта были все основания доверять нам больше, чем кому-либо в этой крепости. Наша сила оказалась решающей в деле искоренения северной ереси.

Болдур завершил совещание и вышел первым, оставив карту с отметками на столе.

Следующие три часа Ратибор переживал то, что в будущем наверняка назовут Днём Великой чистки. Или Великой зачистки. Или каким-нибудь другим громким словосочетанием. Историки любят подобное придумывать для событий, которые на деле представляют собой грязную, тяжёлую, неблагодарную работу.

Мы разделились на несколько групп, чтобы охватить все цели одновременно. Герда и Мэд пошли с первым отрядом стражников к казармам третьей стрелковой роты. Маша и Ратмир взяли на себя интендантство. Вася и Граф получили задачу посложнее — артиллерийский квартал, где сидел Велес с доступом к огнестрельному оружию. Имирэн, Зиркс и Брячедум отправились с офицерами Болдура зачищать тайники на старом рынке. А я вместе с отцом и небольшой группой стражников взял на себя ячейку Фиора.

Торговка тканями Ильма оказалась невысокой женщиной лет сорока с приятным лицом и очень цепким взглядом. Когда мы вошли в её лавку, она уже явно куда-то собиралась и сразу поняла, зачем мы пришли. Рванула к чёрному ходу и попыталась активировать что-то — амулет под платьем начал нагреваться, я почувствовал знакомый жар огненной или, правильнее будет сказать, фиорской магии.

Отец среагировал быстро, я же держал руку на пульсе и был готов вмешаться в любой момент, но решил не забирать себе все лавры великого чистильщика. Несмотря на старость, отец был в неплохой физической форме. Характеристики тела у него превосходили аналогичные характеристики Ильмы. Он перехватил её руку и сделал самый правильный из всех возможных поступков — сорвал амулет с её шеи.

Ильма завопила, пытаясь привлечь к себе внимание, но секунду спустя получила удар по руке от стражника, что через пару мгновений принялся заламывать руку ей за спину.

— Фиор, покарай неверных… — прошипела она сквозь зубы.

— Без шансов дозваться до этого мудака. Ваши дни в Домене сочтены. А тебя ждёт виселица либо расстрел. Смотря, что решит Архонт. Закон суров, но на то он и закон. Террористам из Фиора давно пора было уяснить: их здесь не ждёт ничего, кроме смерти либо тюрьмы, — ответил я и кивнул стражникам, чтобы уводили.

Остальных фиорцев собирали по городу весь оставшийся час. Некоторые пытались бежать. Один даже попробовал призвать огненный элементаль, но успел лишь поджечь собственную мастерскую, прежде чем стражники скрутили его и залили водой и мастерскую, и его самого.

С теми, кто был под ментальным контролем Лиги, дело обстояло иначе. Они не сопротивлялись, потому что даже не понимали, за что их задерживают. Капитан Дорен Вольт стоял посреди казармы с совершенно ошарашенным лицом, когда Герда вежливо, насколько это слово вообще применимо к ней, вместе с приставленным к ней капитаном попросила Дорена сдать оружие. Он сдал оружие без единого слова, увидев вооружённый до зубов отряд за их спинами.

Ментальный контроль отпускал их всех медленно. Агент был мёртв, его воля больше не влияла на жертв, но проклятье Наваждения не снимается мгновенно. Алиса пояснила мне, что на полное восстановление без помощи может уйти несколько недель. Но у нас была помощь. Точнее, у меня.

«Чёрный Губитель поглощает проклятья. Так что наш обжора может сослужить неплохую службу и вновь начать собирать свою коллекцию. В прошлый раз она нам здорово помогла. Призови его из Реликвария», — выдала Алиса вполне очевидный совет, но я не стал говорить ей, что просто ждал удобной возможности, когда всех арестованных приведут в одно место, чтобы не бегать по всей крепости и городу.

Чёрный Губитель внутри Реликвария жадно всасывал в себя проклятье, бубнил что-то про голод, что наконец-то отступил. Дух пугал солдат и офицеров, в особенности захваченных, но мой высокий статус позволял мне спокойно объяснять, не тормозя процесс извлечения проклятия из подчинённых Болдура бывшим злым духом.

Стоило закончить пугающую процедуру с первым заключённым, как его глаза мгновенно прояснялись, а дух сразу же продолжил. Кто-то вздрагивал всем телом, кто-то хватался за голову обеими руками. Сержант из интендантства, крупный мужик с такими руками, что этими ковшами можно землю копать, вдруг побледнел и выговорил: «Я же сам… Я же рапорты подделывал… Зачем я это делал?..» — и сел на лавку, обхватив голову руками.

Я не утешал. Не моя работа. Моя работа — снять проклятье и передать человека тем, кто будет разбираться, совершал он всё сознательно или нет. Болдур для этого выделил отдельных следователей, и, по его словам, процедура будет долгой, но справедливой. Меня это устраивало.

К пятому часу после полудня основная работа была завершена. Шестнадцать человек из списка агента задержаны. Одиннадцать фиорцев арестованы, включая координатора ячейки. Семь тайников внутри города обнаружены и опечатаны. Болдурские офицеры работали без перерыва, и их рвение было понятно: каждый из них последние четыре года служил бок о бок с предателями и не заметил этого. Личная обида движет людьми не хуже приказов.

Мы с отрядом встретились у цитадели, когда солнце начало клониться к закату. Все устали, но настроение было приподнятым. Герда рассказывала Мэду, как один из задержанных попытался выпрыгнуть в окно второго этажа и приземлился прямо на патрульного внизу, после чего оба скатились в канаву и лежали там, пока стражники не вытащили обоих.

Вася демонстрировал Графу трофейный кинжал из тайника на старом рынке, покрытый рунами, назначение которых ни он, ни Граф определить не смогли, но оба сходились во мнениях, что это должна быть какая-то пакость, так как для эпического артефакта у него было слишком мало особенностей и фишек.

Маша стояла чуть в стороне и разглядывала конфискованные у фиорцев амулеты, литературу, предметы для ритуалов, а рядом с ней негромко переговаривался с одним из офицеров Болдура Ратмир.

Обычная послебоевая суета, знакомая каждому, кто хоть раз участвовал в серьёзной операции. Подведение итогов и скрепление братства между теми, кому довелось вместе сражаться за будущее города.

Я сел на каменную лавку у стены цитадели, прислонился спиной к тёплому от дневного солнца камню и закрыл глаза на несколько секунд. Двести капель Эфира — ощутимая потеря. Копить их придётся не один день. Но новая техника стоила каждой потраченной капли. Допрос душ — это оружие, о котором ни Лига, ни Фиор, ни кто-либо другой не знает и к которому нельзя подготовиться. У них нет защиты от того, чего не существовало ещё сегодня утром.