Я все еще не бог. Книга XXXVI (СИ) - Дрейк Сириус

Эль переваливаясь на гусиных лапах последовал за ним. Прежде чем нырнуть в портал, он хлопнул крыльями и убрал все тени.

Элю показалось странным, что человек, который мог убить собственного сына, не стал этого делать. Гусь терялся в догадках, что это. Милосердие? Расчет? Ловушка?

Он разберется позже. Сейчас надо спасать идиота.

Гусь нырнул в портал, и голубое свечение сомкнулось за ним.

Кремль.

Москва.

Пётр Первый вышел из тронного зала и аккуратно прикрыл за собой изуродованные двери. Одна створка держалась на одной петле, вторая была расколота пополам. Из щелей тянуло холодом от разбитых окон.

За дверью, прислонившись к стене, стоял секретарь. Молодой, в идеально отглаженном костюме дворецкого, с записной книжкой в руках и круглыми очками в золотой оправе. Ни один мускул на его лице не дрогнул, хотя за последние полтора часа из зала доносились звуки, от которых вся охрана Кремля сбежала на задний двор.

— Как всё прошло, ваше величество? — спросил секретарь тем же тоном, каким обычно уточнял расписание на завтра.

Пётр посмотрел на свою рубашку. Она была забрызгана кровью сына. На рукаве длинный разрез от меча. Ладонь содрана.

— Нормально, — ответил он.

— Тронный зал?

— Хуже, чем я, — улыбнулся царь.

— Существенного?

— Колонны, пол, потолок, стены, окна и герб. В остальном всё цело, — Пётр пошёл по коридору. Секретарь бесшумно двинулся следом.

— Понял. Вызову строительную бригаду. Обычную или магическую?

— Магическую. И быстро. Через два дня здесь будет пусто, и мне не нужно, чтобы кто-то ковырялся в руинах, задавая вопросы.

Секретарь сделал пометку в книжке.

— Ваш сын?

Пётр замедлил шаг.

— Жив. Вампир его забрал. К этому моменту они уже должны быть на пути к порталу.

— Значит, на Сахалин?

— На Сахалин, да. Там его подлатают. Когда все начнется, он будет лежать в лазарете.

Секретарь кивнул, понимая.

— Таким образом, ваш сын не пострадает при нападении.

— Именно. Если бы этот упрямец остался в Москве, он бы полез в первые ряды защитников Сахалина через портал. Или, ещё хуже, попытался бы перехватить мою армию на марше. Теперь он лежит с дыркой в боку, и минимум неделю никуда не денется.

— Элегантное решение, ваше величество.

— Отцовское, — поправил Пётр. — Готовь войска. Всё идёт по расписанию. Никто не должен задерживаться. Авангард выдвигается завтра на рассвете. Основные силы через шесть часов после авангарда. Флот подходит с востока одновременно с наземной группой. Необходимо уничтожить как можно больше водных монстров на подходе. Они наверняка будут нападать. Кузнецов умеет ими управлять.

Секретарь записывал, не поднимая головы.

— Понял. И ещё один момент, ваше величество.

— Говори.

— Наемники из той организации. Мы задействовали более девяноста процентов всего личного состава для операции на Сахалине. Это практически все боевые ресурсы. Не слишком ли это… много?

Пётр остановился у окна и посмотрел на заснеженный двор.

— Нет. Совсем не много. Для того, что нас ждёт на Сахалине, этого может оказаться даже мало.

— Но Совет Организации…

— Совет, — Пётр усмехнулся. — Напомни мне, кто создал эту Организацию?

— Вы, ваше величество.

— Кто выстроил ее работу таким образом, чтобы она функционировала, даже в мое отсутствие?

— Вы.

— Кто назначил каждого члена Совета на его место. Хотя, сейчас их места занимают из внуки, жалкие тени их предков…

— Вы.

— Вот и замечательно. Значит, мне наплевать на мнение людей, которые сидят на стульях, купленных на мои деньги. Девяносто процентов, но лучше больше! И точка.

Секретарь захлопнул книжку.

— Понял. Передам распоряжение.

— Передай, — Пётр двинулся дальше по коридору. — И закажи мне новую рубашку. Эта, как видишь, уже не годится.

Секретарь посмотрел на бурые пятна крови на белой ткани.

— Белую?

— Белую. Я ценю постоянство.

— Будет сделано, ваше величество.

Обновленный кабинет Петра Первого располагался в западном крыле Кремля. Массивная дубовая дверь, тяжёлые шторы на окнах, камин, заставленные книгами полки от пола до потолка. Единственное место в этом здании, где царь позволял себе быть не царём, а просто уставшим человеком.

Пётр толкнул дверь и сразу понял, что отдохнуть не получится.

В кабинете его ждали пятеро.

Они сидели полукругом у рабочего стола. Трое мужчин и две женщины. Все в дорогих костюмах, все с печатями Организации на лацканах, все с выражениями лиц, которые обычно бывают у людей, собирающихся предъявить претензии.

Пётр закрыл за собой дверь и прошёл к столу. Снял изорванный пиджак, бросил на спинку кресла и сел.

— Не помню, чтобы я назначал встречу, — произнёс он, наливая себе воды из графина. Его не удивило то, как сюда проникли эти люди. Ему просто было на это наплевать.

Первым заговорил мужчина слева. Седой, грузный, с толстыми пальцами, унизанными перстнями. Барон фон Краузе, глава европейского отделения.

— Ваше величество, мы прибыли без приглашения, потому что ситуация не терпит отлагательств.

— Ситуация, — повторил Пётр и отпил воды.

— Вы отправляете девяносто процентов наших сил на Сахалин, — подхватила женщина справа. Высокая, худая, с острым лицом и ледяными глазами. Леди Кросс, координатор азиатских операций. — Это безумие. Организация существует не для того, чтобы один человек использовал её как личную армию.

— Вот как, — Пётр поставил стакан.

Третий, смуглый мужчина в белом костюме, кивнул. Аль-Рашид, контролёр финансовых потоков.

— Мы теряем контракты по всему миру. Клиенты уходят. Репутация падает. Вы оголяете все направления ради одного острова.

— Одного острова, — повторил Пётр. Он откинулся на спинку кресла и сложил пальцы домиком.

Четвёртый, молчаливый азиат с короткой стрижкой, просто смотрел. Генерал Мори, начальник разведки. Он предпочитал не говорить, пока не будет повода.

Пятая, молодая блондинка с ямочками на щеках, сидела с планшетом в руках. Ингрид Вебер, аналитик. На вид безобидная, как котёнок. На деле отвечала за ликвидации в северном полушарии.

— Мы не пришли ссориться, — Краузе поднял руки в примирительном жесте. — Мы пришли обсудить.

— Обсудить, — в третий раз повторил Пётр. Его голос был ровным, почти скучающим. — Расскажите мне, что именно вы хотите обсудить. Я внимательно слушаю.

Леди Кросс наклонилась вперёд.

— Мы посовещались. Все пятеро. Единогласно.

— Единогласно, — Пётр приподнял бровь. — Впечатляет. Обычно вы не можете договориться даже о том, в каком ресторане обедать.

— Мы решили, — продолжила Кросс, проигнорировав замечание, — что Организации нужен другой руководитель. Ваши методы стали слишком… авторитарными.

— Авторитарными, — Пётр позволил себе улыбку. — Я правлю своей Империей авторитарно. Вы только сейчас заметили?

— Раньше это работало, — вступил Аль-Рашид. — Теперь нет. Ваша одержимость Сахалином ставит под угрозу всё, что мы строили десятилетиями.

Пётр медленно обвёл взглядом каждого из пятерки. Его глаза были холодными и абсолютно спокойными.

— Позвольте уточнить. Вы пятеро пришли в мой кабинет. В моём Кремле. В моей стране. И сообщаете мне, что я уволен из организации, которую я создал. Правильно?

— Мы не увольняем, — Краузе расстегнул пиджак. Под ним блеснул артефакт. — Мы отстраняем. С немедленным вступлением в силу.

Генерал Мори наконец заговорил. Его голос был тихим и ровным.

— Нам не нужна конфронтация, ваше величество. Просто отойдите в сторону. Мы отзовём войска с Сахалина и перенаправим их на рентабельные контракты. Все останутся при своём.

Ингрид Вебер, до этого молчавшая, подняла планшет. На экране мигала красная точка.

— Здание окружено. Сорок наших оперативников. Периметр перекрыт. Ваша охрана нейтрализована двадцать минут назад. Мы подготовились, ваше величество.