Добродетель злодейки. Том 1 - Jin Bae Hee

– Что такое? У меня нет времени! – занервничала я.

Хамель на миг зажмурился.

– Я… у меня… у меня… клаустрофобия.

– Что?..

На испуганном лице Хамеля не было ни кровинки. Он не лгал. Клаустрофобия. Неожиданное признание заставило меня застыть на месте и задуматься о том, что делать. В ту же секунду Хамель, не отпуская дверцу шкафа, мягко положил свою руку поверх моей. Его ладонь вымокла от пота.

– Страшно.

Его слова эхом отдавались в моих ушах. В робком голосе звучали панические нотки. Теперь мне показалось настоящим преступлением запирать Хамеля в шкафу. Пока я колебалась и обдумывала, где его прятать, он убрал руку и, запинаясь, пробормотал:

– Но… поскольку тут такое дело, я немного потерплю. – В его голосе все еще чувствовался страх, но глаза решительно блестели. Он взялся за дверцу шкафа и осторожно ее закрыл.

Я несколько секунд смотрела на шкаф, а после перевела взгляд на ладонь, которая стала влажной от прикосновения Хамеля. Я очень сочувствовала ему, но тотчас опомнилась и пришла в себя. Он спрятался в шкафу, невзирая на фобию, поэтому я не могу позволить себе бездействовать.

Я села на стул и выпрямилась, высокомерно подняла подбородок и даже закинула ногу на ногу. Вот так довольно неплохо. Затем я пригладила взъерошенные волосы и попросила горничную впустить Лераджию. Я собиралась выгнать ее через пару минут хотя бы ради Хамеля, который находился в шкафу.

Едва я дала разрешение войти, как дверь отворилась и Лераджия переступила порог комнаты.

Эта стерва приближалась ко мне грациозной походкой. Лицо Лераджии было невозмутимым. Как будто она приехала сюда навестить меня и узнать, как у меня дела. Однако ее чрезмерное спокойствие заставило меня почувствовать себя неловко, ведь у Лераджии не было причин навещать меня по будничным вопросам. Мы не настолько близки, чтобы видеться без причины, да и, черт возьми, всю жизнь мы были врагами и только и делали, что рычали друг на друга.

Значит, она собиралась меня о чем-то просить.

Я увидела, что она держит в своих тонких руках книгу. Тот самый любовный роман, которой несколько дней назад исчез из моей комнаты.

– «Заключенный принц и дочь маркиза», – прошептала я.

Пальцы Лераджии крепко сжимали книжку.

Может, мне показалось? Я несколько раз зажмурилась и открыла глаза, надеясь, что мне померещилось, но, увы, розовый переплет как будто бы даже стал еще ярче.

Все-таки мерзавец Кики украл книгу!

Недавно я была у него и потребовала немедленно вернуть роман, но он только отпирался. Я знала, что он лжет, но не смогла найти книгу в его комнате и в итоге вернулась домой. Теперь я понимаю, что он уже успел отдать книжку стерве Лераджии! Эх, бедному всегда не везет.

Получается, что книга попала в руки Лераджии! Вероятность того, что она ее прочитала, достигала ста процентов. Наверняка она досконально знает все перипетии сюжета.

Карты спутались.

Я с трудом сдержала вздох и принялась буравить Лераджию пристальным взглядом. Я надеялась, что она вздрогнет, но не тут-то было. Вздрогнуть? Да ни в коем случае. Наоборот, Лераджия с гордым видом села напротив меня и с шумом положила книгу на стол.

Я, стараясь не выдавать волнения, произнесла:

– Что… – И резко замолчала.

Нет. Нельзя так говорить. Я выгляжу растерянной.

Я прокашлялась, снова хотела что-то сказать, но не могла подобрать слов. Возможно, с тех пор, как в моей жизни появился роман об Изане, моя голова поседела.

– Джинджер Торте, ты же знаешь об этой книге?

– Да. Ведь это моя книга. Не могла найти ее в последнее время и подумала, что в поместье завелся вор. Оказывается, ты ее взяла. Ты уже переросла тот возраст, когда воруют, – улыбнулась я.

Я хотела ее задеть, но Лераджия ничуть не рассердилась. Она явно была заинтригована и улыбнулась мне в ответ. Змея.

– Джинджер, вор – твой любовник. Я просто взяла то, что мне дал Кики, твой жених. Я даже не просила, а он подсунул мне роман. А раз так, я не могла не взять. Женщины любят подарки. Верно?

Кики. Мерзавец! Идиот! Он умолял меня о снисхождении и в то же время подлизывался к Лераджии? Я была бы еще большей дурой, если хоть немного, хоть на волосок уверовала бы в искренность Кики, когда он просил прощения. Я с трудом сдержала гримасу отвращения и постаралась сохранить лицо.

«Фух, успокойся, Джинджер Торте. Кто первым разозлится, тот и проиграл. Ни в коем случае нельзя выходить из себя».

Я вновь прочистила горло и сказала:

– О, Лераджия, ты немного отстала от жизни. Кишон Микельсен больше не мой жених. Высокопоставленный человек лично расторг мою помолвку.

– Высокопоставленный человек? Ты имеешь в виду короля Изану?

– Да. Король Изана позаботился обо мне, оказав мне такую честь. Я собираюсь снова встретиться с ним завтра. Ему интересно, что происходит в мире или что-то в этом роде. Я умею рассказывать истории. Король слушает меня затаив дыхание. Он в восторге. Ха-ха!

Я смешала правду с ложью, выдумав, что собираюсь встретиться с Изаной, однако то, что ему нравились мои истории, точнее мои мысли, являлось правдой. Конечно, понятие «нравится» звучало расплывчато, но в любом случае он относился ко мне более дружелюбно, чем к другим. На самом деле я хотела в это верить. Черт.

– Джинджер Торте, почему бы тебе не рассказать все честно? Я знаю, ты использовала книгу и пыталась украсть мой кулон, чтобы привлечь внимание короля. И мне известно, что ты говорила Его Величеству обо мне всякие странные вещи.

– Что ты имеешь в виду? Какие глупости! Лераджия… Неужели ты веришь, что содержание романа правдиво и описывает реальность? Ты несешь чепуху! Разве сюжет книги может воплотиться в жизнь с такими подробностями? У тебя богатое воображение.

«Отлично, так держать. Джинджер Торте. Давай поскорее выгоним Лераджию». Я украдкой посмотрела на шкаф. Хамель наверняка дрожит в одиночестве в темном и тесном пространстве. Кроме того, когда я вспомнила его серые глаза, полные страха, у меня почему-то заныло сердце.

Удивительно, что у него клаустрофобия. Я подумала, что эта фобия совершенно не сочетается с той резкостью, которую я почувствовала в нем в первый день, когда увидела мага.

Лераджия некоторое время молчала и о чем-то размышляла, пристально глядя на обложку книги, а затем заговорила:

– Да. Может, у меня слишком богатое воображение. Я тоже не верю, что в книге описаны реальные события. Но, помимо содержания, я верю тому, что пережила сама. Моя подвеска с алым кулоном, способность Изаны… Все это есть в действительности. Джинджер Торте, ты считала, что я не знаю о способностях Его Величества?

Подождите, что мне ответить? Я потеряла дар речи и пристально посмотрела в ее алые глаза. В них не было ни намека на колебание. Она явно все осознавала. То, что у Изаны есть способность, и то, что кулон блокирует магический талант Его Величества. Я по привычке прикусила нижнюю губу.

– О, а ты растерялась, Джинджер. Я подозревала о его способности читать мысли еще с тех пор, как король вызвал меня к себе.

– Ра-растерялась, что за бред? И как ты догадалась?

– Ты все равно не знаешь, кто этот человек. Он сообщил мне, что нужно быть осторожной.

В прошлый раз Изана сказал, что встретился с Лераджией, чтобы удовлетворить свое любопытство. Он не поведал мне о сути разговора с Лераджией, но наверняка она уже тогда знала о его даре.

Кто же сообщил Лераджии о способности Изаны?.. Хамель Брей? Возможно, он заранее предупредил Лераджию. Чтобы предотвратить ее гибель, Хамель действовал весьма решительно?

– Ладно. И что дальше? Ты же не просто так пришла?

– Я собираюсь предупредить тебя, Джинджер Торте.

– Предупредить? Ты?

– Да. – Лераджия свирепо посмотрела на меня, провела рукой по чуть растрепавшейся челке и властно произнесла: – Я буду говорить прямо. Меня интересует Его Величество Изана. Я хочу узнать его получше. Я почувствовала это, когда впервые увидела его на балу, и ощутила позже, когда услышала историю о проклятии моего деда.