Добродетель злодейки. Том 1 - Jin Bae Hee

– Что?

Лераджия продолжала говорить не останавливаясь. Казалось, она уже четко сформулировала все доводы.

– Джинджер Торте, я понимаю, что и ты интересуешься королем. Но я сделаю так, чтобы внимание Его Величества, которое сейчас направлено на тебя, переключилось на меня.

Ого, это объявление войны? Значит, мы будем бороться за Изану? Я собралась с мыслями. На самом деле мы не раз соперничали из-за мужчин, поэтому ее жесткая тирада не повергла меня в шок.

– Ха! Ты думаешь, у тебя получится? Мы с Его Величеством уже становимся ближе.

– Ложь. Этого не может быть.

– Нет, Его Величество сказал, что я ему небезразлична.

И вообще, он упоминал, что я самый необычный человек, которого он когда-либо встречал. Кхм.

Лераджия непроизвольно скривилась. Очевидно, она была сильно напряжена. Отлично, давайте воспользуемся этим, чтобы сломать ее напускное бесстрастие.

Я кивнула и добавила:

– Я уже несколько раз держала Его Величество за руку. Его руки такие холодные, мне хотелось бы прикасаться к ним каждый день и согревать их.

– Не может быть.

– Эй? Лераджия, тебе не стоит удивляться прямо сейчас. Есть еще более важный факт.

– Какой?

– Ты будешь потрясена, когда услышишь!

– На что ты намекаешь? – Лераджия впервые повысила голос. Несомненно, ее эмоции были на подъеме.

Я одарила ее победной улыбкой и неторопливо ответила, подражая спокойному тону Лераджии, который она всегда использовала:

– Я трогала бедро Его Величества.

– Что… э-э-э… Что?

Я не солгала, хоть и коснулась его случайно.

Хм.

Лераджия хватала ртом воздух, совсем не ожидая такого поворота. Я едва сдержала желание разразиться громким смехом. В тот момент, когда я собиралась еще немного подразнить ее, дверь шкафа скрипнула и открылась. Раздался глухой стук, и Хамель, который спрятался в шкафу, вывалился наружу. Упав на пол, он некоторое время не шевелился, а затем сел, низко опустив голову. Его лица не было видно.

– Что… что тут еще такое?! – ужаснулась Лераджия, уставившись на Хамеля.

Я тоже была изумлена громким звуком падающего крупного тела Хамеля, но опомнилась быстрее, чем Лераджия. Я рывком вскочила со своего места и подбежала к магу. Меня больше беспокоило его состояние, чем то, что Лераджия узнала, что он находится в моей комнате. Похоже, с ним что-то было не так, поскольку его поза казалась очень скованной, но он не делал никаких попыток устроиться на полу поудобнее. Я мгновенно опустилась на колени, чтобы встретиться с ним взглядом. Обхватила его лицо ладонями и немного приподняла.

– Боже мой… – Я потеряла дар речи.

Его очки запотели, но я различила, что в выцветших серых глазах Хамеля стояли слезы. Он громко сглотнул подступающие сопли. Его лицо было бледным до такой степени, что казалось прозрачным, а губы посинели.

У меня действительно не было слов. Зря он прятался в шкафу! Я чувствовала себя виноватой, ведь я буквально его туда затолкала. Мне было жаль его, я чувствовала себя беспомощной. Смешанные чувства переполняли мое сердце.

– Почему ты оставался в шкафу? Тебе же стало плохо! – корила я Хамеля, обратившись к нему на «ты».

Фраза прозвучала так, будто я его обвиняю. Я хотела сказать Хамелю теплые слова, но также хотела отругать за то, что он столько времени терпел. Если он запаниковал до такой степени, решив, что может умереть в любую секунду, ему следовало выбраться из шкафа гораздо раньше. Незачем было храбриться. Я сняла с него очки и вытерла Хамелю слезы. Ха, я впервые в жизни вытираю слезы такому представительному мужчине.

– Ну… потому что… мне было очень страшно.

Хамель попытался что-то сказать, но не смог, потому что не успокоился до конца. Он замолчал, взял у меня очки, шмыгнул носом и еле слышно пробормотал:

– Со мной теперь… покончено…

– Что? Покончено?

– Моя расслабленная чувственность… – Хамель, всхлипывая, опустил голову еще ниже.

Я осторожно обняла его дрожащие плечи и вместе с ним оплакивала пропажу расслабленной чувственности, которая так жестоко покинула его.

«Выражаю соболезнования вашей томности. Аминь».

Неотразимость мага больше не подлежала восстановлению. Хамель уткнулся носом в мое плечо. Возможно, он не хотел, чтобы Лераджия видела, как он плачет. Как же ему было страшно. Я никогда в жизни не испытывала клаустрофобии, поэтому не могла толком понять его тревогу и страх. Но когда взрослый мужчина плачет, это, должно быть, является для него намного большим страхом, чем можно себе вообразить.

В тот момент я почувствовала желание что-то сделать для Хамеля. И, осознавая это, была потрясена до глубины души. Мое сердце трепыхалось в груди. Поэтому я решила, что ни при каких обстоятельствах не должна позволить Лераджии увидеть, как он плачет. Потому что стерва, похоже, еще не узнала его.

Я слегка похлопала Хамеля по спине. Он продолжал рыдать мне в плечо. Потом я крепко прижала его голову к себе и прошептала Хамелю на ухо:

– Все в порядке. Просто поверь мне.

Я поднялась с колен и закрыла Хамеля собой. Конечно, маг обладал внушительной комплекцией, и я не могла скрыть его фигуру полностью, зато Лераджия точно не видела его побледневшее лицо.

Я посмотрела на оторопевшую Лераджию. Она пребывала в недоумении.

Я указала на нее пальцем:

– Лераджия Атланта, на этом наш сегодняшний разговор закончен. Как ты видишь, у меня уже есть гость, который пришел раньше.

– Что? Что за нелепая ситуация?

– Ты можешь думать, что это нелепость, но именно ты заявилась без предупреждения. Лераджия, я бы хотела, чтобы ты сейчас же покинула особняк.

Лераджия вместо ответа нахмурилась. Она сузила глаза и попыталась рассмотреть мужчину, сидящего за моей спиной. Но я не позволила ей, широко расправив платье, словно веер.

– Ого! Кто позволил тебе смотреть на моего гостя? – Я тихо зарычала и пригрозила Лераджии.

– Ха! Джинджер Торте. У меня нет слов, потому что это абсурд. У тебя всегда есть какие-то непонятные отговорки. Как бы я ни старалась, мне не удается понять твои действия до конца. Ладно. Допустим, я пришла без предупреждения, как ты и утверждала. Но я уже сказала тебе все, что хотела, поэтому мне и правда пора.

– Да. Просто убирайся отсюда.

Лераджия даже в этой ситуации сохраняла грациозность. Она расправила складки пышной юбки и элегантной походкой направилась к двери.

Я, наблюдая за Лераджией, продолжала придерживать платье обеими руками и тщательно прикрывала Хамеля, сидящего за моей спиной. Почему-то у меня возникла странная фантазия, что я рыцарь, охраняющий монарха. Удивительно. Я будто перевоплотилась в рыцаря, который защищает короля, невзирая на то, что враги уже вторглись во дворец.

Лераджия положила ладонь на дверную ручку. Затем приоткрыла дверь и с подозрением обернулась:

– Джинджер Торте, ведь ты довольно близка с Хамелем Бреем. В следующий раз неплохо было бы встретиться втроем.

Что… что? Она видела? Она поняла, что это Хамель Брей?

Однако Лераджия не дала мне возможности ответить и быстро вышла из комнаты. Я сглотнула ком в горле и посмотрела на закрытую дверь.

Все пропало. Я пыталась скрыть, что это Хамель Брей! Но змея обо всем прознала. Я не представляла, что сказать Хамелю, и не решалась взглянуть на него.

Пока я думала, что делать, маг медленно поднялся на ноги, засопел и закряхтел:

– Фух! Теперь мне немного лучше.

Я продолжала чувствовать себя виноватой. Не осмеливаясь обернуться, я ответила ему, глядя вперед:

– Извини. Я подорвала твое доверие и ничем не смогла помочь.

– Все в порядке. Каким бы ни был результат, в итоге я согласился спрятаться в шкафу. Мне просто жаль, что я поддался панике.

Я нерешительно оглянулась и встретилась взглядом с Хамелем. Вроде бы он перестал плакать, но его глаза до сих пор были красными, как и кончик носа, что вызвало во мне новый приступ жалости.

Хамель надел и поправил очки, после чего сказал: