Соло. Книга 6 (СИ) - Маханенко Василий Михайлович

— Лови, проверяй, — произнёс я, швырнув пластину старику. Получилось вполне удачно — пластина долетела до цели. Вот только то, что произошло дальше, спрогнозировать я не смог. Стоило пластине коснуться старика, который до последнего хотел увернуться, как старика не стало. Он просто исчез яркой вспышкой, превратившись в чистую энергию. Причём превратился целиком, вместе с одеждой и всеми украшениями, что на нём имелись.

Повисла жуткая тишина. Все даже голову поднять боялись, так что пришлось топать за пластиной самостоятельно. Подняв её, я обратился к старику:

— Мне нужен дар, чтобы проверить свой дан, — потребовал я. — Есть вероятность, что он уже не девятый.

— Девятый — максимальный дан, старший, — ответил старец, но команду всё же отдал. Противиться «старшему» он не смел.

— Кто это сказал? — уточнил я. — Тот, кто не смог преодолеть свои границы?

Ответить Гостомысл на это ничего не мог. Вскоре передо мной находилась знакомая шкатулка, где был спрятана ветка бамбука. Я взял её в руки, ожидая определённый результат. Не синий. Чёрный с красными прожилками. Десятый ранг или десятый дан, если переводить в здешнюю систему мер.

Не вышло. Ветка начала сиять ярче, чем в прошлый раз, синий цвет был более насыщенным, ни никакого чёрного ещё не было. Либо девятый действительно является финальным даном, либо мой десятый ранг ничего не значит. Нужно больше силы.

— Девятый подтверждённый, — с нотками восхищения произнёс Гостомысл. — Ты действительно человек, старший. Прошу прощения недостойных, кто сомневался в твоей силе. Чем Пинск может услужить старшему?

— Рассказом о том, откуда в городе взялась эта статуя и каким образом происходит защита города от монстров, — ответил я. — Заодно было бы хорошо понять, что такое бог и молитва. На нашем материке ничего подобного нет.

Следующие несколько часов привнесли в мою жизнь много чего нового и удивительного. Например, понятие «бог». Некая сущность высшего порядка, которая своей силой может остановить монстров, но по какой-то странной причине не делает это до конца. Для того, чтобы призвать силу этой высшей сущности, требуются молитвы — бесконечное взывание к сущности с просьбой даровать свою силу. Благодаря этому артефакт в храме, как называлось это здание, активировался и даровал городу защиту. Чем больше молящихся, чем сильней их вера, тем прочнее защита. Ни о каких первородных силах Гостомысл не слышал и считал мои слова, что существует только шесть изначальных стихий, кощунством. Ещё одно новое слово, означающее надругательство над сущностью. К ней жители Пинска относились со всем доступным обычным людям уважением. Потому что понимали — пока есть статуя, город стоит.

Сама статуя появилась здесь давно. Скорее, город разросся вокруг статуи, что была на этом месте изначально. Вот, значит, по какой причине монстры до сих пор не уничтожили людей! Охранные артефакты, блокирующие способности всех, даже таких высокоуровневых монстров, как моя Киринэ. Радиус действия ауры был небольшим, так что рассчитывать на сокрушительную победу люди не могли. Но и поражения могли не опасаться. Интересно здесь всё устроено, на самом деле!

Подавляюще большинство служителей храма ушло поднимать народ. Никто не встанет с колен, пока к нему не подойдут служители. Вот почему все люди стоят на коленях вне домов. Чтобы служители точно знали, к кому подходить. Если кто-то начнёт молиться у себя дома, то может умереть от голода, если родные не позовут служителя. Фанатичность горожан в этом плане была абсолютной.

Для жителей Пинска статуя была символом высшей силы. Такой, как первородный хаос для меня. Но для меня эта статуя была всего лишь источником колоссальной энергии, лишённой любого намёка на стихию. Идеальная сила, с помощью которой можно сформировать пространственное хранилище!

— Я могу здесь помедитировать? — спросил я у Гостомысла. Да, я был «старшим», но и со своими правилами в чужое место силы лезть мне не хотелось. Если запретят — буду собирать камни монстров. Мне нет резона ругаться с обычными людьми.

— Сила Перуна в твоём распоряжении, старший, — тут же ответил старейшина, причём таким тоном, словно он был преисполнен радостью. С чего вдруг? Неужели думает, что я проникнусь величием этого места и стану одним из них? Или что обрету «веру», как называли здесь процесс накапливания силы.

— Старший, а где твоя приспешница? — спросил Гостомысл, прежде чем я устроился формировать оболочку заклинания. — Поведай, каким образом человек стал повелителем Стаи? Если это, конечно, не является тайной.

— Нет, не тайна, — ответил я, бросив взгляд на статую. Она никуда не денется, а людям на этом материке нужно узнать, что монстры тоже бывают адекватными. — Но это не место для подобных разговоров. Вот был бы здесь стол, еда, хорошие напитки, я бы с удовольствием поведал о том, как появился на вашем материке, что вообще здесь делаю и откуда у меня в подчинении монстр десятого уровня шестой степени.

— Старший знает толк в хороших разговорах, — лицо Гостомысла просияло. — Всё будет обеспечено по высшему разряду, Соло Греймод. И еда, и напитки, и услада для глаз. Мы, последователи великого Перуна, знаем в этом толк! Прошу, следуй за мной. Храм не самое подходящее место для длительных разговоров!

Глава 18

— Старший, у тебя всё хорошо? — вопрос Гостомысла прозвучал откуда-то из другого мира. Он отвлекал, но сейчас был как нельзя кстати. Стал тем самым маяком, на который я выплыл и океана чистой энергии.

Сказать, что я испугался — не сказать ничего! В статуе оказалось так много силы, что я едва в ней не растворился. Нейтральная энергия оказалась настолько приятной и манящей, что мне не хотелось и неё вылезать даже после того, как я закончил с пространственным хранилищем. Получилось, на удивление, настолько легко, словно я каждый день только этим и занимался. Видимо, всё дело в доступной энергии. Если её мало, приходится пользоваться внутренней, теряя концентрацию. У меня сейчас с этим проблем не было вообще.

— Всё хорошо, — я открыл глаза. — Сколько я здесь уже сижу?

— Вторая неделя закончилась, — ошарашил меня Гостомысл. — Мы даже начали переживать, что медитация так затянулась.

— Ничего, иногда полезно спокойно посидеть и подумать, — ответил я. Две недели позади, а я их даже не заметил! — На город не нападали?

— Нет, старший, — ответил Гостомысл. — Монстры ведут себя примерно. Даже сборщика нового прислали.

Во время «разговора» с Гостомыслом, превратившимся в банальную пьянку, мы обсудили многое. И то, почему городу приходится платить дань, и как они торгуют с богопротивными монстрами, и многое другое. Оказалось, что не все монстры богопротивные. Есть вполне даже адекватные и допущенные к торговле. Люди поставляют еду, ресурсы, различные материалы, получая взамен камни силы и дары (так здесь называли артефакты). Нельзя сказать, что торговля была бойкой, но вполне стабильной. Еды монстрам требовалось всегда много.

В качестве дани Пинск отдавал всё тот же урожай, немного камней. Иногда рабов, добытых во время набегов на соседний город. Под «городом» понимают не только то, что спрятано за высокими каменными стенами, но вообще все земли, которыми управляет глава города. У Гостомысла, к примеру — это почти пятьдесят тысяч шагов в каждую сторону. Довольно большая территория для небольшого городка. Всё дело, как по большой тайне рассказал мне хмельной старик, в силе лика Перуна. Статуи такой силы во всём мире от силы три-четыре штуки.

— Полагаю, что смысла задерживаться мне здесь больше нет, — произнёс я. — Пора двигаться дальше.

— Но старший! — воскликнул Гостомысл. — Вы так мало времени провели в граде. Даже не видели его толком! Прошу — оставайтесь ещё немного. Мы вам…

Что мне сделают жители Пинска осталось загадкой, так как «телепортация» увела меня в Тыр. Пришло время забирать Киринэ и выдвигаться на юг. Прошло уже полтора месяца, как я прибыл на этот материк. Дома меня уже все заждались.