Гонец. Том 1 (СИ) - Володин Григорий Григорьевич

— Значит, топор я тоже могу прихватить со склада? — радуюсь я. А то пылится там, как неприкаянный.

— Твой топор останется лежать на хранении до тех пор, пока ты не получишь ранг Бегуна… — Серж вдруг осекается на полуслове. Вспомнил, что мне осталось-то всего два дня до мнимой кончины.

— Ранг Бегуна то, ранг Бегуна сё… — картинно возмущаюсь я, пользуясь его заминкой. — Мастер, может, вы мне еще бандитов и Слепых Гончих запретите убивать без нужного ранга? А то ведь для Новиков это вроде как невозможно. Нарушение устава получается.

— Вальд, — тихо одергивает меня Лина, но я все равно негодующе надуваю щеки, благо они у меня большие и видны даже издалека.

— Новик Леон, свои петиции будешь подавать мне наедине, — Серж теряет терпение. — Поднимите руки: кто умеет ездить верхом?

Руки вскидываем я, Линария, Кира, Тимур и Рита. Ровно половина.

— Вы пятеро сейчас идете на склад за ножами, — Серж кивает на нас. — Остальные отправляются на хозработы. До Конного двора сегодня поедем верхом, нянчиться с пешими я не намерен.

Гворк, Керн, Пик и Патер тяжело вздыхают и грустно плетутся в сторону подсобных помещений. А вот Дима шагает с ними вполне бодро:

— Зато обед не пропустим, — утешает он парней, уже похрустывая украденной морковкой.

Мы впятером с девчонками и Тимуром срываемся с места и бежим к складу вооружения. Ну, вернее, это ребята бегут трусцой. Я же иду спортивным шагом. Полторы капли мяквы жгут внутренности, но ради прокачки [Сопротивления токсинам] дозы приходится повышать. Ничего, потерплю.

Опоясавшись охотничьими ножами, мы топаем обратно. Ну, вернее, это я топаю. Остальные, рванув как обычно, подождали меня у входа, и внутрь конюшни мы заходим все вместе. Мастер Серж велит седлать лошадей.

— И стоило вам нестись, раз всё равно меня ждете? — хмыкаю я, перехватывая тяжелое кожаное седло и помогая Линарии закинуть его на спину ее лошади.

— Это ты должен бегать, а не мы тебя ждать, Вальд, — бурчит блондинка, подтягивая подпругу.

— От того, что я кому-то что-то должен, объективная реальность не изменится.

Линария пристально вглядывается в мое лицо. Моя нездоровая бледнота и испарина не оставляют ей догадок.

— Боги! Ты что, опять травился? — яростно шепчет она, подавшись ко мне. — Ты вообще эту поездку переживешь?

— Ну как же я вас брошу? — отшучиваюсь. Отпускаю ремни ее седла и иду к своей кобыле, белой в яблоках, которую еще предстоит оседлать.

Мастер Серж со своим огромным вороным жеребцом справляется играючи. Закончив первым, он молча ждет нас. Понимая, что практического опыта у нас пока мало, наставник не ругается, а делает короткие дельные замечания: Тимуру указывает на перекрученный повод, а Кире велит проверить, не закусила ли лошадь удила.

— За мной, — наконец командует он. Мы выводим лошадей во двор, вскакиваем в седла и выезжаем за наставником.

Навстречу как раз уныло бредет третья группа Новиков из нашего потока, в которой идет памятная вчера шатенка. Ребята провожают завистливыми взглядами даже меня — толстого Гонца, который умудрился не только не стать посмешищем, но и выбил для своей группы такие преференции, как лесное ориентирование и сегодняшняя поездка верхом.

— Смотрите, жирдяй на коне! — все же вякает кто-то из задних рядов.

Но ему тут же отвешивают подзатыльник и злобно вдалбливают:

— Заткнись, кретин! Если бы этот «жирдяй» сейчас был у нас, это мы бы ехали с мастером Сержем, а не шли дерьмо месить!

Можно было бы самодовольно приосаниться в седле, вон как Тимур, который еще улыбки девчонкам шлет, но мне плевать на детские пересуды. Сейчас мой мозг раздумывает, как проехаться верхом, не убив отравленные ядом мышцы.

Выехав за ворота, Серж сразу переходит на рысь, периодически оглядываясь на наш строй. Убедившись, что мы держимся уверенно, всё же лошадки смирные, он переводит отряд в галоп. Меня это только радует. Раз он позволяет галоп с самого старта, значит, Конный двор находится недалеко от замка. Будь до него больше двадцати километров, мастер Серж обязательно поберег бы дыхалку наших гривастых.

Через полчаса пути впереди вырастает приземистый деревянный острог. Рядом с ним раскинулся высокий забор из почерневших бревен, огораживающий огромный пустырь или леваду. Когда спускаемся с холма, видно, что за оградой пасутся табуны.

К самому острогу мы не едем — сворачиваем сразу к массивным воротам левады. Туда же со стороны пустоши неспешно подтягивается всадница на двугорбом верблюде. Девушка одета в практичный кожаный костюм, облегающий фигуру словно вторая кожа. Я бы сказал, что она восточной наружности, но понятия не имею, как выглядят люди на местном Востоке.

— Мастер Серж! — наездница, не слезая с верблюда, отвешивает вежливый поклон, сидя между двух высоких горбов. — Большая честь встретить вас и ваших отличившихся послушников.

— Хитра, не стоит захваливать Новиков. То, что они здесь — уже достаточная для них награда, — спокойно отзывается Серж. — На время смотрин передаю руководство тебе.

— Благодарю! — она расцветает, ослепительно улыбаясь. Серж же в ответ разве что не зевает от скуки — для него это явно рутина.

Девушка переводит взгляд на наш строй:

— Будем знакомы. Я — Вестник Хитра, смотрительница…

Ее фразу прерывает мощный, вибрирующий рев, доносящийся из-за стен острога. Лошади под нами испуганно прядают ушами. Хитра как ни в чем не бывало продолжает:

— … Конного двора.

Вестник — это третий снизу ранг в иерархии Гильдии. Девушка определенно сильна и опасна.

— Это рычал наш ездовой медведь Винни, — поясняет она с улыбкой. — Содержим косолапика, пока не прибудет его Гонец для окончательного Приручения.

— Медведь, уважаемая сестра? — уж как я могу не спросить-то. — Значит, у вас тут не только лошади и… верблюды?

Я кошусь на мохнатую махину под ней. Горбатый невозмутимо пережевывает удила и на фоне наших скромных кобыл выглядит как настоящий танк.

— Наш Конный двор готовит самых разных скакунов, — Хитра многозначительно подмигивает мне. — Главное, чтобы у Гонцов хватило сил и храбрости ими управлять. Но сегодня вы будете общаться только с обитателями левады.

Хитра направляет своего верблюда к воротам левады и с силой толкает створку. Она оказывается не заперта. Мы гуськом въезжаем внутрь следом за мастером Сержем и останавливаемся.

Совсем рядом пасется табун. Никакого сходства с нашими спокойными кобылками — это коренастые, лохматые лошади с крупными, тяжелыми головами. Зато их копыта сверкают как темный металл, намекая, что подковы этим качкам без надобности.

Слева доносится разочарованный вздох Тимура.

— Лошади…

Зная его, предположу, что парень уже раскатал губу на ездового медведя. Да только Гонцов много, и элитный магический зверь положен далеко не каждому.

— Совсем не статные красавцы, сестра, — замечаю я, разглядывая животных.

Хитра звонко смеется:

— Внешность бывает обманчива, брат Новик. С недавних пор племена кочевников из-за Периметра пригоняют в Гильдию полудиких трехлеток, выросших на вольном выпасе. Скоро каждый третий Гонец будет ездить на таких. Да, они несимпатичные, но это те лошади, которые выживают там, где дохнут элитные породистые скакуны. У них сумасшедшая выносливость.

В стороне от нас несколько животных злобно толкаются из-за тюков с лучшим сеном, переброшенных через забор. Лязгают зубы, мелькают копыта.

— Этот табун пригнали всего пару недель назад, — поясняет смотрительница. — Они еще диковатые.

«Диковатые» — это очень мягко сказано. Они там натурально бьются за сено, вырывая зубами друг другу клоки шерсти. Я понятия не имею, как к такой твари вообще подойти без риска пробитого черепа. Линария рядом со мной тоже поджимает губы, явно озадаченная той же мыслью.

— Сегодня перед вами не стоит задача приручать зверей, Новики, — рубит Серж. — Более того, на данном этапе развития вам это даже не нужно.