Анастасия. Железная княжна (СИ) - Хайд Адель

Назначать свадьбу на более раннюю дату было бы неуместно, и так выбрали минимально допустимый срок. А то, что люди скажут?

Хотя Константин, глядя на Анастасию, прекрасно понимал: «Уж кому-кому, а ей это всё равно. Что люди скажут, даже Совет князей ей не указ. Возьмёт, да и распустит совет, если они будут недовольны.»

Воля у княжны была железная. И в то же время, она оставалась женщиной. И что-то у этой женщины было в жизни не так, но что он не знал, просто чувствовал.

***

Утром Стася проснулась с ощущением счастья — такого давно не было. Она сразу поняла, что это радость за сестру. Наконец-то хоть у Татьяны и Константина появилась прямая дорожка к общему счастью.

После короткой пробежки они с Алёшей позавтракали вместе. Татьяны за столом не оказалось, дворецкий сообщил, что она уже уехала на работу. Стася улыбнулась. Наверное, Татьяне действительно нравится то, что она делает. Даже в такое прекрасное утро, всё равно поехала на работу.

Вдруг раздался звонок переговорника. Звонил кайзер Вильгельм.

— Доброе утро, дядя Вилли, — бодро сказала Стася.

Но в ответ услышала:

— Утро совсем не доброе. Ты можешь ко мне переместиться? — ничего не объясняя, попросил кайзер.

— А в чём дело? — насторожилась Стася, у которой на сегодня были совсем другие планы.

— Помнишь, я тебе говорил про артефакт, который показывает будущее нашего мира?

— Да, — кивнула Стася.

— Так вот. Оно снова изменилось.

Стася тяжело вздохнула:

— Дядя, ты уверен? Может, там что-то сломалось? Мы же вроде со всем разобрались…

— Я не знаю, что происходит. Только теперь он вообще ничего не показывает, — кайзер Вильгельм тихо выругался на своём языке. Стася даже не поняла, что именно он сказал.

— Вообще ничего не показывает, — повторил он, — просто чернота. Такое впечатление, что от нашего мира скоро вообще ничего не останется.

— Сейчас приду, — коротко бросила Стася, наспех оделась и направилась на портальную площадку.

В Кравеце во дворце кайзера её встречал Отто фон Шнафт.

— Привет, Отто, — обрадованно сказала Стася. — Как себя чувствует дядя Вилли?

Фон Шнафт понимающе улыбнулся:

— Анастасия Николаевна, если вы надеетесь, что у него стало плохо с головой, то спешу вас расстроить, — он чуть склонился в поклоне, — кайзер бодр и в здравом уме, как никогда.

— А ты тоже видел этот артефакт? — спросила Стася.

Фон Шнафт утвердительно кивнул:

— Да. И картинка действительно поменялась. Анастасия Николаевна, там действительно больше ничего нет.

Теперь уже самой Анастасии захотелось выругаться.

Они дошли до каминного зала, где их ждал кайзер Вильгельм. Стася тепло поздоровалась с дядей и сразу подошла к артефакту. Вглядевшись, она поняла, что не совсем согласна с «ничего». Что-то там всё-таки было. Чернота, но не пустота. Что-то очень знакомое, и она вспомнила, что похожие картинки видела давно, ещё в своём мире, такие делали со спутников в… космосе.

— Дядя Вилли, — тихо произнесла она, — это не просто чернота. Это… космос. Артефакт показывает космос.

— Вот именно, — кивнул Вильгельм. — Вместо нашего мира, артефакт показывает черноту и холод космоса.

— То есть… это конец? — Стася поёжилась, ей стало не по себе.

— Конец… или начало. Одно ясно, что нас не будет, — мрачно сказал кайзер.

Он отвернулся к окну, затем добавил:

— Рассказывай, Анастасия Николаевна. Какие новости? Что-то странное происходило?

Из «странного» Стася могла припомнить лишь два события — свою беременность и то, что Никиту, местного князя Урусова, заменил человек из другой реальности. Попаданец, Никита из иной реальности.

«Моя беременность вряд ли могла настолько повлиять на будущее мира,» — подумала Стася.

И потому Стася рассказала только о Никите.

— Мы можем его вызвать сюда? — попросил кайзер.

— Думаю, да, — сказала Стася, подумав о том, что если Урусов уже ходит на свидания, то вполне, значит, пришёл в себя.

Стася связалась по переговорнику с секретарём, попросила срочно найти Урусова, выдать ему межграничный портал и сопроводить к кайзеру.

К её удивлению, уже через пятнадцать минут Никита Урусов вошёл в небольшой каминный зал, где они сидели. Князь поклонился, поприветствовал Вильгельма и княжну.

Стася, к своему неудовольствию, отметила, что ей хочется на него ругаться, но только коротко произнесла:

— Рассказывай. Всё, что тебя удивило в твоей реальности и что удивляет здесь.

Сначала Урусов колебался, но опытный кайзер Вильгельм, наводящими вопросами, заставил его рассказать всё.

— Расскажите нам, князь, что предшествовало тому событию, которое стало роковым для вас и поспособствовало перемещению вашей души в нашу реальность? — уточнил Вильгельм, снова вызывая у Стаси уважение.

И князь Урусов заговорил. Он рассказал, что в их времени исторические события с определённого момента пошли по-другому. Никто этого не заметил, только сейчас, изучив документы за последние сто лет, он понял: до одна тысяча восемьчот двеннадцатого года всё шло одинаково, а после, его реальность стала развиваться по-другому.

— С одной стороны, — сказал Никита Урусов, — вроде бы всё хорошо. Я сравнивал. Понимаете, у нас не было тех войн и потрясений, что прошла Россима здесь. И вроде бы это здорово...

Он обвёл глазами напряжённые лица кайзера и княжны, а потом задержал взгляд на Стасе. В её глазах он увидел понимание, как будто она знала больше, чем остальные. Он продолжил, не отводя от неё взгляда:

— С одной стороны, это хорошо. Но с другой, нет. Потому что есть ощущение, будто каждый раз, когда должно что-то произойти и не происходит, это никуда не исчезает. Напряжение, которое предшествует не случившемуся событию, где-то накапливается... и… Как это объяснить…

Никита явно пытался подобрать слова.

— Скоро рванёт, — подсказала Стася, тихо.

— Да, — подхватил Никита, — именно такое ощущение.

— Давайте ещё раз обсудим, — сказал Вильгельм и подытожил то, что только что озвучил Никита. — По всему выходит, что на ту реальность, из которой вы пришли, кто-то извне оказывает воздействие.

— Вот и я так подумал, — кивнул Урусов. — Нашёл легенду. Даже вычислил княжеский род, который воплотил эту легенду в конкретный прибор. Он называется...

Никита замешкался, и вместо него произнёс кайзер:

— Хронос.

Глаза князя Урусова и княжны расширились от удивления.

Кайзер кивнул Отто, и тот принёс и положил на стол книгу.

Кайзер взял её, передал Стасе.

— Вот. Страница одна тысяча сто сорок семь.

Стася открыла нужное место и зачитала вслух:

— «Когда фруллесцы подходили к Москве, крепостной мужик, бах, пришёл к своему хозяину, альту, князю Шаховскому. Тот, в свою очередь, принёс к императору какой-то прибор. Работал он исключительно на магии альтов, был похож на часы с зеркалами... Имя прибору дали Хронос.»

— Да, — подтвердил князь Урусов. — Я нашёл эту запись. И ехал посоветоваться с братом, когда меня взорвали.

Он на мгновение замолчал, потом тихо добавил:

— Одного не пойму. Почему они не сделали так, чтобы я всё забыл?

Кайзер усмехнулся:

— Иногда, чтобы решить вопрос радикально, требуется просто избавить реальность от человека. Но перезаписали бы они вас, а через пять лет вы бы всё равно пришли к тому же выводу.

Стася взглянула на князя Урусова и вдруг совершенно не по-княжески произнесла:

— Значит, близко ты подобрался к гадам...

Глава 46

Новая реальность. Никита Урусов

— Надо с императором встречаться, — сказал Иван.

Никита кивнул. Теперь, после того как он встретился с Голицыным, у него будто глаза открылись. Он точно знал, почему он здесь и что надо делать.

Иван по закрытому каналу связался с императором, и после звонка сообщил, что вечером, после ужина, Его Величество будет их ждать.