Последняя жена (СИ) - Лерн Анна

— Мир вам, раджа Кайрав Сингх Манвар.

— Приветствую тебя, Мирза Касим, — с улыбкой ответил раджа. — Твой визит — всегда большая честь.

— Великий Могол с нетерпением ждёт вестей о подготовке принцессы Налини к предстоящей свадьбе. Союз ваших домов — это залог мира и процветания. Мой Повелитель, храни Аллах его величие, поручил мне лично убедиться, что всё хорошо, и принцесса прибудет ко двору в назначенный срок в полном здравии.

— Судьба, увы, порой вмешивается в наши планы самым непредсказуемым образом. Мою дочь постигла беда. Несколько дней назад принцесса упала и сильно ударилась головой, — ответил раджа. — Вайдья говорит, что здоровью Налини ничего не угрожает, но ей нужно время, чтобы прийти в себя.

— Мне жаль, что так случилось. Однако, раджа, вы сами знаете, что этот союз очень важен для Великого Могола и для вашего княжества тоже. Вы не можете позволить себе никаких задержек. Повелитель предоставил вам неслыханные привилегии, ожидая этой свадьбы, — в голосе Мирзы Касима зазвенел металл.

— Я понимаю важность этого брака как никто другой, — примирительно произнёс раджа, поглаживая подбородок. — Честь моей семьи и благополучие моего народа зависит от него.

— Поэтому принцесса Налини должна немедленно отправиться в Фатехпур, где её осмотрят лучшие врачи Повелителя. Но если ваша дочь не способна исполнить свой долг, то пусть твоя младшая принцесса Пари будет готова заменить её, — холодно произнёс гонец.

Раджа поднял на него тяжёлый взгляд. Его пальцы сжали подлокотник кресла, заставляя прохладный металл перстней впиться в кожу. Пари была подобна мотыльку, порхающему от цветка к цветку. В её голове не задерживалось ничего, кроме нарядов, украшений и бесконечных забав. Красивая, как богиня Лакшми, младшая дочь была настолько глупа, что могла опозорить весь их род одним неосторожным словом или поступком. Раджа почувствовал жгучий стыд и отчаяние.

— Хорошо, Мирза Касим. Налини отправится в Фатехпур. Я распоряжусь, чтобы принцессу подготовили к дороге. С ней поедет вайдья.

— Мудрое решение, раджа. Но младшая принцесса тоже поедет с сестрой, — вдруг сказал гонец. — На тот случай, если лекари Повелителя признают принцессу Налини неподходящей. Тогда принцесса Пари займёт её место на свадебной церемонии. Повелитель наслышан о красоте вашей младшей дочери, раджа. Если бы не древний закон, который требует брать старшую дочь из рода для такого союза, Великий Могол выбрал бы принцессу Пари сразу.

Раджа молча кивнул, понимая, что возражать или спорить — значит идти против воли падишаха. Что ж, на всё воля богов. Он лишь надеялся, что их милость убережёт его семью от позора.

Я проснулась, когда в окна уже заглядывали вечерние сумерки, и сразу погрузилась в непривычные звуки. Пели цикады, таинственно перекликались ночные птицы, издалека доносился протяжный стон гонга и переливчатая мелодия флейты. Голова не болела, но была какой-то тяжёлой, будто к ней привязали свинцовую гирьку. Скрипнула дверь, и в комнату вошла молодая девушка в синем сари. Она поклонилась мне и принялась наводить порядок.

— Мне бы хотелось помыться, — сказала я, не зная, как обратиться к ней.

— Сейчас я передам ваше пожелание рани-сахибе, — девушка снова поклонилась мне, и в этот момент вошёл уже знакомый доктор. Или вайдья, как его здесь называли. У него в руке был серебряный кувшинчик с узким горлышком.

— Я услышал, что вы хотите освежиться, раджкумари. Это хорошо, — улыбнулся он и повернулся к служанке: — Майя, приготовь для принцессы полное омовение. И добавь в воду немного сандаловой пудры и отвар нима.

Девушка кивнула и вышла из комнаты. Вайдья высыпал в пиалу лекарство и налил в неё тёплого молока из кувшина.

— Выпейте, раджкумари.

Я послушно выпила молоко.

— Как вы себя чувствуете? — спросил доктор, проверяя мой пульс.

— Лучше. Голова почти не болит. Но кружится.

— Всё пройдёт… всё пройдёт, принцесса… — он ласково похлопал меня по руке. — И я постараюсь, чтобы это случилось как можно быстрее. Вам нельзя болеть.

— Вайдья, я хочу поговорить с Налини, — раздался женский голос, и я увидела матушку. Она выглядела взволнованной, хоть и пыталась это скрыть за улыбкой.

— Да, конечно, рани-сахини, — доктор ушёл, а матушка присела рядом со мной.

— Завтра на рассвете вы с Пари отправляетесь во дворец Великого Могола. Ты должна быть сильной и храброй, доченька… Вайдья поедет с тобой.

— Завтра? — я ещё не успела привыкнуть к тому, что со мной произошло, а теперь меня отправляют во дворец падишаха⁈ — Но я ведь ничего не помню…

— Мы должны подчиниться, Налини, — в её глазах блеснули слёзы. Матушка склонилась ниже и прошептала: — Прошу тебя, не дай опозорить род Манвар.

Что значит: «не дай опозорить»? Скорее всего, так и произойдёт! Я была слепым котёнком, выброшенным на скоростную трассу!

— Налини, сделай всё, чтобы Арсалан Джахан-салар взял тебя в жёны, — горячо заговорила женщина. — Если он выберет Пари, может произойти что угодно! Эта девчонка опозорит отца!

— Но почему он должен выбрать Пари, если решил жениться на мне? — поинтересовалась я. В душе затеплилась надежда. И пусть выберет. Зато от меня все отстанут. Какое мне дело до позора незнакомых людей? Но внутренний голос тут же прошептал: «Нет, дорогуша, уже никто не отстанет. Ты попала как кур в ощип, и только от тебя зависит твоё будущее. Быть легкомысленной в такой ситуации — это преступление!».

— Если лекари падишаха признают тебя неподходящей из-за болезни, твоё место займёт Пари, — матушка погладила меня по голове. — Понимаешь?

— Что тогда будет со мной? — я не сводила с неё взгляда, всё ещё надеясь на чудо.

— Как незамужняя принцесса, вернуться домой ты уже не сможешь. Отец уже не сможет решать твою судьбу. Это сделает падишах, — ответила матушка и вдруг пристально посмотрела на меня. — Налини Манвар, в тебе течёт кровь великих предков. Помни это.

В комнату бесшумно вошла Майя и тихо сказала:

— Раджкумари, всё готово для вашего омовения.

— Иди, доченька, я ещё загляну к тебе, — матушка помогла мне встать и проводила до двери. — И подумай над моими словами.

В коридоре меня ждали ещё несколько служанок. Они осторожно повели меня вперёд, придерживая под руки. А я не переставала восхищаться роскошью, которая царила вокруг. Мы вышли в галерею, вымощенную полированным белым мрамором, и, подняв голову, я увидела на потолке позолоченные фрески, изображающие сцены охоты. На стенах тускло мерцали узоры из полудрагоценных камней. В нишах дымились курильницы с благовониями. Их тяжёлый приторный аромат кружил голову. Если отец Налини так богат, то каковы же ресурсы у падишаха?

Вскоре мы остановились перед арочным проёмом, занавешенным плотными шторами. Майя отодвинула их и, сделав шаг внутрь, я сразу почувствовала, как меня окатывает волна тёплого влажного воздуха. Здесь тоже пахло какими-то маслами, среди которых явственно слышался аромат розы. Я с интересом огляделась. Это была небольшая комната, выложенная глазурованной плиткой голубого цвета. Посередине находилась сама купальня, напоминающая круглый бассейн, вырезанный в мраморе. У стены стояли низкие каменные скамейки, на которых лежали белые льняные полотна, сложенные в несколько раз. Рядом стояли какие-то пузырьки, горшочки и кувшины.

Служанки сняли с меня одежду и помогли спуститься по ступеням в чашу купальни. Майя взяла ковш, набрала в него воды, после чего аккуратно вылила её мне на голову.

— У вас такие красивые волосы, раджкумари, — тихо сказала она с мягкой улыбкой. — Падишаху они точно понравятся.

— Он старый? — спросила я, повернувшись к девушке, и она на секунду растерялась. А потом, видимо, вспомнила, что я потеряла память.

— Нет, принцесса. Падишах в самом расцвете мужских сил. И говорят, что его лик прекрасен, как у самого Кришны, — прошептала Майя, улыбаясь одними глазами. — И когда вас отведут на его ложе, вам не придётся закрывать глаза.