Победитель будет один. Финальная гонка - Вальц Карина

Он достаточно изучил Соню, чтобы понимать: она из тех, кто долго обдумывает, делает выбор осознанно и потом упорно его придерживается. Она так много крутилась рядом с Вайсбергом… там намечалось что-то серьезное, глубокое и взаимное. И в такой ситуации лучше отсечь соперника сразу, как провести хирургическую операцию. Эгоистично ли это? Еще как. Жалел ли Кори? Ничуть. Разговоры утихнут, прессе наскучит обмусоливать старый скандал, и все пойдет своим чередом. А свою вину перед Соней он обязательно загладит – потом. Он будет очень стараться, чтобы ей понравилось.

– Я бы смог работать лучше, если бы понимал, чего ждать, – наседал Феликс. – Соня Ридель зла на тебя, вокруг нее темная аура, и… она та еще стерва.

– Много слов о ней.

– Воу-воу! Теперь мне еще меньше нравится происходящее. Наступили темные для «Зальто» времена: Вайсберг лидирует в чемпионате; Давид Моро не в себе, что заметили абсолютно все; вы с Соней… о вас что только не говорят. Еще и практики прошли неоднозначно… Вайсберг трижды заблокировал тебя на трассе, он как будто тренировался. Как бы он не повторил это в квалификации.

– Хм.

– Просто вспомни, как Моро и Вайсберг подрались в Монако из-за Сони Ридель, после чего Давид оказался в стене с разбитым болидом. И постарайся не повторить чужих ошибок. Я ушел готовиться к квалификации, а ты подумай обо всем. И о Соне – ее аура пугает.

Феликс отправился к командному мостику, бормоча о трудных временах и аурах.

Кори решил, что ноги его не будет на Бали. Несколько раздраженно он надел шлем и забрался в машину. Механики помогали ему пристегиваться, готовили шины. Феликс проверил связь по радио… а Кори сидел в болиде, испытывая странное чувство. Он… скучал? Это был ни с чем не сравнимый душевный подъем, из-за которого мир вокруг казался ярче, хотелось поскорее выбраться на трассу, показать время. Да, он определенно скучал, хотя на практиках этого не ощутил. Потому что там ни с кем не соревновался.

Сидя в болиде, он видел, как к командному мостику торопливо подошла Соня. Поправила высокий хвост, надела наушники, устроилась рядом с Вернером. Она навещала брата – Кори заметил, как Соня уходила в сторону гаражей «АМК Рэйсинг». Лишь бы Адриан Ридель не сболтнул ей лишнего. Что-то подсказывало: новости о брате Соня воспримет в штыки, и эту вину Кори тоже придется заглаживать. Потом обязательно возникнет что-то еще. И еще. И еще. Но это ничего, главное-то результат.

Глава 6

Квалификация выдалась напряженной. На быстром круге разложился Эрик Райт, спровоцировав красные флаги и возвращение пелотона в гаражи. Ни Давид, ни Кори не успели закончить быстрый круг. Да почти никто из гонщиков не успел, что создало толкучку на следующем выезде, и в этой толкучке из-за глупой ошибки вылетел с трассы Адриан.

– Давид, все нормально, в этот раз ты показал хорошее время, – приободрил своего гонщика Пьер. – Возвращайся в боксы и готовься к следующему сегменту.

– Minchia! Зачем ты сюсюкаешься со мной? Это отвлекает, чувак. Ты инженер, а не мой папочка.

Пьер стянул наушники и покачал головой:

– После драки с Кори не узнаю этого парня.

– Какой драки?

Про драку Соня не слышала даже от Кими. На нее уставились несколько пар глаз.

– Ты не в курсе? – Пьер взял на себя роль переговорщика. Посмотрел на Ника, потом опять на Соню. Босс не пресек эту скользкую тему, и Пьер продолжил: – Ну, как бы… после австрийской гонки случился инцидент: Давид навалял Кори. Повезло, что без камер. Даже не знаю, как он так дотерпел и что было бы, просочись это в прессу.

Соня обернулась к гаражам – гонщики готовились к выезду, механики суетились вокруг машин, но второй сегмент еще не начался.

– Давид навалял Кори? Это как… навалял с кулаками?

– О да.

– Не так все было! – влез Феликс, тоже стрельнув взглядом в босса.

При Нике сплетничать никому не хотелось, но у инженера Джексона аж щеки запылали от желания защитить обожаемого гонщика.

– Давид просто толкнул Кори.

– Не толкнул, а конкретно навалял. По делу, Соня подтвердит.

– Толкнул и сам испугался.

– Ага, конечно! Не верь ему, – фыркнул Пьер. – Кори был размазан морально и физически. Полнейший шах и мат.

– Это Давид был размазан.

– Если ты так все увидел, то даже не знаю… очки купи.

– Угу. Если Моро вылетит в квалификации, так и знай – это будет карма за твое вранье. – После отпуска Феликс везде приплетал карму. На этом его хваленое просветление закончилось.

– Что ты сказал?

– Если этот тупой разговор продолжится, все лишатся премии. – Ник явно устал делать вид, что его интересуют переговоры механиков, а не сплетни командного мостика. – Если языки зудят, чешите их в свободное время.

Ненадолго все притихли, но угроза босса не смогла удержать Феликса надолго, он придвинулся к Соне и зашептал ей на ухо:

– Не слушай Пьера, он всегда искажает правду, когда дело касается Моро. Было все так: Давид после пресс-конференции прибежал на разборки, сообразив устроить их за кадром. Мы с Кори в гаражах пили шампанское, день-то особенным получился во всех смыслах. Давид подскочил с претензиями, Джексон сначала не обращал внимания, потом посоветовал ему остыть, равнодушно так посоветовал. Сама понимаешь, как такое бесит. Давид его толкнул, а Кори… в общем, подлил масла в огонь. Не как Вайсберг это делает – знаешь, нарочно. Кори не специально.

Соня мысленно закатила глаза. И кто тут искажает правду?

– Просто надо понимать, какой он… не реагирующий на раздражители, – продолжил шептать Феликс. – Давид вспылил еще больше и вмазал Кори. Но не навалял! Сказал не приближаться к тебе и знать свое место второго пилота. А Кори… посоветовал Давиду больше так не делать. Никогда. Посоветовал так, что Давид ушел, как побитый пес.

Соня с трудом могла представить описанную картину. Пьер поймал ее взгляд и покачал головой, подтверждая подозрения. Выдать свою версию событий он не мог – сидел далеко. Но Соня не сомневалась, что после квалификации придется выслушать и эту сторону. И ни одна версия не будет правдивой. Докатились они до момента, когда инженерам «Зальто» впору самим статьи для новостных сайтов генерировать. Такой же полет фантазии.

Второй сегмент тоже заставил понервничать. Пока Давид боролся в лидерах, Кори едва не вылетел из квалификации. У него не сложился круг, а на выходе из последнего поворота он едва отловил машину. Все могло закончиться в стиле Эрика Райта.

Соня поймала себя на злобной мысли, что так Джексону и надо, а то распетушился после двух побед и замахнулся чуть ли не на чемпионство. Но «Формула–1» обожает ставить на место выскочек. Не раз появлялся гонщик, который ярко выстреливал на парочке Гран-при, его начинала превозносить пресса, фанаты… новая кровь всегда интересна, как и сказал Ник. Но потом начинались аварии, неудачи и прочие «не сложилось», а побороть такое способны единицы, для этого характер нужен. Чемпионы ярко проявляют себя в двадцати гонках, не в двух.

Мысли о провале Кори Соня гнала подальше. Это непрофессионально, мелочно и… не про нее. Джексон как будто вытащил из ее нутра какого-то мерзкого, ядовитого и крайне мстительного гоблина. Такое, наверное, со всеми порой происходит – появляется этот гоблин и давай пачкать ядом все вокруг. Главное – найти в себе силы его побороть. Злиться можно сколько угодно. Вредить – нет. Желать неудачи – тоже нет.

Разделить гонки и жизнь. Звучало проще простого: работать в обычном режиме и избегать Джексона. Хунгароринг – это только начало, со временем Соня найдет баланс. Обязательно. И пресса будет доставать ее меньше. Случится новый скандал… поскорее бы уже.

– Кори, ты прошел дальше, – сообщил гонщику Феликс.

– Хм.

– Что случилось в последнем повороте? Что-то с тормозами?

– Я переатаковал.

Кори Джексон таки способен нервничать. Если он переатаковал, значит, пытался ускориться и снять время – настолько, что едва не потерял машину. Боялся вылететь из квалификации. У него уже началось это состояние, через которое проходят многие гонщики. Его расхвалили, от него ждут подвигов, конкуренции с великолепным Давидом Моро, на него обращены тысячи взглядов по всему миру. Он больше не новичок, к которому нет вопросов. Он сам вытащил себя на другой уровень.