Что? Вот это заявления. Почти как признание. Как обет. С чего вдруг он об этом заговорил. Я открыла рот. Закрыла. Снова открыла. Его слова не были светской вежливостью. Они шли от сердца. И потому, верятно, отозвались в груди.
И в этот момент он, как человек, который решил, что не отступит, добавил спокойным вкрадчивым голосом:
— Потому что я твой будущий супруг.
Я уставилась на него. Океан привычно шумел. Где-то над нами нервозно кричала морская птица. Или это мой внутренний голос? Солнце сияло. Волны шумели, слизывая шероховатости черного песка.
А я стояла на чёрном пляже в красных запретных водах, с кортиком в руке, глядя на хвостатого незнакомца нечеловеческой красоты, который только что объявил меня своей будущей женой таким тоном, будто сообщал таинство верным последователям.
И вот тогда у меня появилась вторая мысль после пробуждения.
Первая была:я точно не умерла. Такое мне бы точно не стало сниться. Вторая:может, всё-таки стоило.
Глава 2
Глава 2
— Нет, — сказала я.
Он моргнул.
Я для верности повторила:
— Нет.
— Но это был не вопрос... — хвостатое недоразумение даже растерялся. Ещё бы. Если бы мне нужен был бы муж, я бы осталась на балу в императорском дворце, я не унеслась в Океан по спецзаданию Императора нашей великой Эль-Мерим.
— А зря. Потому что ответ всё равно нет.
Хвостатый посмотрел на меня с тем редким выражением мужского лица, которое я особенно ценила: смесь искреннего недоумения и осторожного интереса. Словно мир только что впервые посмел не согласиться с чем-то, что он считал очевидным.
Очень полезный для него опыт. Наверно он ещё не получал отказы? С таким-то привлекательным торс... Хвостом.
— Ты даже не дослушала, — заметил он, слегка нахмурив свои брови.
— Ты назвался моим будущим супругом через несколько минут после знакомства. Не зная даже…ничего обо мне не зная. Даже имени. Если у этой речи была сильная вторая половина, ты выбрал крайне неудачное начало. И вообще. Ты – русалка! А я - человек.
Он чуть склонил голову набок. Косички у висков колыхнулись. Хвост лениво дрогнул под сетью, и я снова с раздражающей ясностью отметила, что даже это у него выходит как-то слишком красиво. Не мужчина, а злонамеренная провокация природы.
— Тогда, — медленно протянул он, — ты назовёшь мне хотя бы своё имя, прекрасная воительница? — в его обращении не было насмешки. Наоборот. Он был неожиданно почтительным. Что-то внутри меня добавило ему ещё один плюсик. У нас мужчины обычно если и вели себя интелегентно, но в отношении к женщине всё равно проскальзывала снисходительность. В лучшемь случае. А некоторые не слишком и маскировали своё истинное отношение.
Ну что же, своё имя он мне назвал. Судя по тому, что я не ощутила лжи, настоящее.
— Рейна.
— Рреэй-на, — он как-то с особой тональностью протянул моё имя. И оно зазвучало так, что по моей коже пробежали мурашки. Он посмотрел на меня, а в его глазах была чистая радость, они сияли. Он снова улыбнулся, показав два клыка, склонил голову, положив руку у сердца. — Это имя так тебе подходит. Спасибо, что назвала его.
— Стоп, — я заволновалась. — Это тоже что-то значит? Я случайно не вышла замуж окончательно, назвав тебе имя?!
— Увы, прекрасная Ррээй-на, — Ариан улыбнулся, на его щеке обозначилась ямочка. Ох, стало ещё хуже. — Так было бы даже лучше.— Для тебя, конечно же. И прекрати называть меня прекрасной.
— Но ведь это правда, — он искренне возмутился, окидывая меня восторженным взглядом снизу вверх, словно не веря, что чудо, подобное мне каким-то образом принадлежит ему. Правильно, пускай и дальше не верит.
— У меня полно других достоинств, — вот чисто из вредности не смолчала. Не за кравивые глаза и широкие бёдра я получила звание капитана.
Он улыбнулся и покачал головой. В его ухе качнулась висячая серьга с бирюзовым камнем в золотистом плетении из тонкой нити.
— Если говорить о брачной связи, то в нашем мире, — сказал он мягко, — некоторые вещи определяются не только желанием, Рейна.
— Какая чудесная формулировка. Очень тревожная.
— Я не угрожаю тебе.
— Пока. Но если что-то от меня не зависит – это несёт угрозу. Особено внезапный брак с незнакомцем. Хвостатым.
На это он, к моему неудовольствию, только едва заметно усмехнулся.
Мне хотелось сохранить грозный вид, но задача осложнялась двумя обстоятельствами. Во-первых, я всё ещё стояла на пляже мокрая, растрёпанная и с песком в сапогах. Хотя вещи уже подсохли. И были скорее сырыми, чем мокрыми. Голова чесалась от океанской соли. Во-вторых, я спорила о браке с полуголым русалом, который выглядел так, будто должен был существовать исключительно в дурных женских фантазиях, а не в реальности.
Подозрительно красивых мужчин вообще следовало ставить под учёт. И показывать по праздникам, держа под неусыпным надзором. Чтобы у женщин не плавился мозг.
— Ладно, — сказала я. — Начнём сначала. Медленно. Чётко. Без заявлений, от которых нормальная женщина хватается за оружие. Кто ты?
— Я уже сказал. Ариан.
— Это имя. Мне нужны должность, намерения и объяснение, почему у тебя хвост.
— А у тебя ноги, — заметил он.
— Не уходи от темы.
— Я и не ухожу. Просто мне показалось забавным, что именно это ты сочла странным.
— Ты буквально наполовину рыба.
— Не рыба. Не русал.Мирэн .
— Мирэн, значит. Русалка тоже звучит неплохо. Так хвостатых называют в наших очень старых книгах. Вы, кстати, признаны мифом. И не существуете.
Он вздохнул с видом человека, который проявляет незаурядное терпение к существу менее развитому. Очень смелое решение с его стороны.
— Я изглубинного народа мии-рэнл, — сказал он. — И я существую, уверен в этом, — он улыбнулся.
— Жаль, нет русалки – нет проблемы. Тем более от тебя пока никакой пользы. Ты вообще собираешься вводить меня в курс дела?
Ариан посмотрел на меня внимательнее. Но обиженным не выглядел. На его лице цвело всё тоже выражение радости. Казалось, чтобы я не сказала, он будет счастлив, просто потому что я есть.— Я буду очень полезен, драгоценная дева, — он снова склонил голову, а в голосе провилось смирение. Что у него за удивмиельные перепады. Странная и непривычная игра.
— Я всё расскажу, — признался он. — Но немного позже. Ты только очнулась, ослабла. И мне кажется, если я начну лекцию о твоём местонахождении, особенностях традиций моего народа, ты снова попытаешься меня заколоть.
— Приятно, что ты так быстро понял главное.
Я чуть ослабила сетевую печать. Не убрала совсем — я, возможно, пережила удар о голове. Дважды, кажется. Но не лишилась разума. Поэтому заметно снизила напряжение. Просто потому, что говорить с пленником, который тебя вроде как спас и пока не делает ничего враждебного, а только бредит, было не слишком удобно. Да и резерв не стоило тратить без нужды.
Он сразу это заметил.
— Спасибо, — сказал Ариан. — Медленно и с удовольствие взмахнув длинным хвостом, опуская его в воду.
Солнечные блики играли на чешуйках, завораживая взгляд. Кажется, он заметил, что я снова откровенно пялюсь. Недовольно нахмурилась.
— Не обольщайся. Это жест экономии, а не доверия.
— Ты очень тепло умеешь благодарить за спасение.
— Ты жив, хвостатый. Это уже благодарность, — я пожала плечами.
— У вас, людей, низкие стандарты признательности.
— У нас, людей, есть здравый смысл. Если меня кто-то спас, а потом тут же объявил своей будущей супругой, благодарность получает некоторые естественные ограничения.
Он рассмеялся. Тихо. Глубоко. Так, будто смеялся редко, но искренне. И это было… неприятно обаятельно.
Я мысленно велела себе собраться.
— Хорошо. Следующий вопрос. Где я?
— За Завесой. Ты в скрытой области Мира. Между тем, что знают люди, и тем, что веками принадлежит нам.
— Как поэтично. А географически?
— Я не знаю ваших карт, чтобы сказать точно. Но знаю, где можно посмотреть.
