Ты в моем списке, дракон! - Милованова Анастасия

Судя по беззаботному виду, брат уже закончил с размещением остальной делегации раайдосцев. А значит, можно припахать его к делу.

— Катарина Фейлаш потерялась по пути к нам. Ты должен найти её и разместить, — деловито проговариваю я, доставая из сумки блокнот и артефактное перо.

— Чего-о-о? Я уже всех встретил!

— Неть, самого главного пациента ты ещё не встретил, — с ехидной ухмылкой отвечаю я.

— Ну, Мо-о-о-он, — со страдальческим видом тянет брат и косится на Игниса. — Как прикажешь её искать?

— Приказываю искать при помощи дара. — Подхожу к Россу и, привстав на носочки, щёлкаю его пером по лбу. — И мозгов. Они же у тебя есть, иначе ты не был бы Рашем. Серьёзно, Росс, ты целитель. Запусти диагностические чары — и найдёшь живое существо.

— А если она померла? — спрашивает брат.

И я не пойму, чего в его голосе больше: надежды или переживания за жизнь Рины.

— Вот и выяснишь, — пожимаю плечами я. — В любом случае сегодня на ужине за столом делегации Раайдоса должна сидеть живая и невредимая Рина.

— То есть сдохни, но на ужин приди? — вставляет Игнис свой ценный комментарий. — Звучит как девиз Рашей. Помер, но работу выполни!

Он умолкает, стоит только нам с братом на него посмотреть. Сомневаюсь, что умник испугался Росса, потому смотрит Игнис только на меня.

— Ладно, будет тебе Рина, — бубнит Росс и в тот же миг обращается драконом.

Грузно оттолкнувшись от площадки, он взмывает в воздух и летит туда, где далеко‑далеко располагается академия Рины.

— Слушай, как ты его так приструнила? — с шутливым уважением спрашивает Игнис. — Мне он даже тапки не приносит, а мы соседи и лучшие друзья.

— Уметь надо, — задрав нос, загадочно отвечаю я и, развернувшись на пятках, устремляюсь в главный холл «Рокмор-Тауэра».

Ну не рассказывать же Игнису, что перед отъездом папенька под страхом лишения карманных денег запретил Россу перечить мне. Естественно, пользоваться этим я не собиралась, даже если Росс завтра же сбежит и откажется мне помогать. Но сам факт такой угрозы — отличный рычаг.

— Ты настоящий тиранище, — в восхищении констатирует Игнис.

— Во-о-от, бойся меня! — поигрывая бровями, отвечаю я и жду, пока дракон распахнёт для меня двери.

— А может, я поклонник тирании?

И что-то в его тоне такое многообещающее, что у меня щёки опаляет румянцем.

— Странные у тебя вкусы, Игнис, — бормочу я, тщательно скрывая смущение. — Тебе бы к врачу.

— Так ты ж целитель, чего далеко ходить?

— Не специализируюсь на душевных болезнях, — фыркаю я, направляясь к лестницам.

«Рокмор-Тауэр» выстроен вокруг огромного флуаминового стержня, внутри которого располагается подъёмная платформа. Она здорово облегчает перемещение по бесконечным этажам академии, но я предпочитаю лестницы. Пока ждёшь эту многострадальную платформу, можно состариться, а у меня каждая секунда расписана.

— Так, может, у меня не душа, а сердце болит? — Явно подначивая, Игнис корчит страдальческую мордашку.

— Клоун, — бубню себе под нос, пряча усмешку.

Не знаю как, но этот балабол всегда может меня рассмешить.

— Ну так что, займёмся осмотром? — спускаясь следом за мной, продолжает напрашиваться Игнис.

— Знаешь, у меня опыта маловато, — говорю я с наигранной задумчивостью. — Вот папенька у нас на раз вычисляет, что там с чужими сердцами. А бабуленька по маминой линии — вообще диагност от Всеединой.

— Так откуда браться опыту, если ты не практикуешь?

Игнис хоть и делает вид, что пропустил мои слова мимо ушей, но упоминание отца явно сбивает его энтузиазм.

— Знаешь, в академии я не была лучшей в целительстве, — вру я. — Зато филигранно выполняла заговор на понос. Надо?

Остановившись на очередной лестничной площадке, я с вызовом смотрю в смеющиеся глаза дракона.

— Мне — нет, но теперь я знаю, как справиться со стражами соперников в следующей игре спеллкрафта. Спасибо, Мон.

— Пожалуйста, — отвечаю я, почувствовав досаду.

Игнис слишком легко перевёл всё в шутку. Ну как у него это получается?

— Пойдём? Нам, кстати, куда? — спустя секунду молчания уточняет дракон.

— Мне — на чётвертый ярус. Хочу проверить кухню. Господин Жруко должен подготовить список недостающих для ужина ингредиентов. А тебе, наверное, надо проверить свои ловушки.

— Какие ловушки? — непонимающе спрашивает Игнис. — Какие ловушки? — повторяет он, когда я спускаюсь дальше.

— Ну не знаю. На девушек? — нарочито беззаботно отвечаю я.

— Какие девушки? — со смехом качает головой дракон. — Мон, это мужская академия.

— В которой неделю назад объявили о прибытии разнополых делегаций. Хочешь сказать, вы тут не устроите охоту за красавицами?

— Ещё чуть-чуть — и я заподозрю тебя в слишком сильном увлечении любовными романами, — продолжает улыбаться Игнис, вызывая во мне то ли раздражение, то ли совсем противоположное чувство. — Нет, Радужка моя, я никаких ловушек нигде не ставил. И охотиться ни на кого не собираюсь. Более того, если и соберусь, ты первой об этом узнаешь.

Он понижает голос, отчего у меня на руках волоски дыбом встают. Так, будто где-то зазвучала моя любимая музыка. Очень хочется спросить почему, но я не решаюсь. Не хочу слышать, что мне он доверяет, как члену семьи. Этот вариант меня не устраивает.

— Если нам повезёт, Росс найдёт потеряшку уже через пару часов, — кашлянув, с беспечностью улыбается Игнис.

Делает вид, что и не было этого неловкого молчания.

— Почему если? — подхватываю его настроение, испытывая облегчение и даже некоторую благодарность, что дракон оставил деликатную тему. — В моём списке дел нет пункта с похоронами. Так что брат найдёт Рину и доставит её на рабо… э-э-э, то есть на ужин!

— Нет-нет, Мон, колись давай. — Игнис не был бы Игнисом, если бы не зацепился за оговорку. — Ты подружек своих притащила чисто из корыстных целей?

— Как можно?! — восклицаю я, и по ухмылке дракона становится ясно, что с возмущением ощутимо переигрываю. — Ты что? Они же мои подружки, я позвала их сюда, потому что соскучилась!

— И? — приподнимает бровь Игнис.

Засранец!

— И потому что это отличный шанс завести выгодные знакомства. Я посчитала, что девочкам это будет полезно!

— Мо-о-он. — Мы хоть и спускаемся, но дракон умудряется заглянуть мне в лицо. — И ты, и я — оба знаем, что у твоих поступков есть не просто двойное, а тройное дно. Колись.

— Да что б тебя! — взрываюсь я. — Ну да, таланты девочек мне пригодятся! А как ещё организовать грандиозный бал, если папенька не даёт денег, а бюджет академии — просто обнять и плакать?! И не надо называть меня меркантильной и расчётливой, я правда в первую очередь подумала о выгоде подруг! Они выпускницы, им тоже придётся вертеться, чтобы устроиться в этой жизни. А сделать это гораздо проще, когда есть связи в разных сферах!

— Мон, Мон. — Игнис примирительно поднимает ладони. — Ты чего так раздухарилась? — Он вопросительно смотрит на меня, а я в ответ только прядку со лба сдуваю. — Даже не думал тебя в чём‑то обвинить. Более того, считаю, что в твоём случае расчётливость — это не недостаток, а наоборот, очень крутое достоинство. Я сколько лет тебя знаю? И ни разу не видел, чтобы ты кем‑то грубо попользовалась и выбросила его. На самом деле твоим подружкам достаточно одной связи, чтобы покорить это мир.

Мы останавливаемся на площадке четвёртого яруса. До кухни — ещё один лестничный пролёт, но уже здесь отчётливо улавливается запах мясных пирогов господина Жруко.

— Да? — недоверчиво уточняю я. — И с кем мне надо свести девочек? Только не говори, что с тобой.

— Ой, Радужка, беда ты моя. С тобой, тиранидзе ты наш карманный! — со смехом выдаёт Игнис, обхватывая меня за плечи и прижимая к боку.

Делает это так буднично, будто мы каждый день обнимаемся. У меня тело каменеет, а низ живота внезапно опаляет теплом. Странная реакция, пугающая. И ещё больше пугающая, если Игнис не испытывает того же. Потому что оставаться наедине с этими чувствами — вот совсем не по плану!