Дело в ридикюле (СИ) - Лерн Анна

— Она из меня верёвки вьёт! — засмеялся хозяин лавки. — Ну что за девица? Может, и правда договоримся, миссис Холмс? Специи у меня и правда отменные! Мужчина подмигнул мне и снова открыл баночку с корицей, словно хотел меня соблазнить ароматом. В ответ я тоже засмеялась.

— Ну что ж, давайте. А какую ты хочешь сумочку, Мелисса?

— Как у вас! — девочка радостно приподнялась на носочках. — Точно такую!

Из лавки я выходила с несколькими пакетиками специй. Теперь у меня была корица, чёрный перец и немного куркумы. Кое-что ещё я возьму после того, как сумка будет готова. А что? Вполне себе равноценный обмен. Тем более, для изготовления клатча я собиралась использовать кусочки кожи, которые остались от прошлого хозяина.

Кусочки кожи… Я резко остановилась от внезапно пришедшей мысли. Почему я раньше до этого не додумалась? А ведь из них можно изготовить много замечательных вещей! Тем более после пошива сумок всегда будут оставаться отходы.

Чехлы для ножей, ножниц и других острых инструментов. Футляры для очков и гребней. Подставки под тарелки и кружки, закладки для книг! Особенно шикарными изделия будут с тиснением и вышивкой.

Возбуждённая свалившимися на меня идеями, я быстро пошла по тротуару. А они всё сыпались и сыпались, будто из рога изобилия! Косметички, кошельки, обложки для блокнотов и записных книг, ключницы!

Погрузившись в планы и мечты, я не заметила, что небо на горизонте снова затянулось тёмными тучами, похожими на пуховые перины. Подул свежий ветер, негромко проворчал далёкий гром. Природа не прекращала поливать землю дождями.

Но меня это совершенно не заботило. Я ощущала прилив сил и вдохновения. Впереди ждала работа, интересная и увлекательная, и я уже предвкушала, как кусочки кожи превратятся в красивые и нужные вещи.

Поблагодарив миссис Оппит за то, что она присмотрела за мальчишками, я поторопила их домой. Джай взял у меня пакет с яблоками и, заметив, что я пытаюсь возразить, взглянул серьёзным мужским взглядом. Этот взгляд меня и остановил. Пускай. Он всё делает правильно.

Едва за нами закрылась дверь нашего дома, по крыше забарабанили первые капли. Сначала робко, а потом всё увереннее и громче, превращаясь в настоящий ливень. Переодевшись, я разожгла огонь в очаге и занялась приготовлением «волшебной каши».

— А почему она волшебная? — спросил Дайан, с любопытством наблюдая за мной.

— Потому что в ней будет щепотка настоящего волшебства, — ответила я. Пламя в очаге потрескивало, в кастрюльке медленно закипало молоко. Пришло время добавить мёд и корицу. — А вот и оно.

Я взяла пакетик с приправой и немного добавила в будущую кашу. По комнате сразу поплыл аромат из детства. Тёплый, уютный, с нотками зимнего праздника.

Когда я поставила на стол кастрюльку, в дверь громко постучали. Меня охватил лёгкий испуг. Кто мог прийти в такую погоду?

— Кто там? — Джай подошёл к двери.

— Маркиз Кессфорд.

Что? Я вытерла руки и повернула в замке ключ. Маркиз был насквозь мокрым. С его тёмных волос стекала вода, а сюртук потерял вид.

— Входите! — воскликнула я, отходя в сторону. — Что вы здесь вообще делаете?!

— Не думал, что попаду под дождь, — усмехнулся Кессфорд. — Я оставил лошадь под вашим навесом. Вы не против?

— Нет, конечно! — я даже предположить не могла, зачем он здесь.

— Я приехал поговорить с вами, — маркиз вдруг повёл носом и спросил: — Что за чудесный аромат?

— Это «волшебная каша»! — радостно заявил Дайан. — Вы когда-нибудь ели такую?

— Нет, никогда, — улыбнулся маркиз. — Но не откажусь, если мне предложат пару ложек «волшебной каши».

— Прошу к столу, — мне было немного неловко, но я не могла не пригласить гостя к столу. — Но сначала давайте свой сюртук, я повешу его у огня.

Оставшись в рубашке и жилете, Кессфорд присел за стол. Он съел первую ложку каши, которую я положила в его тарелку, и удивлённо приподнял брови.

— Восхитительно! Я и правда никогда не пробовал ничего подобного. В чем секрет?

— В яблоках и корице, — я присела напротив. — Так что вас привело к нам?

— Я узнал о том, что произошло… леди Флетчер, — маркиз внимательно посмотрел на меня. — И хочу помочь.

— Помочь? — как только его сиятельство назвал моё настоящее имя, я поняла, что именно он узнал. — И каким же образом?

— Да, именно, — твердо ответил маркиз, не отводя взгляда. — Моя сестра, леди Аннабель, очень уважаемая особа в обществе. Она обладает безупречной репутацией и огромным влиянием.

Он сделал небольшую паузу, словно давая мне время осмыслить его слова, а затем продолжил: — Сплетни разносятся быстро, особенно неприятные. Но мнение такой женщины, как моя сестра, перевесит любые слухи, леди Флетчер. Как мужчина я не могу оказать вам покровительство: это истолкуют превратно. Вы не остались равнодушны к моей ситуации, и мне хочется ответить вам тем же.

Глава 51

Предложение маркиза удивило меня. Такого я точно не ожидала. Но здравый смысл подсказывал: это именно та возможность, которую нельзя упускать. Мне требовалась поддержка, потому что в этом мире немаловажную роль играло отношение общества. Особенно, когда на руках трое подрастающих мальчишек.

— Это... очень любезно с вашей стороны, — наконец произнесла я, после чего спросила: — Но будет ли это удобно?

Маркиз слегка улыбнулся.

— Аннабель доверяет моему мнению. К тому же… — Кессфорд взглянул на мальчиков, увлечённо доедающих кашу. — Я уверен, вы ей понравитесь.

В это момент Робби поднял голову от тарелки и с серьёзным лицом спросил:

— А ваша сестра умеет готовить «волшебную кашу»?

Маркиз рассмеялся, и мне показалось, что его смех прозвучал тепло и искренне.

— Боюсь, что нет. Зато она прекрасно играет на фортепиано и рисует акварелью. У моей дочери Эммы через три дня день рождения. Мы будем рады видеть вас у себя, леди Флетчер. И мальчиков тоже, конечно. Это отличная возможность познакомиться с Аннабель в неформальной обстановке.

Мальчишки синхронно повернули головы в мою сторону. Их глаза загорелись надеждой. Детям хотелось праздника.

— Благодарю вас, ваше сиятельство, — я улыбнулась детям. — Мы обязательно будем.

— Отлично. Тогда я пришлю за вами экипаж, — маркиз поднялся. — Спасибо за невероятно вкусную кашу, леди Флетчер. Она действительно волшебная.

Я подала ему сюртук и проводила маркиза до дверей. Гроза этому времени стихла, но дождь всё ещё барабанил по крыше.

— До встречи, леди Флетчер, — сказал Кессфорд, беря мою руку. Наши взгляды встретились, в его глазах промелькнуло что-то такое, отчего сердце пропустило удар. Словно за маской учтивости и светских манер скрывалось нечто большее... более личное. Пространство у двери внезапно показалась слишком тесным. Маркиз стоял так близко, что я ощущала исходящее от него тепло. Пальцы мужчины скользнули по моей руке медленно, почти невесомо, но от этого прикосновения словно искры пробежали по коже. В его глазах плескалось что-то необузданное, первобытное, то, что он пытался скрыть за безупречными манерами. Воздух между нами словно наэлектризовался, и я поймала себя на том, что невольно задержала дыхание. Кессфорд чуть наклонился, чтобы поцеловать мою руку. Этот момент длился всего секунду, но мне он показался вечностью. В горле пересохло, а сердце, кажется, забыло, как биться. Это не было формальным светским жестом. Его губы задержались на моей коже чуть дольше положенного, и я почувствовала их мягкое, почти неосязаемое тепло.

Маркиз вышел в дождь, а я прислонилась спиной к закрытой двери, пытаясь успокоить бешено бьющееся сердце. Что это было? Эти несколько мгновений перевернули все мои представления о чопорном, сдержанном маркизе. Рука всё ещё горела, как от ожога, в том месте, где кожи коснулись губы этого необыкновенного мужчины. Я невольно поднесла её к лицу, словно пытаясь сохранить это ощущение. В голове царил полный хаос: как могло простое прощание вызвать во мне такую бурю эмоций? Нет, это какое-то наваждение. Я тряхнула головой, пытаясь прийти в себя. Маркиз просто проявил учтивость, ничего более. Но почему тогда его взгляд... этот тёмный обжигающий взгляд до сих пор стоял перед глазами? И почему при воспоминании о нём предательски подкашиваются колени? Я совсем не искала подобных чувств, тем более к человеку, которого едва знала. Нет. Это невозможно. Между нами огромная пропасть.