Памир. Дилогия (СИ) - Шаман Иван

Вот только не было у них такой мысли. Многие ходили каяться к Никифору Петровичу, и я слышал, как они сдавали себя, коллег, соперников — вообще всех, главное, чтобы у следователя не имелось к ним вопросов. А он лишь кивал и записывал.

Совсем другое дело — пленные янычары и Али-Ахмед. Эти доставили немало хлопот. Дервиш никак не успокаивался, то пытаясь покончить жизнь самоубийством, то прыгая на охранников и женщин, проходящих мимо, явно провоцировал на ответные действия. Ещё и магию использовал, пытаясь что-нибудь подпалить. Успокоился, только когда я зарыл его по самую шею.

Так прошли ещё сутки. За это время починили мосты, отправили гонцов к ближайшей заставе с донесениями от Никифора Петровича, а затем сформировали целый поезд из телег и двух самых мощных паромобилей, работавших локомотивами. Процессия получилась внушительной, и я бы хотел остаться в поместье, чтобы хоть стены отремонтировать, но больше затягивать было нельзя.

Тела разлагались, раненым требовалась более квалифицированная помощь, а солдат нужно было отпустить домой. К тому же дервишу требовался постоянный контроль, и обеспечить его в должной мере мог только другой магик — то есть я. Пришлось отправляться в Царицын.

— А вы-то куда? — удивлённо спросил я, когда увидел, что Милослава с падчерицей тоже взобрались на бронетранспортёр.

— Вам нужна будет свита на приёме у губернатора. И Святодубов, скорее всего, подыскал вам подходящий род, и вы более не являетесь Гаврасовым. А именно наши земли были атакованы и признаны дикими, — разъяснила свою позицию Милослава. — Да чего уж душой кривить, раз вы говорите, что у Софьи талант, следует её китежцам показать, определить степень владения.

— Мои земли… — тихо проговорила Софья отвернувшись.

— Согласен. И магам показать, и психологу заодно, — хмыкнул я, покачав головой. — Едем. Хуже не будет.

Колонна растянулась на несколько километров, тяжело пыхтящие паровые повозки выдавали скорость не выше пешехода. Пришлось дважды разбивать лагерь, пока по лесам да полям не добрались до столицы губернии. А тут нас уже встречали, и не слишком радушно.

Ещё на подъезде к нам выдвинулся патрульный отряд всадников.

— Кто такие⁈ — гаркнул командир разъезда.

— Бояре Гаврасовы, везём с диких земель пленных и свидетелей к губернатору, — спокойно ответил я. — А ещё раненых и убитых, чтобы семьи их могли похоронить по-человечески.

— Оставайтесь здесь, я передам, — поиграв желваками, сказал дозорный и, пришпорив коня, умчался к городским воротам.

— Трогай, — приказал я, не собираясь терять время зря. — Подождём внутри.

Как ни странно, ворота перед нами закрывать не стали, и вся процессия медленно втягивалась в Царицын, когда тот же командир, взмыленный словно лошадь после скачек, не нагнал наш бронетранспортёр.

— Его сиятельство немедля требует к себе, — запыхавшись, проговорил он. — Чету Гаврасовых и их защитника.

— Я поеду вперёд, а вы чуть задержитесь, — неожиданно сказал Никифор Петрович. — Мне нужно документы передать.

— Без проблем. А вы, любезный, помогите нам с ранеными. Не бросать же солдат на дороге? — посмотрев на капитана дозорных, поинтересовался я. Видно было, что он хотел возразить, но и с людьми шутить не стоило. — Кто может идти — идите по домам. Я вас отпускаю. Сообщите семьям убитых, что мы везём раненых и тела к госпиталю. Кто захочет вернуться на наши земли, милости прошу, но, если пойдёте против нас, второй раз жалеть не стану, поля вами удобрю.

— Спасибо, ваше благородие. Век не забудем, — кланяясь, уходили солдаты. Процессия сократилась в разы, остались только телеги, и под присмотром капитана разъезда мы быстро добрались до городского госпиталя. Похоже, кто-то о нас уже предупредил, потому что стоило подъехать к воротам, так тут же началась суета.

Медсестры, а главное, мед братья выстроились с носилками в вереницу. Кто мог ковылять, шёл в приёмный покой сам. Кто был не в состоянии — того несли. Глупых вопросов никто не задавал, тем более что наша знахарка сопровождала каждого раненного ёмкими комментариями по ранениям.

— Ну всё, тут нам делать больше нечего, — сказал я, убедившись, что тела уносят в морг, а раненных уже всех забрали. — Егор, сумеешь сам довести машину до ворот?

— Сумею, ваше благородие. А коли нет, так мне помогут, — кивнул он на стоящих в стороне мужчин, переминающихся с ноги на ногу.

— В чём дело? — спросил я.

— Понимаете, господин, это наши бронеходы, — чуть замявшись, сказал один из ликвидаторов. — Наших отрядов.

— Тут ничем помочь не могу. Были ваши, а теперь это моя законная добыча. Что на дикой земле было, на ней и остаётся.

— Но ваше благородие, мы ведь по миру пойдём. Как нам на жизнь зарабатывать? Оружие у нас хоть какое-то осталось запасное, а бронетранспортёр никто нам второй раз не доверит, — нахмурясь, сказал один из водителей.

— Выход всегда найти можно. Просто он может вам не нравиться. Но я уже говорил остальным: хотите служить, милости прошу. Дома у нас, правда, кто-то порушил, но леса полно, до холодов ещё отстроить успеем. По оплате тоже не обижу. Думайте.

С этими словами я вывел свой бронемобиль обратно на дорогу, оставив Егора разбираться с телегами. До резиденции губернатора мы доехали без всяких проблем. Большое трёхэтажное здание, на канале, ведущем к Волге, выглядело богато и внушительно. Не дворец, но очень близко. Даже колонны на входе нашлись и барельеф под крышей. Но и охраны порядком. Только снайперов я обнаружил четверых.

Особенно впечатляли четверо гигантов, метра под два с половиной, закованных в моторизированные доспехи. Жалкое подобие техномагической брони столичного мира, они всё равно выглядели устрашающе. Особенно учитывая толщину пластин и здоровенные двуручные мечи, которые при надобности можно было и в качестве щита использовать. За плечами у каждого висело оружие, очень похожее на пулемёт. Никаких тебе шлангов, баллонов с газом и прочего.

— Что, парень, первый раз видишь стволы из Поднебесной? — заметив мой явный интерес, усмехнулся один из рыцарей-гигантов. — Тебе назначено? Чьих будешь?

— Свой собственный. Защитник Гаврасовых.

— Вот, а говоришь «свой», — усмехнулся второй. — Проходи, его сиятельство граф вас ожидает.

— А чем это оружие заряжается? Неужели патронами на порохе? — не унимался я.

— На чём? — удивился первый страж. — Я о таком и не слышал. А ты?

— Не, — покачал головой второй. — Алхимические пули там. Стеклянные. Как денег заработаешь, можешь парочку себе купить. Пуль.

— Да ладно тебе, ну может, десяток купит, — заржав, ответил первый, но я их больше не слушал. Если в Поднебесной разработали альтернативу пороховым патронам, с той же эффективностью, то именно за ними будущее. Вот только и мутаторы — тоже изобретение китайцев. Недаром единственный великий алхимик, переместившийся вместе со мной, был из этой страны.

Сделав себе зарубку в памяти, я прошёл по беломраморной лестнице, а затем, взяв под руки обеих женщин, переступил порог особняка губернатора.

Глава 20

— Ого, как тут просторно, — не удержалась Софья, когда перед нами распахнулись двери особняка.

Если снаружи он казался трёхэтажным, то внутри пространство главного зала было единым и уходило прямо под крышу. Для здешних мест, наверное, выглядело внушительно, но в сравнении с любым, даже самым малым залом столичного мира — просто курятник.

Милослава была сдержаннее падчерицы, строже, но время от времени тоже глазела по сторонам. Мне же оставалось лишь вздохнуть и держаться за троих. Задача несложная — всё происходящее было совершенно прозрачно, я даже мог заранее предугадать, что будет дальше, на пять-десять минут.

По каким признакам? Ну, во-первых, этот великолепный и большой зал был пуст. Вернее, несколько группок людей что-то обсуждали, листали бумаги, но это скорее просто мелкие чиновники вышли размяться на обеде. Во-вторых, ради нас граф даже не соизволил выйти и сесть на небольшой трон. Следовательно, вскоре, ошарашив нас богатством, служивый проведёт нас в крохотный кабинет, создав неуютную атмосферу допроса. Возможно, даже разделят, чтобы получить разные показания.