Изгой Высшего Ранга VII (СИ) - Молотов Виктор

Знакомое чувство. Я сам пережил нечто подобное, когда Система впервые показала мне правду о прошлом. Когда всё, что я считал решением Громова, оказалось моим собственным. Это выбивает землю из-под ног.

— Что это было, чёрт возьми? — выругался он. — Ты что, решил меня убить?

— Наоборот, — сказав это, я сел в кресло напротив.

Помолчал. Дал ему секунду прийти в себя. Потом спросил:

— Ты помнишь, зачем пытался достать образец энергии из моего источника? Из Печати Пустоты?

Андропов нахмурился. Потёр висок. Глаза стали стеклянными — так выглядит человек, который пытается вспомнить что-то, что секунду назад казалось абсолютно естественным, а теперь вдруг потеряло всякий смысл.

— Помню, — медленно ответил он. — Помню, что мне это было нужно. Очень нужно. Я был уверен, что это важно. Только вот… — он замолчал.

— Только вот теперь ты не понимаешь зачем.

— Да, — он сглотнул. — И видимо, отнюдь не для нужд страны. Потому что этот приказ не поступал сверху.

В его глазах отразилось понимание. Того, что он сделал. И того, что об этом знаю я.

Молчание длилось долгую минуту. Андропов сидел неподвижно, глядя в пол. Руки сцеплены, челюсть напряжена.

Я не торопил. Есть вещи, которые человек должен осознать сам.

— Я и сам не понимаю, зачем мне это было нужно, — наконец сказал он.

Я кивнул.

— Но наверняка было чёткое понимание, куда ты должен был этот кристалл отнести.

— Было, — он не стал отрицать.

И это говорило о нём больше, чем любые оправдания. Он признавал свою вину.

— Ты уязвим, — я чуть подался вперёд. — Даже при наличии моей защиты от хаоса ментальная магия действует иначе. Она проходит напрямую в сознание. Учитель взял тебя под контроль. Я вовремя это заметил и снял воздействие. Но не факт, что оно не повторится.

— Чёрт подери! — Андропов схватился за голову обеими руками. — Я… я ведь мог натворить чего угодно. Передать ему образец Печати. Слить информацию о наших операциях. Привести его прямо в главный центр ФСМБ, открыв двери изнутри.

— Мог, — подтвердил я. Смягчать не стал. Он взрослый мужик, маг S-класса, и заслуживает правды. — Но воздействие было неглубоким. Ты делал только то, что тебе внушили, — не больше.

— Утешил, — горько хмыкнул он.

— Полностью обезопасить себя от этого невозможно, — продолжил я. — Но можно контролировать. Я бы посоветовал тебе раз в неделю заглядывать к ментальным магам из ФСМБ. Там сидят неслабые специалисты. Пусть проверяют.

Андропов кивнул. Он и сам понимал — тут можно только следить. Если появилось ментальное влияние — снимать. Если не пришёл на проверку без объективных причин — значит, снова что-то не так и нужно бить тревогу.

В конце концов, не закрывать же мага S-класса в подвале, когда он нужен своей стране. Его команда, как и моя, закрывала самые сложные разломы. Убрать его из строя — значит ослабить Россию.

Тем временем в моей голове сформировался ещё один вывод. Если ментальный контроль действует на того, кому я передал защиту, — значит, защита от хаоса не блокирует ментальную магию. Я и раньше это подозревал, но теперь убедился наверняка. А это меняет расклад.

Кто невосприимчив к ментальной магии Учителя? Только Пустые. Те, у кого нет магических каналов, через которые ментальная энергия могла бы проникнуть в сознание. Их мозг закрыт для такого воздействия, как запертая дверь без замочной скважины.

И то не полностью. Взять одного Пустого под контроль на пять минут стоило Учителю столько же энергии, сколько управлять магом вроде Андропова неделями. Разница в устойчивости колоссальная. А в затратах энергии для Учителя — почти никакой выгоды.

— Я могу рассчитывать, что это не уйдёт дальше? — спросил Андропов после минуты молчания. — Не хочу становиться подопытной крысой, за которой будут каждый день наблюдать.

Система, можешь перепроверить? На всякий случай.

[Ментальное воздействие: не обнаружено]

[Магические каналы: в норме]

[Состояние сознания: стабильное]

Чисто.

— Не уйдёт, — кивнул я. — Но с одним условием. Раз в неделю присылай мне отчёт от проверки у ментального мага. Если отчёта не будет — я приду сам.

— Договорились.

Мы помолчали ещё несколько секунд. Потом Андропов выдохнул — тяжело, как человек, который только что узнал, что ходил по краю пропасти и не замечал этого.

— Спасибо, Глеб, — сказал он тихо.

— Не за что. Ты бы сделал то же самое.

— Надеюсь, что да, — он криво усмехнулся. — Хотя судя по сегодняшнему вечеру, я бы мог сделать с точностью до наоборот и даже не заметить.

Мрачная шутка. Но я оценил — значит, он приходит в себя.

Вскоре, во всём разобравшись, мы вернулись в зал.

Две красотки сразу заметили, что Андропов уже не улыбается. Лёгкость и веселье куда-то испарились, и перед ними стоял совсем другой человек — собранный, серьёзный, с тяжёлым взглядом.

— Что-то случилось? — ласковым голосом спросила одна из них, коснувшись его руки.

— Да, мне нужно будет уехать пораньше, — ответил он. — Я вызову вам такси до дома.

— Домой? — удивилась вторая.

— Да, домой.

Они явно огорчились. Но спорить не стали — видимо, выражение его лица не располагало к дискуссиям.

Андропов кивнул мне на прощание и направился к выходу, попутно вызывая такси.

Даша отвела меня в сторону.

— А мы тоже едем домой? — в её глазах мелькнула хитринка. И это выглядело совсем не пошло — скорее, как у человека, который запланировал сюрприз.

— Ты что-то задумала? — спросил я.

— Может быть, — она загадочно улыбнулась. — Только мне нужно переодеться. Хватит мне на сегодня конфузов с этим платьем.

— Хорошо.

Потом мы попрощались с Митрофановым. Он ещё раз уточнил, что я приеду на подписание документов, как только юристы всё подготовят. Видно было, что он сильно переживал за эту сделку.

А затем мы с Дашей вышли к лимузину. Водитель открыл дверцу, и я увидел, что внутри уже сидит Дружинин. Непонятно, когда он успел сюда забраться. На мероприятие мы приехали без него. Как он это сделал так, что его никто не заметил, я не знал. И честно говоря, знать не хотел.

— Как всё прошло? — спросил Дружинин, даже не повернув головы от окна.

— Всё хорошо. Опасения были напрасны, — улыбнулся я, намекая, что Андропов чист.

— Какие опасения? — заинтересовалась Даша.

— Насчёт Митрофанова, — я перевёл тему. Ни к чему ей знать подробности, из-за которых она потом не будет спать. Поэтому свёл всё к сделке: рассказал про нефтяные порталы и полпроцента.

— Полпроцента? — Даша округлила глаза. — Глеб, это же… это сумасшедшие деньги. Ты хоть понимаешь, сколько стоит одно нефтяное месторождение?

— Примерно представляю.

— Нет, ты не представляешь, — она покачала головой. — Мой отец ведёт дела нескольких нефтяных компаний. Полпроцента от крупного месторождения — это миллиарды рублей за срок эксплуатации. Ты станешь одним из богатейших людей страны.

— Если найду нефть.

— Ты найдёшь, — уверенно сказала она.

Дружинин слушал молча.

— Андрей Валентинович, сможете отвезти нас? — я назвал адрес Даши. — Нам нужно переодеться. А потом мы отправимся ещё кое-куда. Уже без вас.

— Куда? — нахмурился он.

Ему явно не понравилось, что я собрался в самоволку.

— Сам пока не знаю, — я перевёл взгляд на Дашу.

Дружинин понимающе кивнул. Даша хихикнула.

Вскоре мы добрались до её общежития. Даша убежала, а я воспользовался моментом и переоделся в машине.

В багажнике лежал запасной комплект гражданской одежды — джинсы, свитер, куртка. Запас, который взял на случай, если с Андроповым что-то пойдёт не так и придётся драться. И потом — не в порванном же костюме по Москве ходить.

Куратор уехал на лимузине. А я вызвал такси через приложение и стал ждать у подъезда.

Вскоре вышла Даша. Джинсы, тёплое пальто, шарф, ботинки на плоской подошве. Без каблуков, без блеска, без камней на ткани. И выглядела при этом ничуть не хуже, чем в вечернем платье. Может, даже лучше — потому что естественнее.