Я один вижу подсказки 19 (СИ) - "Son"

Награбленное я сразу клал в пространственный куб, чтобы не таскать тяжёлые вещи с собой. Всё-таки щит и копьё копейщика весили невероятно много. Даже мне было тяжело удерживать их, не то что бежать с ними.

Лекс у мечника и воина с топорами тоже забрал кольца, а ещё меч в ножнах и два топора. Вдобавок умудрился стянуть с воина шлем, обнажив его одновременно свирепое и благородное лицо.

Мне хотелось сказать Лексу, чтобы он лишний раз не провоцировал этого воина с топорами, точнее, уже без топоров, но говорить что-то было поздно.

Зима тоже забрал кольца. У девушки с флейтой — флейту, у человека с винтовкой — винтовку и подсумок, где хранились кристаллы, служившие патронами для оружия.

Я хотел скомандовать, что этого достаточно и нужно валить. Однако заметил неприличные действия Зимы: тот зачем-то начал трогать ноги и гладить колени обворованной им девушки.

— Ты что делаешь?

— Она очень красивая.

Я открыл рот от шока:

— Не смей. Убивать — убивай, но не смей любить. Помни: они сами пришли сюда убивать. Я понимаю, что, глядя на такую красивую девушку, легко поддаться чувствам, но не смей.

— Почему?

— Когда придёт время, ты не сможешь её убить. Более того, тебя могут использовать, играя на этих чувствах: выведывать информацию и губить наших.

Ситуация была серьёзной, и такие чувства нужно рубить на корню. Будь время мирным, я бы и слова не сказал. Но время было какое угодно, только не мирное.

Зима убрал руку с колена:

— Я понял.

Ещё хотелось сказать, что они не слишком-то подходят друг другу. Зима — парень высокий, но до этой девушки не дотягивает.

Даже если он захочет её поцеловать, ему как минимум понадобится табуретка, а лучше — стремянка, которую придётся таскать с собой.

Я не стал так шутить лишь по одной причине: мои прошлые слова тоже превратились бы в шутку, и их не восприняли бы всерьёз.

Зима сказал:

— Плохо дело. Руны тускнеют.

Он указал на три руны, висевшие как раз над тем самым воином. Я посмотрел на них, но потускнения как такового не заметил.

Но Зима был носителем массива, и не доверять его мнению было бы глупо.

Раз всё добро было собрано и убрано в пространственное хранилище, оставаться здесь больше не имело смысла. Я повернулся к Лексу:

— Куда идти?

Коридоров с разных сторон было с десяток, и вели они в разные стороны.

Лексу такой зал был непривычен, но он всё же быстро сориентировался и указал рукой на один из проходов.

— Туда.

— Идём.

Вскоре мы втроём скрылись в коридоре, оставив застывшего противника позади.

Массив должен был выиграть нам ещё немного времени, чтобы мы успели убежать подальше.

Глава 24

Не трогай шляпу

Ранее.

Виктория и остальные капитаны заняли позицию в центре пузыря. Все были довольны, так как людей огня действительно удалось найти.

«Я чувствую омерзительное тепло!»

«Моя цель уже рядом».

Чувство близости желанной цели опьяняло. Виктории хотелось действовать грубо и властно.

Разбить хлипкие ворота, войти внутрь и съесть огонёк. Но у остальных было своё мнение.

Особенно её бесил Теодор, когда говорил:

— Ждём подходящего момента. Пока будем их ментально истощать. Пусть чуток помучаются, тогда можно будет делать первые попытки атаки.

— Так что делать?

— Стучите. Пусть знают, что мы здесь и в любой момент можем войти. Они там внутри должны сходить с ума от страха. Мы же будем отдыхать.

Когда Теодор говорил, он улыбался. Ситуация была полностью под его контролем. Это чувство превосходства передалось абсолютно всем.

…

Так действительно продолжалось некоторое время, пока волшебница не почувствовала, что энергии тепла внутри становится всё меньше и меньше.

«Уходят?»

Виктория сразу же сообщила об этом:

— Тепло пропадает. Они либо уходят, либо блокируют мои чувства. Нужно заходить!

Теодор ответил:

— Нет.

— ОНИ УБЕГУТ!

— Некуда им бежать, — настаивал Теодор. — Наоборот, скорее всего, они сами выходят. Поэтому всем приготовиться!

Он дал общую команду, и только тогда вокруг входа встали воины со щитами и копьями, готовясь контратаковать врага.

Можно было ожидать чего угодно, но никто не ожидал, что из-за горной стены, за которой должен находиться противник, что-то выстрелит.

Если другие ещё думали, что это атака, то Виктория поняла сразу:

«Формация!»

Никто не ожидал, что у противника есть такая формация, тем более что тот сможет её задействовать вот так.

Виктория даже встать не успела. Её довольное лицо лишь слегка изменилось, став удивлённым.

Пространство вокруг тут же сковало её по рукам и ногам. Будто на её плечи лёг вес всей горы.

Дверь, разделявшая два зала, превратилась в труху от удара. Оттуда вылетели три человека.

Один из них был хорошо им знаком: тот самый, что уклонялся от пуль и привёл их сюда.

Они прошли по головам воинов у входа и направились прямиком к капитанам. В этот момент в головах у шестерых возникла одна и та же мысль:

«Двигайся, чёрт возьми!»

Им было так плохо. Безграничное чувство беспомощности. Враг совсем рядом, и видеть, как он спокойно приближается, было невыносимо больно.

Виктория, как волшебница, могла бы попытаться деактивировать массив. Вот только сама она была в тупике.

Ей уже приходилось удерживать заклинание «пузыря», что сдерживало стены пещеры. Не будь этой сдерживающей силы, стены разом вернулись бы к прежнему размеру, размазав всех и вся.

Применять два заклинания одновременно ей было не под силу. Такое могут разве что мастера на стадии кристаллического ядра. К этой стадии она стремилась.

Оставалось лишь надеяться, что остальные пять капитанов своей силой и аурой развеют действие массива.

Три «мартышки» действовали быстро. Они подошли так, будто репетировали, что делать.

Виктории было неприятно, когда чужие пальцы касались её пальцев. Ещё она вздрагивала всякий раз, когда он трогал её посох.

«Тупая обезьяна, не трогай его. Если ты это сделаешь, то все умрут!»

Тот юноша словно знал это и не доводил до катастрофы. Впрочем, он делал вещи куда более унизительные.

Сначала снял с неё мантию, затем колпак.

«Не трогай мою шляпу!»

Виктория подумала, что сейчас начнётся самое жуткое и её разденут догола.

Она уже приготовилась к этому, понимая, что люди огня — тупые дикари, которые, возможно, никогда не видели такой красавицы.

У Виктории всегда было мнение, что мужики хотят от неё лишь её тела. Даже такая мартышка не станет исключением.

Всё произошло за считаные мгновения: трое украли их вещи, выбрали коридор и скрылись в нём.

Самое ужасное, что массив держался ещё примерно пару минут. Эти минуты тянулись невыносимо.

Враг убегал, а они были скованы. Чувствовали себя полными дураками. Мысленно винили друг друга.

Рудольф же в какой-то момент смог активировать свою ауру. Та вышла наружу и просочилась в барьер, нарушив его.

Сдерживающая сила гасла, руны тускнели, пока наконец массив не рухнул. Все вдруг почувствовали, что могут двигаться.

Весь негатив, что копился в их сердцах, нашёл выход:

— ЭТИ ТВАРИ!

— Они обокрали нас!

— Ладно, обокрали, но один из гоблинов трогал мои колени!

— Элеонора, обещаю тебе: этот выродок умрёт мучительной смертью.

Они были в бешенстве. Каждому хотелось многое сказать: пропали кольца, в которых было много ценных вещей, пропало оружие. Но больнее всего было от того, что нужно было спешить.

Не было времени даже поделиться горем. Упрекнуть Теодора в том, что это его вина: они ждали, отдали инициативу в руки врага и в итоге сильно поплатились.

Рудольф бросился вперёд, к туннелю, в котором скрылись трое. Вот только парень был ростом в четыре метра, а туннель — всего в два. Как бы сильно он ни хотел в него пролезть, все попытки были бесполезны.