Хозяйка замка на скале (СИ) - Пенкина Анастасия

Но Граф, самый мудрый и проницательный, не отпускал тему. Он не настаивал, но в мое сознание легла тяжелая, холодная волна настороженности. Не страха перед драконами, а чего-то другого. И вместе с ней — смутный образ стен пещеры, испещренных мерцающими в темноте письменами. Я видела их в прошлый раз. От того воспоминания по спине пробежали мурашки.

Пещера была не просто укрытием. Она была... древней. Насквозь пропитанной чужой, дремавшей магией. Скрываться там, в темноте... Нет. Это было хуже, чем открытое противостояние с Дейном.

— Там странно, — тихо объяснила я им, хотя они и так чувствовали мою дрожь. — Мне там не по себе. Это не наше место. А комната... она хоть и в их замке, но сейчас она моя. И если мы закроемся, а вы станете невидимыми...»

В ответ от всей пятерки ко мне потянулась волна теплой, непоколебимой уверенности. Образ: они, невидимые, образуют живое кольцо вокруг меня в маленькой гостиной. Защитим.

Наконец, мы с козлодраками пришли к единому мнению. Я была уверена, не выйду на “старт”, не стану мишенью. — Значит, комната, — окончательно утвердилась я в решении. — Спрячемся, как мыши в норке. Переждем эту безумную ночь. А там... а там видно будет.

Козлодраки тихо блеяли в знак согласия. План был принят. Он казался таким простым и правильным.

Я уже почти успокоилась, убедив себя и козлодраков в разумности плана, как услышала за спиной шаги и обернулась.

Кайден стоял в нескольких шагах, прислонившись к забору. На нем была простая рабочая рубаха, закатанная по локти и кожаный жилет, простые штаны и сапоги. На лице не привычная суровая маска лорда, а странная смесь усталости и задумчивости. Кажется, я слишком углубилась в свои мысли, чтобы заметить его приближение.

— Обсуждаешь тактику с генералитетом? — спросил он, кивнув на Графа, который важно вышагивал передо мной.

Сердце глупо заколотилось и от его внезапного появления, и от того самого «генералитета», который моментально подал в мою голову настороженный, но уважительный импульс.

Хозяин. Сильный. Чистый.

— Что-то вроде того, — выдохнула я, пытаясь взять себя в руки. — У них на любой счет свое мнение.

Кайден подошел ближе. Его взгляд скользнул по моему лицу, и я почувствовала, будто он читает меня как открытую книгу — все мои страхи и планы были у него как на ладони.

— Ты говорила вслух, — тихо сказал он. — Про пещеру. Сказала, что не пойдешь туда прятаться.

Сердце камнем ухнуло вниз. Я говорила вслух? Да, наверное, в пылу спора с козлодраками...

— У нас в этих лесах нет пещер, Агата, — продолжил Кайден, и в его голосе прозвучала не ложь, а искреннее недоумение. — По крайней мере, я о таких не знаю. Да и... зачем тебе вообще прятаться?

Сейчас Кайден стоял передо мной не как лорд Дракстон, а как Кайден с фермы. Человек, который доит коз и говорит с козлодраками как с равными. Он шагнул ближе и протянул ко мне руку. Его палец непроизвольно коснулся моей щеки, смахнув прядь волос, и этот мимолетный контакт обжег кожу.

— Ты вся напряжена, — тихо произнес он, и в его глазах не было привычной ледяной сдержанности.

И я не выдержала. Горечь, страх и ярость последних дней поднялись комком в горле.

— Прятаться мне приходится потому, что у меня нет другого выбора! — слова вырвались, прежде чем я успела их обдумать. — Твоя мать сказала мне, что у меня есть долг перед вашим родом. Что в главную ночь Охоты я должна выйти на луг и позволить себя поймать. Чтобы исправить ошибку и укрепить Источник. Она назвала это моим предназначением.

Воздух вокруг нас будто загустел и похолодел. Лицо Кайдена не изменилось, не дрогнули желваки. В его глазах, таких спокойных мгновение назад, вспыхнули и тут же были задавлены угольки холодного, смертоносного пламени.

Он долго молчал, смотря куда-то поверх моей головы, в сторону замка на скале. Его челюсти были с силой сжаты.

— Она не имеет права, — наконец произнес он, тихим, но таким опасно низким тоном. — Никто не имеет права приказывать тебе участвовать в Охоте против твоей воли.

— Разве нет? — горько усмехнулась я. — Похоже, для драконов права первородных, понятие весьма... гибкое.

Кайден резко перевел взгляд на меня.

— Послушай меня, Агата. Если ты не хочешь этого — ты не обязана. И точка. Оставайся в замке. Запрись в своей комнате. Скажи служанкам, что нездорова. Никто не посмеет заставить тебя силой. Ни мать, ни... ни кто бы то ни было еще.

Кайден сделал паузу и подошел еще ближе.

— Ты под моей защитой. Пока ты на земле Дракстонов, я не позволю тебя принуждать, — произнес это с непоколебимой уверенностью хозяина этих земель. И я ни на секунду не усомнилась: он может это обеспечить.

От этих слов у меня перехватило дыхание. Они звучали как клятва. Нежная, обидная, спасительная и пугающая одновременно.

Под его защитой. Значит, я все еще пленница, просто у более доброго надзирателя?

— А твоя мать, Кайден? Традиции? Долг перед угасающим родом? — выдохнула я, впиваясь в него взглядом.

Он отвернулся, и снова в его профиле появилась знакомая суровость.

— Мать... делает то, что считает нужным. Даже если это неправильно. А мой долг защищать тех, кто находится под моей ответственностью.

Кайден не сказал, что он со мной, потому что я для него значу больше, чем бывшая жена его брата. Он не предложил пойти и поговорить с Исель, чтобы поставить мать на место. Но он дал мне право ослушаться и пообещал защиту. Для дракона, скованного традициями, это было максимумом, на что он мог решиться в данный момент.

— Так что, — он снова посмотрел на меня, и лед в его глазах немного растаял, сменившись решимостью, — делай как считаешь нужным. Но знай: твоя комната — твоя крепость.

Он кивнул мне, потом кивнул Графу. И ушел, оставив меня наедине с козлодраками и с новым, еще более тяжелым грузом на душе. Он предложил защиту. Он дал разрешение на неповиновение. И, приняв его защиту, я только что призналась себе, что всего лишь беспомощная пленница в этом мире. От этого стало не легче, а в тысячу раз страшнее.

Провести козлодраков в замок оказалось проще, чем я думала. Их способность становиться «невидимками» оказалась не метафорой. Они действительно могли с помощью своей магии сливаться с окружающим миром. И просто шли за мной невидимым караваном, и ни одна душа не обратила внимания на подозрительный шорох в коридоре. В своей гостиной я наконец выдохнула и приказала им появиться.

— Ну вот, — сказала я. — Сидите тихо. Никому не показывайтесь.

Они появились издавая радостные звуки мурчания смешанного с блеяньем.

И на этом их послушание закончилось.

Сначала они просто бродили, обнюхивая каждый угол гостиной. Потом Граф решил, что ему скучно, и растворился в воздухе. Роззи и лорд Задира тут же последовали его примеру.

Я только хотела прикрикнуть на них, как в дверь постучали. Вошла Лилия с подносом чая и десертами, которые я попросила ее принести сославшись на головную боль и невозможность трапезничать со всеми. За время болезни леди Исель мой авторитет заметно вырос в глазах прислуги и в такой малости мне уже не отказывали. А может правила смягчились на время Охоты?

Лилиля поставила поднос на стол, и тут же пирожное с подноса подпрыгнуло, и исчезло в воздухе, только несколько крошек упало на пол. Лилия замерла с круглыми глазами.

— Леди Агата?..

— Это... сквозняк, — быстро соврала я. — Сильный сквозняк. Спасибо, Лилия. И, пожалуйста, можешь принести мне ужин сегодня в спальню? Голова боли так сильно, к вечеру точно не пройдет. И еще чаю. Если леди Исель будет против, дай мне знать, я сама с ней поговорю.

Лилия, все еще ошарашенная, кивнула и выскочила из комнаты. Я обернулась к пустому воздуху.

— Немедленно прекратите! — прошипела я.

В ответ раздалось довольное чавканье. Через секунду чашка опрокинулась, и чай стал исчезать. Я схватила первую попавшуюся подушку и швырнула ее в направление звука. Раздалось невидимое «Бее!», и в комнате воцарилась тишина.