Лекарь Алхимик (СИ) - Соколов Сергей Александрович

Гар выдохнул так, будто бы всё это время не дышал, но я-то прекрасно слышал его пыхтение!

— Это всё? — спросил он, не отрывая взгляда от банки.

— М-да, — протянул я осматривая всё алхимических зрением. Картина стала полностью чистой. — Основной очаг удалён, — сказал я и позволил себе короткий выдох. — Теперь зашиваем.

Гар закрыл глаза на мгновение и кивнул.

Приручитель ничего не сказал, но плечи у него опустились. Напряжение из него не ушло полностью, но стало меньше.

Я промыл рану очищенным раствором, затем провёл по краям лекарским пламенем. Не закрывая полностью. Только убирая остатки чужой энергии и помогая тканям принять шов.

Крючок и нить я обработал ещё раз.

Нить обычная, грубоватая. Не медицинская, но выбирать неизчего. Крепкая и на том «спасибо». Я заранее пропитал её слабым раствором стебля магоцвета и эфирным антисептиком. Так риск отторжения меньше.

Первый стежок лёг ровно, потом второй. Затем я с непривычки чуть палец не пробил, благо медитативное состояние быстро сбросилось с меня. Операция требовала максимальной концентрации, а сейчас позволил себе немного расслабиться.

А нельзя, иначе можно ошибится.

Гар смотрел молча. Иногда волк слабо вздрагивал, и тогда приручитель успокаивал его рукой, хотя зверь всё ещё спал. Это помогало скорее самому Гару, но мешать не мешало.

Я стянул края раны без лишнего давления. Пережать нельзя. Бедро должно нормально питаться кровью, иначе получим новую проблему. После основных стежков поставил несколько внешних стяжек, чтобы зверь не разорвал шов, когда проснётся и попытается встать.

Затем наложил чистую повязку.

Поверх неё — ещё один слой, уже плотнее.

— Держать в сухости, — сказал я, закрепляя последнюю стяжку. — Не давать ему бегать, лизать шов. Тем более его сородичам. Если начнёт рваться — привяжешь на время. Не жалей его даже если он будет скулить. Жалость сейчас может его убить.

— Понял, — Гар кивнул и провёл ладонью по шее волка. — А зелье?

Я достал флакон с основным составом.

— Сейчас половину, — сказал я и посмотрел на банку с капсулой. — Основная зараза сидела в мешке, поэтому полную дозу давать не нужно. Иначе состав ударит по организму сильнее, чем надо. Через пару часов — ещё треть, если пятна не начнут возвращаться. Остаток оставим на случай дрожи или жара.

— Ты уверен? — Гар поднял взгляд на меня.

— Да, — честно ответил я и открыл флакон. — Это лучший расчёт из тех, что есть после осмотра. Не был бы уверен — не взялся за работу.

Я ведь мог просто проигнорировать просчёт, но этот человек меня спас. Ну и как бонус — он ходит по опасным лесам и продаёт редкие растения…

Не сказать, что тут не было никакого умысла… но ведь и должно быть и у меня какое-то преимущество.

Он помолчал и кивнул.

Я влил половину зелья волку в пасть и направил состав энергией. Синий отблеск прошёл по венам, задержался у бедра и мягко разошёлся вокруг раны.

Фиолетовая дымка исчезла почти полностью.

Остался только слабый след, тонкий и рваный. Не активная зараза. Скорее остаточная грязь, которую организм уже сможет добить сам, если его не перегружать.

Я взял банку с капсулой, осторожно проколол внешний слой тонкой иглой и капнул содержимое на стеклянную пластину. Тёмная капля расползлась медленно. Добавил к ней крошку серебряной коры и каплю росы быстролиста.

Цвет изменился.

Сначала фиолетовый. Потом мутно-серый. Затем в центре появилось тёмное зерно.

— Агрессивный штамм, — тихо произнёс я и нахмурился. — Но не самый быстрый. Работает через ослабление и закрепление. Поэтому волк ещё жив.

— Это хорошо? — спросил Гар и посмотрел на пластину.

— Это значит, что мы успели, — ответил я и накрыл образец второй пластиной. — Из хорошего здесь только это.

Банку я закрыл плотнее и обмотал тканью.

Я снял перчатку с одной руки, не касаясь внешней стороны, и отбросил её в отдельное ведро. Потом так же снял вторую.

— Всё, — сказал я и устало выдохнул.

Плечи неприятно тянуло, пальцы ещё помнили напряжение, а каналы отзывались глухой пульсацией. Операция прошла лучше, чем могла, но легче от этого не стало. Всё-таки работать с неизвестной заразой в хлеву, в дождевике и садовых перчатках — удовольствие сомнительное.

Я протянул Гару кожаный мешочек с оставшимися зельями.

— Остальное дашь другим волкам и сам выпей, — пояснил я, глядя на него. — Оно эффективно борется с такой заразой. Так что не пропадёшь.

Гар осторожно взял мешочек, словно внутри лежало не лекарство, а что-то куда более хрупкое. Потом посмотрел на своего волка. Зверь уже лежал на боку, спокойно дышал и больше не казался таким безнадёжно больным.

— Даже не знаю, как отблагодарить тебя… — тихо произнёс Гар и сжал мешочек в руке.

— Это я тебе обязан за спасение. Так что считай, мы в квиты.

— Нет уж, — Гар покачал головой и нахмурился. — Так не пойдёт. Проси всё, что хочешь.

Я коротко усмехнулся.

Щедрое предложение. И, что куда важнее, сказанное без попытки торговаться. Такими словами разбрасываются редко, особенно люди, привыкшие жить своим трудом.

— Как видишь, я алхимик, — сказал я, убирая инструменты на свои места. — Так что был бы не против, если бы ты продавал мне часть редких трав. Не всё, конечно. Только то, что сможешь отдавать без вреда для себя.

Гар задумался. Видимо, ожидал чего-то сложнее. Денег, услуги, защиты, клятвы. А я попросил всего лишь стабильный доступ к сырью.

Для него это мелочь, а для меня же будущая возможность не зависеть от случайности и настроения Торгового Ордена.

— Конечно, — наконец кивнул он. — Это такая мелочь. Я бы и просто так сделал.

— Ладно, — я устало улыбнулся. — Тогда, чтобы мне ещё такого пожелать… Было бы неплохо что-нибудь поесть.

Гар впервые за всё время почти нормально усмехнулся.

— Сделаем, — сказал он и аккуратно подхватил волка на руки. — Я вполне неплохо жарю картошку с салом. Только отнесу его на лежанку и займусь едой.

Я кивнул и вышел на улицу.

После хлева свежий воздух ощущался особенно хорошо. Солнце уже садилось за горизонт, лес темнел, а небо у края деревьев стало густо-золотым. Хотелось просто постоять и ни о чём не думать, но мысли всё равно возвращались к увиденному.

Фиолетовые прожилки.

Вирус-проклятье.

Плотный шар внутри бедра, который организм волка сам пытался изолировать.

Раньше я уже видел похожее. Не один в один, но принцип тот же. Медленное заражение, попытка тела закрыть очаг, а потом резкое ухудшение. Только раньше это не выглядело настолько массовым и заразным.

А сейчас передо мной слишком много совпадений.

Я смотрел на лес и пытался связать всё в одну картину, но она пока не собиралась. Не хватало главного — источника. Того, кто или что запускает эту дрянь.

Примерно через полчаса Гар вышел из дома и позвал меня к столу.

Я зашёл внутрь уже с куда большим желанием заняться едой, чем размышлениями о возможной катастрофе. На столе стояла жареная картошка с салом. Простая, вредная, тяжёлая и сейчас почти идеальная. После всех зелий, крови, эфира и палёного дерева организм требовал чего-то нормального.

Я только сел, собираясь наконец наполнить желудок, как в дверь постучали.

Волки на улице даже не пискнули.

Я замер. А это уже странно.

Если бы пришёл обычный человек, звери отреагировали бы первыми. Значит, гость либо хорошо скрывал запах и звук, либо волки уже знали его, либо пришёл не совсем обычный человек.

А ведь мне казалось, что он прибудет где-то через час.

— Кого там нелёгкая принесла? — недовольно буркнул Гар и встал из-за стола.

Он жестом показал, что сам откроет, и пошёл к двери. Я не стал его останавливать, только потянулся к рюкзаку и проверил, всё ли собрано.

Дверь открылась.

На пороге стоял мужчина небольшой комплекции в неприметной простой одежде и очках. Худое лицо, коротко стриженные серые волосы, гладко выбритый подбородок. Очки в тонкой металлической оправе чуть съехали к кончику носа, из-за чего он выглядел больше канцелярским служащим, чем человеком, способным прийти ночью в чужой дом через лес.