Искра Свободы 1 (СИ) - Нова Александр

— Те монеты мне на другое нужны. Кольцо у церковников с навыками хочу на отряд купить. Вот и выходит, что после этого денег не останется. А в «искуплении» монеты не заработаешь. Так что, возьмёшься? Или может, у тебя ещё какая работа есть? Тогда я когти себе оставлю.

— Нет, работы пока нет. Но если твои когти — это то, что я думаю, то по 10 лоренов за каждый дам.

— Жан, это грабёж. У них цена не менее 30, ты же сам знаешь.

— Так сам тогда сбегай за ними и продай. Двадцать — и больше ни фена.

Я сделал вид, что очень расстроен. И что во мне борется жадность и здравый смысл. Впрочем, так и было. Эти когти — актив токсичный, от них нужно было избавиться. Как только они появятся на чёрном рынке, Арно получит явный новый след и пойдёт по нему. И придёт к мёртвому Алену. Если вообще сможет раскрутить всю цепочку посредников.

— Ладно, пусть будет 20, — с видимой неохотой согласился я.

— Вот и договорились. Через пару дней будут новости.

Я описал приметы, по которым можно найти тайник. Жан ушёл, а я увидел Ирвина. Сержант был неимоверно злым. Просто красным от распиравшего его гнева. Я поспешил убраться с его дороги, но успел услышать, как он бормотал себе под нос:

— Суки! Обыск у меня устроили, пока я в пещере был! И блокнот забрали! Твари!

Что ж, стало понятно, как записи Ирвина так быстро попали в руки Арно. Оставив сержанта наедине с эмоциями, я вернулся к нашим.

Солнце уже зашло, и все сидели возле костра. Не для того, чтобы погреться. А чтобы ощутить себя живыми и немного расслабиться.

Я подбросил ещё одну ветку в костёр и смотрел, как искры взлетают вверх, растворяясь в чёрном небе, словно наши короткие жизни — быстро и без следа. Ночь была тихой и холодной, только треск дров да далёкий шорох леса нарушали покой. Говорить не хотелось — день выдался длинным и напряжённым.

И вдруг над головой что-то зажглось. Сначала просто яркая точка, ослепительнее любой звезды. Потом она начала двигаться. Медленно, уверенно, через всё небо. За ней потянулся длинный огненный хвост. Алый, сверкающий, с розовыми краями, будто кто-то провёл по темноте огромной кистью и оставил пылающий след. Он горел так сильно, что на миг осветил весь лагерь, и тени заплясали по земле.

Я замер. Писарь забубнил молитву. Остальные смотрели в небо с каким-то благоговейным трепетом.

Это было похоже на падение метеорита. Но метеориты не движутся так плавно и не горят так долго. Оно шло прямо надо мной, высоко-высоко, и я чувствовал, как сердце колотится. Не от страха, а от какого-то волнения, детского восторга и узнавания. Хвост тянулся всё дальше, постепенно тускнея, пока яркая точка не скрылась на севере, за горами.

Только через несколько минут до меня докатился звук: двойной тяжёлый хлопок, будто небо раскололось вдалеке. Я остался сидеть, глядя в пустое небо, и долго не мог отвести глаз.

Потому что только что я видел, как тормозит в атмосфере космический спускаемый аппарат. Или сходит с орбиты отслуживший своё спутник. Искусственный космический объект в средневековье!

— Ангел полетел, — прошептал Писарь так, словно само это слово расставляло все по местам. Остальные согласно загудели.

— Ангел? — переспросил я, чтобы отвлечься от невесёлых мыслей. И заодно проверить, как звучит чужое объяснение.

— Ангелы — проводники воли Божьей. Самые верные и приближённые слуги, — прояснил Писарь. — Я удостоился чести трижды видеть Ангела в храме за свою жизнь. Дважды они приносили посланников Божьих. И каждый раз храм потом долго отмывали от последствий.

Я весь обратился в слух — ведь моя история в этом мире и началась именно как посланника Божьего.

— Считается, что появление Ангела — это к большой удаче. Только вот не везло нашему храму. Да простит меня Владыка, но каждое явление Ангела приносило одни проблемы.

Писарь осенил себя Кругом Владыки и быстро прошептал какую-то молитву, извиняясь за свою дерзость перед Богом.

— Первый раз Ангел появился почти пять лет назад и принёс посланника. Только на второй день настоятель позвал на помощь и сказал, что посланник на него напал. Братья-монахи скрутили посланника. Тогда он начал богохульствовать и оскорблять настоятеля. Настоятель требовал прекратить и покаяться. Но посланник не останавливался. Настоятель признал его еретиком и в тот же день посланника сожгли.

Писарь ещё раз осенил себя Кругом, а я заметил, что остальные бойцы слушали историю с не меньшим интересом, чем я. Ведь «ангел» в их мире — это не сказка, а событие, после которого меняются судьбы.

— Потом, год назад, Ангел принёс эликсир (D+) ранга для епископа. Тот самый, который похитили в баронстве Сен-Валери и из-за которого нагрянула Инквизиция. А потом началась война.

Селена вздрогнула, но, к счастью, Писарь применил более дипломатичную формулировку и не стал озвучивать официальную версию, которая обвиняла в краже эликсира её семью.

— Ну и неполный месяц назад принесли ещё одного посланника. Старика. Который тоже оказался еретиком. Но вы это и так все знаете.

Какая знакомая схема! Появился посланник, объявили его еретиком за сказанное. И на костёр. Избавившись таким образом от непонятного и неподконтрольного человека.

— А что сам настоятель Этьен говорил про посланников?

— Он… был не доволен. Говорил, что они не понимают, как всё работает, и пытаются всё сломать. Но он склонял голову перед волей Владыки и принимал его решения.

— Ангелы вооружены?

— Некоторые. Но Небесных Воителей Владыка применяет крайне редко.

— Устранение неугодных?

— У Владыки нет неугодных! Только еретики и предатели веры.

Значит, в этом мире у Бога есть и другие руки, помимо человеческих. И Небесное Воинство состоит отнюдь не из людей.

Это проясняло осторожное поведение настоятеля. Попробовал бы Этьен не принять волю Владыки, тогда к нему явится особый Ангел с особым подарком. И сгорит настоятель в огне праведном. А после, когда пепел соберут, быстро найдут доказательства, что настоятель был еретиком. Ведь Владыка ошибаться не может, верно? А если вы думаете иначе, то Ангел уже летит к вам.

Этот мир оказался ещё отвратительнее, чем я думал. С людьми бороться можно. Но как бороться с тиранией Бога? Особенно когда у Него есть собственная служба доставки напалма?

— А зачем эти посланники вообще нужны?

— Не знаю. Я был всего лишь писарем в канцелярии. А посланники — это дело настоятеля. Ему Владыка на Алтаре указания относительно них давал.

Настоятель вряд ли мне что-то расскажет. Разве что разговаривать по методу Лиса: хорошо закрепив собеседника и вооружившись раскалённым прутком металла. Но предназначение посланников мне не настолько интересно, чтобы похищать целого настоятеля Храма.

Впрочем, у меня имелись и собственные догадки. Попаданцы были прогрессорами. По крайней мере те, которые выживали. Нет, промежуточный патрон они не изобретали и Высоцкого не перепевали. Но вот то, что местная Церковь очень похожа на земную католическую, а политическое устройство — на земной феодализм, явно их рук дело. А ещё: бинты, бумага, блокнот у Писаря. И многое другое.

— Этот Ангел, — я указал рукой в небо, где только что пролетел космический объект, — тоже нового посланника принёс?

— Никто не знает, что, куда и когда принесут Ангелы. Может, завтра в Храме будет новый артефакт. Или через месяц в другом Храме — новый посланник. А может, вообще ничего не будет. Пути Господни неисповедимы.

Я смотрел на чужие звёзды, складывающиеся в незнакомые созвездия, и впервые ощутил, насколько же я далеко от Земли. И насколько одинок. Картина на небе однозначно говорила, что между мной и семьёй — межзвёздные расстояния. Световые годы. Десятилетия полёта в космосе, даже с фантастическими субсветовыми скоростями. А затухающий след Ангела не менее точно говорил, что никаких телепортов у Владыки нет. Проводник Его воли использовал аэродинамическое торможение — самую простую и дешёвую технологию, которую применяли на Земле задолго до моего рождения. Никаких порталов или магии, только обычная физика, даже для Ангелов. Значит, или ничего этого нет, или его дорого использовать для преодоления даже небольших расстояний, что уж говорить про межзвёздные.