(Не)желанная истинная северного дракона (СИ) - Васина Илана

— Олия Монтроуз. А целителя, который её лечит, — Вернон Белобородый, что живёт на улице Лекарей. Он обычно берёт один золотой наперёд. На несколько месяцев лечения.

— Ты же поняла, да? Следить за целителем никто не будет.

— Почему ты говоришь о слежении?

— Люди обещают одно, а делают другое. Такова ваша суть.

Я ощутила укол — неприятный, обидный, но тревога за сестру оказалась сильнее обиды. Слова дракона отчасти были справедливы… До сих пор я сама ходила к целителю за лекарствами. Сама за ним бегала во время острых приступов.

Сейчас всё будет по-другому… Кто станет спать в кресле и отпаивать сестру, когда у неё будут приступы по ночам? Может, Милайда согласится присматривать? Она растила нас с Олией с самого рождения и всегда относилась по-доброму.

— Я хочу договориться с нашей служанкой в Нок-таларе, можно? — попросила я.

— Нет.

Сжала кулаки и застыла, лихорадочно обдумывая ситуацию.

Вот теперь точно засада...

— Но ты можешь ей написать, — неожиданно добавил он. — Твою записку доставят. Да только будет ли толк от записки?

— Будет. Не все нокталарцы — бездушные вруны, — запальчиво произнесла я, по большей части пытаясья успокоить себя, чем переубедит его. — Есть среди них хорошие люди. И немало.

— Надеюсь, когда-нибудь встретить хоть одного.

Укол номер два заставил меня сердито поджать губы. С трудом удержалась от ответной колкости. Да, я придумала про залежи мертвия под Храмом. И что теперь? На всю жизнь заклеймить лгуньей? Ладно. Пусть считает, кем хочет. Это его дело.

— Ты сможешь прямо сейчас оплатить целителей? — вернула разговор в нужное русло. — И передать записку служанке?

Я беспокойно огляделась, вспомнив, что записку ведь ещё надо написать. Вот только как её здесь писать? Ни бумаги, ни пера, ни чернил. Если только угольком по светлой тряпке...

— Не так скоро, — осадил он. — У меня нет с собой денег. Сначала отнесу тебя в свой замок. И тогда уже передам золото и записку в Нок-талар через моего доверенного.

Новость о доверенном меня насторожила.

— Он надёжный человек?

— Он не человек, а драгарх. Потому и надёжен.

Ну да, конечно. Я прикусила язык, чтобы не напомнить ему про «идеальных» драгархов, ворующих дев из отчего дома.

— Теперь ты ответь, — потребовал он. — Как работает твой дар? Один расфуфыренный лгун уверял, что ты чувствуешь направление, в котором надо искать камни. Это так?

— Не совсем. Если камни далеко, я их не услышу. Зов просыпается, когда камни находятся поблизости.

— Насколько поблизости? — нахмурился дракон.

— Самое большое расстояние, на котором я могу чувствовать камни, — это как… от нас до верхушки вон той горы, — я указала на выход.

Будучи рядом с пропастью, я запомнила, какое там расстояние до ближайшей горы. Дракон, видимо, тоже, потому что он резко перевел взгляд с горы на меня, и в его золотых глазах отразилось явное, нескрываемое разочарование. Он с досадой покачал головой.

— Слишком слабый у тебя дар.

— Уж какой есть, — пожала плечами. — Когда я искала золото, то объезжала на лошади обширные территории. Это было долго. Но если кто-то будет со мной летать, дело пойдёт быстрее.

— Тогда нам придётся очень много летать, чужачка, — сквозь зубы произнёс незнакомец, точно его уже заранее огорчало моё присутствие рядом.

Захотелось пнуть стену от возмущения — так обидно стало. Как будто это я навязывалась к нему в сопровождающие, а не он похитил меня из родного города! Мне с трудом удалось сохранить самообладание. Начала гладить рубин, — и потихоньку отпустило.

Подняла на него взгляд и спокойно заявила:

— Я тоже не в восторге. Но ради сестры готова потерпеть.

Он сухо кивнул.

А я... снова отвела взгляд. Без рубашки мужчина выглядел совсем уж дикарём. И мышцы у него были внушительные до неприличия. Он мог бы, наверное, и с медведем справиться голыми руками. Хотя… какая мне разница, с кем он мог справиться? Дикарь — он и есть дикарь. Воспитанные дарны не стали бы раздеваться перед девой.

И ещё одна вещь меня смущала. Мой цвет волос считался очень редким и красивым в Нок-таларе. Точнее, даже — единственным. У Олии рыжинка в волосах оказалась не такой яркой, как у меня. Я не понимала, почему драгарх всё время хотел прикрыть мои волосы, даже ценой своей рубашки.

— Полетим в мой замок, а по дороге — слушай свой зов, — скомандовал он. — Поиск мертвия начался для тебя с этого мгновения, чужачка.

— Меня зовут Мия, — произнесла я, осторожно натягивая сапог.

— Какая разница, как я тебя называю?

— Мне нужно уважение, тиарх. Без него сложнее работать.

Он зашипел и, кажется, выругался на незнакомом наречии.

— Хорошо, — он с напором произнёс: — Ми-я. Теперь довольна?

Тон был таким, будто он выплюнул моё имя, в глазах мелькнула откровенная неприязнь. Поэтому я мотнула головой.

— Теперь что не так?

— Когда тебе представляются, — я выдержала его взгляд, — имя называют в ответ.

И пещера на мгновение будто стала тише.

Глава 9

— Называй меня Бьёрн, — наконец выдавил он из себя.

— Знаю, ты не рад нашему знакомству, Бьёрн, — я наконец натянула на себя сапоги и, собравшись с духом, вновь встретилась с его холодным взглядом. — Но нам всё рано придётся быть рядом. Так что давай попробуем сделать наше короткое знакомство... хотя бы терпимым.

Чуть поколебавшись, он пожал плечами и направился к выходу из пещеры. Затем как-то очень обыденно подошёл к краю и нырнул в пропасть.

Я со вздохом опустила руки.

Что же. Будем считать это — знак согласия.

Как следует завернувшись в дублёнку, поплелась следом — и вскоре ко мне подлетел Бьёрн.

Этот полёт оказался далеко не таким ужасным, как предыдущий. Да, ветер бил в лицо, но летели мы низко и не так быстро. А главное, в этот раз не было снежной бури. В кармане дублёнки я держала образец мертвия и внимательно прислушивалась к зову — не проснётся ли. Зов не просыпался — значит, за время полёта мы не пересекали залежней мертвия.

И хотя я вовсю старалась задействовать свой дар, взгляд против воли цеплялся за красоту. Проплывающий мимо горный пейзаж был украшен лентами бьющих водопадов. Озёра ещё не успели застыть — их холодную синеву изящно окаймляли тёмные полосы леса. Когда страх отступил, я поняла, что сверху всё выглядит гораздо эффектнее.

Наконец мы подлетели к заснеженной гряде, где дракон уверенно приземлился на площадку — широкую, вырубленную в камне. К тому моменту я была такой уставшей, что едва держалась на ногах. Я мечтала о тёплой тарелке каши и кровати… Хотя кровать, без каши тоже подошла бы вполне.

Тиарх, приземлившись, также рутинно обернулся человеком и направился к скальной дыре, перед которой стояли два воина. При появлении Бьёрна оба мужчины поклонились:

— Доброго дня, тиарх.

— И вам доброго дня, — отозвался мой работодатель и повернулся у рослому мужчине справа. — Отведи деву к Лианоре. Пусть её покормят и утеплят. Потом запри её в Северной Башне и назначь ей стражу из гардов.

Его распоряжение насчёт «запереть в Северной Башне» меня возмутило. Зачем меня запирать? Ну куда я сбегу? Сплошные горы вокруг, а я не самоубийца.

Только и успела что рот открыть — как тиарх снова обернулся драконом и воспарил в воздух.

Я рассержено сжала кулаки.

Вот и поговорили.

Впрочем, что ещё можно было ожидать от этого дикаря, не доверяющего людям? Хорошо хоть не додумался привязать меня к кровати.

Воин, которому меня доверили, лукаво подмигнул.

— И откуда только берутся такие ладные красавицы? Ты из соседнего тиархона? Говорят, там живут самые красивые девы во всем тиархате. Видно, запереть тебя хочет наш тиарх в башне, чтобы никто на тебя не заглядывался. Для себя приготовил, не иначе.

На свою тираду он вряд ли ждал ответ, так что я промолчала, неопределённо пожав плечами. Да и что тут скажешь? Не говорить же ему, что тиарх хочет запереть, чтобы жизнь мне сладкой ягодой не казалась?