Миссия: реабилитировать злодейку! Том 2 (СИ) - Пылаева Алина

— Именно. Ваша сила вернула их в момент целости. — продолжал отвечать маг, с большой осторожностью подбирая слова.

— Но само по себе время не обернулось вспять.

— Как и не пролетели в миг тысячи лет, за которые запущенный в меня подсвечник превратился в ничто. — резонно заметил он. — Ваша сила способна воздействовать на отдельные предметы или людей.

— Это же… замечательно?.. — спросила прямо, ведь по лицам напротив так сказать было совсем нельзя.

— Это ставит вас под большой удар, госпожа. — честно ответила Рене, не отводя взгляда.

— Вынужден согласиться. — тут же подхватил Бьёрн. — Никогда не думал, что скажу это, но лучше бы у вас были силы Морел.

— Я не понимаю. — рвано вдохнула и почувствовала, как по щекам плеснули кипятком смятения. — За черную магию Морел меня могли в любой момент лишить головы, но оказалось, моя сила может помочь…

Сердце билось в груди пойманной птицей. Хотелось верить, что они ошиблись, что эти волнения напрасны, и я смогу все разрешить. Но головой понимала, они лучше меня знают мир, и никогда бы не стали рушить мои надежды без непримиримой причины.

— Хозяйка. Император ищет эту силу с десяток лет. Как и другие до него искали не переставая. Думаете, он поверит, что вы скрывали все от незнания?

— Разве моя ценность не перевесит его гнев? Я сделаю все возможное, чтобы помочь…

— Госпожа. — Рене пригвоздила Бьёрна взглядом и выложила все, как на духу. — За тысячу лет священный клинок Закарии поглотил столько монстров, что приобрел глубокий черный цвет от острия до самой рукояти. И сила его сводит с ума владельца, каким бы сильным он ни был. Его Величество жаждет ваших сил, чтобы очистить клинок. Чтобы вернуть былую силу Слезы Бога и одолеть им Морел. Но клинок имеет собственную волю и выбирает себе хозяина сам. Он ни за что не позволит изничтожить накопленную в лезвии черную ману. Если вы попытаетесь, он сменит владельца. И станет им принц Каэль.

— Что это меняет? — спросила чуть слышно. Тревога сжалась в груди, и я не могла нормально вздохнуть.

— Все. — припечатала Рене. — Это меняет все, госпожа.

— Хозяйка, — перевел на себя мой невидящий взгляд Бьёрн. — В духовном камне принца заключен осколок ваших сил. Ни один маг не может воздействовать на себя своей силой. И вы не можете. Ни на себя, ни на принца Каэля.

Прикрыла глаза, придавленная этими словами словно бетонной плитой. Величайшая радость, что едва расцвела в груди, в один миг обратилась величайшей скорбью. Мое сердце рвалось на куски, и все двери, что, казалось, передо мной открылись — исчезали с громким хлопком.

— Если клинок окажется в руках принца раньше времени, мы обречены. — вновь подала голос Рене. — Поэтому, госпожа, Его Величество ни за что не должен узнать о ваших силах!

Горькая усмешка окрасила губы. Поверить не могла, что я снова должна скрываться. Как и в то, что Атил оказался прав — я лишаю его всяких надежд. Для него я и правда воплощение темного бога Морел, иначе не скажешь.

— Что если… если я поверну время вспять? — хрипло спросила, прикрыв ладонью лицо. Выдержать вес этого знания оказалось выше моих сил. — Вернусь в момент, когда осколок залатал трещину в духовном камне Каэля и просто восстановлю его?

— Вы умрете, даже не приблизившись к тому моменту, — сразу же ответил Бьёрн без колебаний. — Как целитель, вылечивший смертельный недуг больного, не может за раз покрыть своей силой всю деревню. Как провидец, заглянувший в будущее, не может узреть каждое мгновение приведшие в него. Так хозяин реки времени не может иссушить ее до самого истока, подобное подвластно разве что самому Закарии. А у вас лишь малая крупица его сил.

Меня начало потряхивать от понимания собственного бессилия. Должно быть настоящая Кларисса сейчас бы просто сошла с ума. Она могла спасти сына, могла стать незаменимой для любимого мужчины, но сама, пусть по незнанию, разрушила все. В моих руках оказалась величайшая сила, а я вынуждена была скрывать ее еще тщательней, чем мнимую силу темного бога Морел.

— Хозяйка, вы должны понимать. Наполнив свой духовный камень маной вы сможете изничтожить замки и, возможно, даже все сердца Морел. Разбушевавшаяся река может снести на своем пути любую плотину. Но заставить ее течь к собственному истоку — на это требуется невозможно много сил. Расход маны на возвращение будет в десятки раз превышать тот, что требуется для ускорения. Будьте предельно осторожны с этим, сейчас ваш духовный камень…

— Что? Что еще?!

Нервы не выдержали, и я сорвалась на того, кто больше всех того был не достоин. Сделав пару глубоких вдохов и отвесив себе мысленную оплеуху, я подняла на мага свой взгляд.

— Цел. Будто никогда и не разрушался. В нем нет заплатки души, словно вы всегда были частью этого тела. Словно ваша душа была поделена надвое, а теперь просто вернулась на свое место.

Это уже было слишком. Перед глазами был белый лист, а в ушах раздавался звон. Мозг отказывался принимать даже крупицу новой информации, и я просто выставила ладонь, останавливая мага от нового витка объяснений.

— Достаточно. Ничего больше не хочу слышать. Мы можем отсюда уйти?

Глава 2

Мозг с запозданием доставлял в сознание мысли о происходящем вокруг. Только оказавшись в спальне, я поняла, что мы еще пару мгновений назад поднимались по высоким ступеням в полном молчании, а когда поймала себя на том, что пялюсь в неподвижную гладь благоухающей маслами воды — вспомнила, как соглашалась на горячую ванну, предложенную Рене.

За этим потянулся и следующий наш разговор, когда я просила привести в мой дворец принца. По словам императора Каэль сильно переживал, ну еще бы. Позволить ему увидеть, как мать едва не отдает себя громадному свирепому монстру, было травмирующе и жестоко. Но тогда я думала о его жизни, и лишь теперь могла позаботиться о раненых чувствах. Но сперва нужно было как-то прийти в себя.

Справится с этой задачей оказалось не просто. Мозг буксовал, а тело даже в горячей воде по глади которой струился пар мелко потряхивало. Я прижимала колени к груди и лежала подбородком на мокром предплечье. Моргала медленно, и с каждым разом тяжелые веки поднимались трудней и трудней.

Хотелось закричать или зайтись в рыданиях, хотелось снести с тележек все склянки, а лучше разбить каждую по отдельности о стену. Хотелось устроить настоящий погром по всей купальне во все горло проклиная богов, но вместо того я продолжала неподвижно сидеть и пялиться в одну точку невидящим взглядом. А в груди разливалось опустошение.

Принять жестокость, насмешливую издевку судьбы я упрямо отказывалась, пусть и знала, что это не имело для богов никакого значения. Все уже свершилось. Во мне пробудился великий дар, который делал меня еще бесполезней, чем прежде.

Все мои планы — снизить накал страстей, не попадаться на глаза императору и окружить Каэля заботой рассыпались в пыль. Как и желание отказаться от роли злодейки. Жить и не отсвечивать, тихо, без склок и вражды невозможно, когда за твоей силой охотится темный бог боли и тлена.

Я понимала, бегством от него не спастись. Как и то, что я была той самой стеной стоящей между Морел и Каэлем. Ведь если тому нужна моя сила, он придет за каждой ее частью, и даже той малой, что заключена в душе моего сына.

Выход был только один — нарастить броню, да потолще, и ринуться в бой. Отыскать каждое сердце Морел и развеять силу темного бога по ветру. Только так я могла по-настоящему помочь и себе, и Каэлю. И даже невозможному черту, что никак не хотел оставить меня в покое.

—…ше Высочество…

Дернулась, не сразу сообразив, что Рене уже какое-то время настойчиво меня зовет.

— Мне нужно еще немного времени. — хрипло отозвалась я, только сейчас замечая мерцающие магические камни на дне ванны, что поддерживали тепло.

— Но госпожа… Его Величество прибыл.

Возвела глаза к потолку и сжала бортики ванной ладонями. Атил был последним человеком, которого я сейчас хотела бы видеть. С хаосом на душе сдержаться в словах и реакциях было поистине непосильной задачей.