Королева Шипов. Госпожа Роз (СИ) - Кенли Мэри

И Бьёрк защищался. От всех и каждого в цитадели… Такому преемнику крайне сложно найти соратников. Он не кажется честным, не кажется стабильным, но, если присмотреться к его поведению, вскроются очевидные, довольно грустные аспекты.

Умудрённый опытом человек не заявился бы в Восьмигранную цитадель так поспешно. Ему бы собрать последователей, распустить слухи о своём прибытии и создать масштабное действо… А он вместо этого сыграл в открытую. От начала и до самого конца.

«Потому ему никто не поверил? Хотя, говоря откровенно… Первый вопрос, который возник лично у меня: зачем самозванцу сразу же идти к Кровным? Эти злобные волки, да хитрые лисы скорее разорвут его на части, выпотрошат все подробности истинной биографии… Но он пришёл именно туда. И поплатился за это жизнью»

А теперь Сейра смотрела в глаза этому упрямому парню и чувствовала… Нарастающую головную боль.

— Полагаю, ты хочешь сразу перессориться со всеми? – мягко усмехнулась она, сцепив пальцы в замок. – Вперёд, если это твоя цель. Но учти: Совет Кровных – вековые хранители цитадели. Чужак для них подобен чернильному пятну на белом холсте. Они попытаются тебя вывести, выжечь… уничтожить любым доступным способом.

— Так они чтят волю покойного короля? – Бьёрк стиснул зубы, раздражённо нахмурившись.

— Никто не может подтвердить твою правоту. – прямо сказала Сейра, сузив яркие глаза. – Есть лишь косвенные признаки того, что ты говоришь правду… И письмо, якобы написанное рукой Фридриха Моргауза.

— Отец действительно…

— Я тебе верю, Бьёрк. Но взгляни на ситуацию их глазами: норовистый самозванец возник на пороге древнего храма, дабы попрать всё святое, что они ревностно оберегали… Всё, чем владели. Для них ты враг, недостойный признания.

Сейра говорила медленно, чётко, почти вдалбливала эти слова в его сознание. Ранее у неё были некоторые предположения насчёт преемника… Многие твердили о том, что он безродный чужак, с хитростью позарившийся на чужое место. Эти же люди любили припоминать его грубость, холодность и невежество. Бьёрк участвовал в дебатах и неизбежно проигрывал Лиаму, потому что не умел идти на компромиссы.

«Но вот в чём шутка: если отбросить лишнюю браваду, его предложения были весьма… дельными. Бьёрк не глупец, но похож на ребёнка, которого слишком долго держали взаперти. С точки зрения ума и логики он, бесспорно, хорош. Но социальные взаимодействия хромают на обе ноги…» — именно поэтому она твёрдо и внятно объясняла ему сложившуюся ситуацию.

Бьёрк был упрямцем, однако умел прислушиваться к другим. Сейра поняла, что он из тех людей, которые вначале фыркнут и откажутся, а затем призадумаются – и сделают верные выводы.

— Полагаю, вы нашли общий язык. – спокойный голос Кайрона послышался от двери.

Они устроили встречу на нейтральной территории, там, где можно спокойно обсудить грядущие беды. Сейра едва заметно улыбнулась, сжимая прохладную ладонь наследника тьмы.

— Избавьте меня от своих нежностей… — пробормотал Бьёрк. – Магия, сила, Кровные… В Октаэдре творится сущий беспредел. И как прикажете разбираться со всем этим?

Он жаловался, нахмурив брови, но всё равно продолжал что-то строчить в плотной записной книжке и уже через пару минут уточнил:

— Получается, меня поддерживают трое из восьми? Негусто.

— Количество не столь важно. – задумчиво проронил Кайрон. – Сейчас расклад три на четыре. Мисбели пока нейтральны, так что их отсекаем.

— Всё равно я в меньшинстве. – усмехнулся Бьёрк, устало проведя пальцами по волосам. – Они попросту нас задавят на заседании Совета.

— Голос каждого Кровного клана имеет значение. – заметила Сейра. – Но по-настоящему важно склонить на свою сторону тех, кто заседает в цитадели.

— И в моём случае — это заранее проигранная партия.

Бьёрк скривился. Сейра прикрыла глаза и вздохнула. Похоже, в прошлой жизни Кайрон не обрисовывал ему ситуацию столь… чётко и драматично. Но правда заключается в том, что они стоят на пороге великой войны, где почти все средства хороши.

— Ваше Высочество собирается сдаться? – Ава оторвалась от книги и коротко фыркнула. – Ну уж нет! Ты либо отдаёшь всего себя и сражаешься до победного, либо убираешься из Октаэдра прямо сейчас. Но не смей подставлять всех нас, ибо мы в тебя поверили.

Сейра едва заметно улыбнулась. Слова Авы били по живому, но сейчас преемнику просто необходима мощная встряска. В прошлой жизни он и впрямь боролся до последнего… Но они проиграли одновременно с его смертью.

— Укрой нас пологом тьмы. – одними губами попросила Сейра.

Дарксайд кивнул, и беззвучная чернота накрыла всех в этой комнате. Бьёрк издал встревоженный вздох, но именно тогда Сейра заговорила:

— Письма недостаточно, однако… Есть то, что перебьёт любое недовольство Кровных. По справедливости, мы должны ждать их решения до окончания четырнадцатого дня, и всё же… Древние законы говорят об ином. Порой достаточно окропить регалию кровью королей, опустить в источник цитадели – и сила сама признает, сама выберет достойного.

— Регалия… — тихо повторила Ава. – Ах, да, её не использовали вот уже сотню лет… Но у короля Фридриха точно был священный амулет.

— Я… — голос Бьёрка предательски сбился. – Не могу её достать. У меня ничего нет.

— Так «не можешь» или «нет»? – мягко уточнила Сейра. – Мы примем любой твой ответ и будем от него отталкиваться.

В повисшей тишине Бьёрк тихо выругался и прошипел:

— Просто нет.

Сейра неодобрительно поджала губы, но не стала с ним спорить. По крайней мере, не в этот раз. Когда их маленькое собрание завершилось, она устало опустилась на широкий диван, запуская ладони под рубашку Кайрона.

— Как он тебе? – негромко спросил Дарксайд.

Она не сразу ответила, лишь мягко усмехнулась, закатив глаза к потолку:

— С ним будет непросто, это очевидно. Слишком прямолинейный, чересчур резкий… Полная противоположность Лиама.

— Но он честен. Именно этого недостаёт племяннику Моргауза.

Сейра задумчиво прикрыла глаза. Будь Лиам бесчестен – это полбеды… Но он жестокосерден, равнодушен к жителям Октаэдра и, в конце концов, крайней эгоистичен. Почти всю жизнь мать заставляла его скрывать их истинный достаток. С одной стороны, они безупречно сыграли свою роль, но с другой… Получив власть, Лиам перестанет скрываться. И неизбежно сорвётся в бездну дурманящих наслаждений.

— Бьёрк быстро учится. Упрямится, но всё равно пытается разобраться со всем в одиночку… Этим он мне и нравится. В нём чувствуется внутренняя сила, которая пока не расцвела из-за некоторой незрелости.

— Истинно так. – Кайрон слабо улыбнулся. – Бьёрк рос в глухих местах. Его воспитанием занималась мать и немногочисленные наставники, многие из которых давно умерли. Король Фридрих навещал их раз в год. Всегда инкогнито, всегда мимолётно.

— Представляю, каково ему было… - Сейра чуть скривила губы.

Жить на отшибе, в строжайшей секретности, боясь шагу лишнего сделать и всё ради редких встреч с отстранённым отцом… Сомнительное удовольствие.

— Почему король Фридрих скрывал его? Это, по меньшей мере, странно.

— Я не уверен. – произнёс Кайрон. – Всё, что касается короля, окутано тайной великих семей… Но глава дома Дарксайд намекнул, что Фридрих страдал паранойей. Он родился под несчастливой звездой, пережил много бед. А Бьёрк… незаконнорождённый ребёнок. Едва ли королева позволила бы ему выжить. Она умерла пять лет тому назад, когда Бьёрку едва исполнилось пятнадцать. Полагаю, к тому моменту Моргауз уже потерял душевный покой. Ему было легче скрывать сына до последнего, откладывая момент официального принятия… и, в итоге, он умер.

— Сам ли? – одними губами проронила Сейра.

Светлые глаза Кайрона загорелись. Он будто предостерегал её, прося не говорить вслух некоторые вещи. Сейра, впрочем, догадывалась о правде, скрытой за скорой кончиной короля.

«Мне известны далеко не все подробности, но основных деталей достаточно… Первый факт: Прециос готовились выдвинуть своего наследника. Вероятно, Фридрих болел продолжительное время. Второй факт: Фрайгус находились в тайном сговоре с золотыми.