Княжна из цветочной лавки (СИ) - Ваниль Мила

Гордей не обрадовался, увидев меня. Ни на миг! Он испытал боль… только боль…

- По-моему, мне подсунули взятку, - произнес Гордей громко, словно обращаясь к кому-то.

- Надо брать! – хохотнул кто-то за его спиной. – Чего дают?

- Девицу для утех, - ответил он. – Как-то мелко, не находишь?

Когда я сообразила, что говорят обо мне, кровь прилила к лицу. И все же уроки Ирины Львовны не прошли даром. Жаль, что я так поздно о них вспомнила!

- Вы ошиблись, ваше высочество, - сказала я, расправив плечи. – Я украшала ваши покои… и немного замешкалась. Прошу меня простить.

На негнущихся ногах я сделала шаг, другой... Гордей посторонился, пропуская меня. Как и какой-то незнакомый мне мужчина позади него. Так, в полной тишине, я и покинула покои.

Не помню, как выбралась из ратуши. Не помню, как добралась до места, где ждал Тихон с коляской.

- Что, уже домой? – спросил он. – Закончили?

- Да, - ответила я, едва ворочая языком. – Езжай медленно, хорошо?

Он понятливо кивнул. Наверное, сообразил, что к чему. Мне требовалось время, чтобы прийти в себя. Пусть я глупа и наивна, но пугать Ирину Львовну и сына не намерена. Хорошо, что сейчас все можно списать на усталость.

Глава 62

По дороге домой я придумала оправдание Гордею. Оказалось, это легко: он был не один. Навряд ли король забыл обо мне. Навряд ли не позаботился о соглядатае, зная, что сын едет в те края, где я поселилась. Гордей просто не мог искренне выразить свои чувства, и встрече не обрадовался, потому что сразу понял, что причинит мне боль.

Логично…

Только легче мне почему-то не стало.

Сколько еще так жить? Гордей просил подождать, обещал, что мы будем вместе. Но, кажется, он бессилен что-либо изменить. Год – это много или мало? Похоже, надеяться можно только на смерть короля.

Я поступила правильно, скрыв от Гордея рождение сына. И хорошо, что у меня теперь есть собственный источник дохода. Если бы еще удалось забыть о чувствах…

Я решила не говорить Ирине Львовне о том, что видела Гордея, не захотела ее расстраивать. Может, он заехал в наш городок, чтобы повидать тетушку, и найдет способ с ней встретиться. Я-то попалась на глаза Гордею совершенно случайно.

- Кариночка! – Ирина Львовна всплеснула руками, едва я поднялась на веранду. – Все, больше я тебя в город не отпущу! Ты едва на ногах держишься от усталости!

- Мы закончили, - успокоила ее я. – Вы, наверное, тоже устали. Спасибо…

- Ой, да я же не одна, - возразила она. – И Берта рядом, и кошечки. А Лесь такой спокойный ребенок!

- Лесь? – переспросила я.

- Я так его ласково называю, - смутилась Ирина Львовна. – Не буду, если тебе не нравится.

- Мне нравится, - улыбнулась я, чувствуя, как печаль понемногу меня отпускает. – Пусть Лесь. Но при одном условии.

- Какое еще условие?

- Вы позволите ему называть вас бабушкой.

Лицо Ирины Львовны вытянулось, и я пожалела, что поспешила с предложением. Странно, ведь мне казалось, что она будет только рада…

- Э-э… Кхм-кхм… Ты так… Кхм… - забормотала она. И вдруг выдала: - Это очень приятно. Тем более, ты мне, как дочь.

Я обняла ее, поддавшись порыву.

- Ну все, все… - Ирина Львовна похлопала меня по плечу. – Иди отдыхать, иди. Лесь еще часик поспит. И поесть тебе надо. Я скажу Берте, чтобы накрыла на стол.

- Постойте так еще немножко, пожалуйста, - попросила я. – Мне редко доводилось кого-то обнимать.

Говорят, что-то теряешь, а что-то находишь. Откровенно говоря, в этом мире я больше приобрела, чем потеряла. Да и Гордея рано записывать в потери. Я дала слабину, позволила чувствам овладеть разумом, но надежда есть, пока мы оба живы.

- Может, съездите в город, пока не стемнело? – предложила я Ирине Львовне. – Гордей уже там.

- Вы встретились? – спросила она.

- Нет, - соврала я, не задумываясь.

В чем-то это даже правда. В ратуше наследный принц столкнулся с княжной из цветочной лавки, а Гордея и Риши там не было.

- Если Гордей сможет, он заглянет сюда, - сказала Ирина Львовна. – А если не появится, не стоит искать с ним встречи.

К сожалению, я прекрасно понимала, что она права.

Гордей, конечно же, нас не навестил. Зато утром в гости пришла Алура. Я возилась в оранжерее – пересаживала цветы из ящиков в горшки, для продажи. Ирина Львовна сидела в саду под яблоней, рядом в корзинке спал Елисей, «утепленный» обеими кошками.

- Это тебе, - сказала Алура, вручая мне огромный букет гладиолусов.

- От кого? – удивилась я.

- От наследного принца.

- То есть?! – Я так испугалась, что чуть не выронила тяжелый букет. – С чего бы это?

При встрече Гордей нос воротит, делает вид, что мы не знакомы… А после присылает цветы?!

- Да вот пришел ранним утром в лавку, выбрал эти гладиолусы, велел отправить тебе. Сказал, что ему понравилось твое цветочное оформление, отблагодарить хочет, - пояснила Алура. – И заодно извиниться. Вроде как он успел тебя обидеть?

- А, это… - Я облегченно перевела дыхание. – Мы столкнулись случайно в его комнатах, я не успела уйти. И он подумал, что меня прислали ему в услужение.

Гладиолусы… Если бы Гордей мог «прочитать» мое послание – розовые камелии, – то эти цветы могли бы быть ответом.

«Верь мне, ничего не бойся».

- Алура, ты знаешь язык цветов? – поинтересовалась я, нежно поглаживая полураспустившиеся бутоны.

- Нашла что спросить, - фыркнула она. - Как будто ты не знаешь!

- Не уверена, что помню… Что означают гладиолусы?

- Так благодарность же!

- И то верно, - пробормотала я. – Надо поставить их в вазу.

Я не любила срезанные цветы. Наверное, из-за родства с дриадами. И все же вазу с гладиолусами поставила в своей спальне. Надеюсь, когда-нибудь я получу ответы на все вопросы, и Гордей объяснит, почему он так себя вел.

Алура ждала меня на веранде.

- Ты плату забыла забрать. Я принесла. – Алура кивнула на мешочек с монетами. – Хотела к морю прогуляться. Не составишь компанию?

Я собиралась отказаться, но передумала. Ирина Львовна непременно спросит, от кого цветы. Может, удастся уговорить Алуру соврать, что это ее подарок.

- С удовольствием. Я только Ирину Львовну предупрежу, - согласилась я.

Мы спустились с холма на пляж и медленно двинулись вдоль береговой линии. Несмотря на летний солнечный день здесь, как обычно, было безлюдно. Жизнь кипела чуть дальше, в рыбацком поселке, там же кричали чайки, кружась над лодками в поисках добычи.

- Проклятие на нем, - сказала вдруг Алура. – Поэтому он держит тебя на расстоянии.

- Что?! – Я чуть не упала, споткнувшись. – Ты… о чем?

- О ком, - поправила меня Алура. – О Гордее.

Ох, и ошибался же Демьян Петрович! Сотрудник службы безопасности из меня вышел бы… плохой. Я должна была все отрицать! А я… тут же купилась.

- Что ты знаешь? Почему такое говоришь? Какое еще проклятие?! – завопила я, вцепившись в Алуру. – Смертельное проклятие? Гордей умрет? Умрет, да?!

Еще и тряхнула ее несколько раз, не в силах совладать с эмоциями.

- Нет! – Алура не пыталась меня оттолкнуть. – Проклятие не смертельное, Карина. Не ори ты так!

Как-то разом обессилев, я отпустила ее и села на гальку. Алура устроилась рядом.

- Я не должна была этого говорить, - вздохнула она. – Но не могу смотреть, как ты страдаешь! Надеюсь, ты меня не выдашь. Не выдашь же, а?

- Кому? – едва слышно спросила я. – Кому… не выдавать?

- Княгине, чародею, опекуну, - перечислила она. – Да всем…

- А кто тебя послал? Ты же здесь… не случайно? Тоже Гордей?

- Нет, не он. Дафнис. Сейчас она носит другое имя…

- Ольга, - догадалась я. – Так ты дриада?

Вместо ответа Алура преобразилась: цвет кожи стал отливать бронзой, в волосах появились веточки с листьями, а глаза засияли, как изумруды.

Значит, все не случайно. Меня опекает не только Гордей, но и королева.