Тайна блаженной Катрин (СИ) - Щуко Светлана

— Что вы скажете месье шевалье о причинах вашего прибытия? — неожиданно задал вопрос граф и посмотрел на карлика. По его взгляду было заметно, что он не слишком ему доверяет.

— Поверьте, месье граф, мне есть что ему сказать! — ухмыляясь и прищурив глаз, ответил ему Шут и, переведя взгляд на меня, добавил: — Я надеюсь, мадам, наши договорённости в силе?

— Не сомневайтесь, месье, я умею держать своё слово, надеюсь, и вы тоже. — ответила я ему, улыбнувшись.

Тщательно обсудив все нюансы наших совместных действий в доме, мы вчетвером отправились в путь и уже через час достигли входа в грот.

Карма отсутствовала, плащ Клэр был аккуратно сложен и уложен на импровизированной лежанке. Рядом стоял фонарь.

Решётка, преграждающая вход, оставленная нами ранее, была в том же положении, что и прежде. Мужчины, потратив некоторое время на безуспешные попытки сдвинуть её с места, наконец-то, приложив достаточно усилий, смогли поднять тяжёлую конструкцию. Затем последовал кропотливый процесс разжигания огня, который, казалось, занял целую вечность. Наконец фитиль в фонаре был зажжён, и мы шагнули в тёмное пространство туннеля.

Мы уже некоторое время шли сквозь густую тьму, поглотившую всё вокруг. Виконт, словно маяк в этом мраке, шёл впереди, высоко держа фонарь над головой и держа меня за руку. Его шаги были уверенными, а рука, сжимавшая мою, была стальной — в ней чувствовалась не только сила, но и страх. Казалось, он боялся, что я могу раствориться в этом безмолвном пространстве или попытаться ускользнуть.

Сзади нас, на некотором расстоянии, тихо перешёптывалась влюблённая пара. Их голоса, приглушённые расстоянием, то и дело прерывались звуками поцелуев. Каждый раз, когда они останавливались, я ощущал, как их страсть и нежность наполняют воздух вокруг нас, заставляя меня чувствовать себя весьма неловко, так как мысли мои в этой темноте были совсем далеки от того, что ждало нас в доме.

— Николас, ваши пальцы так крепко стиснули мою ладонь, словно вы опасаетесь, что я исчезну, — произнесла я с лёгкой усмешкой, стараясь придать своим словам игривый оттенок. Этот комментарий был попыткой разрядить напряжённую атмосферу, которую создавали мои собственные мысли о поцелуях и всём, что за ними могло бы последовать. Я чувствовала, как внутри меня бушует вихрь эмоций, и хотела отвлечь себя от этого.

Хватка немного ослабла, и за этим последовал вопрос: — Катрин, скажите, хотя бы иногда вы вспоминали обо мне?

Я промолчала, немного растерявшись. Врать совсем не хотелось, но и говорить правду, что мне просто-напросто и думать-то об этом было некогда, — тоже. Я слегка сжала свою руку.

— Я о вас думал каждую минуту, да что там, каждую секунду, я с ума сходил, когда вас похитили... — Виконт замолчал, опять сильнее сжав мою руку. — Мадам, прошу вас, не покидайте больше меня. Почему вы молчите? — На последнем предложении его голос дрогнул.

— Я постараюсь, — ответила я ему как можно мягче.

Я мечтала о большем, чем просто держаться за руки, и в свете последних событий могла бы выйти за него замуж, не опасаясь осуждения общества за мезальянс. В те времена баронесса и дочь лекаря стояли на разных ступенях социальной лестницы, но я не стремилась к замужеству. Мои амбиции простирались гораздо дальше.

Я планировала восстановить права на поместье и привести в порядок усадьбу, чтобы вернуть ей былую роскошь и величие. Шахты, когда-то заброшенные, должны были вновь заработать, обеспечивая семью и давая мне финансовую независимость.

Кроме того, я мечтала построить небольшую больницу и аптеку при ней. Это было бы не только благородное начинание, но и способ оставить след в истории, помочь людям и внести свой вклад в развитие медицины.

Да, замужество ну никак не вписывалось в мои планы. А с другой стороны, принять роль любовницы и страдать от ревности, когда он создаст семью с другой женщиной, казалось мне еще менее приемлемым вариантом.

Мои мысли прервал голос виконта, прозвучавший неожиданно. — Катрин, куда нам двигаться дальше?

Мы замерли перед каменной лестницей, уходящей вверх. В голове мелькнуло воспоминание: ночью я спускалась по этим ступеням, погруженная в свои тревоги. Но тогда я не заметила, что узкий туннель, разветвляясь у основания лестницы, резко сворачивал вправо, теряясь в темноте.

— Нам нужно подняться наверх, — сказала я, стараясь придать голосу уверенности. — Только вот я совсем не подумала о том, сможем ли мы открыть дверь, ведущую в дом.

Тревога начала медленно, но неумолимо подниматься, сжимая грудь, оставляя горький привкус страха в горле.

Видимо заметив это, виконт поднёс мою руку к своим губам и уверенно сказал: — Не волнуйтесь, Катрин, сейчас разберёмся.

Николас и Арман отправились на разведку, оставив нас с сестрой внизу. Мы присели на ступеньку, погружаясь в непроглядную темноту, и я почувствовала, как Клэр, прижавшись ко мне, тихо произнесла:

— Граф сделал мне предложение. — Её голос дрожал от волнения, и она счастливо хихикнула.

— Сестрёнка, это просто отличная новость, — с неподдельной радостью сказала я, не скрывая своего восторга.

— Боязно мне, а что, если король не даст своего благословения? Я же без титула, а Арман занимает очень высокое положение при дворе. — сказала она уже поникшим голосом.

— Не переживай, мы что-нибудь обязательно придумаем и... — я резко замолчала, прислушиваясь. Из бокового туннеля послышались шаркающие шаги и медленно приближающийся слабый свет.

Мы с Клэр вскочили и хотели было уже бежать вверх по лестнице, как знакомый старческий голос произнёс:

— Ну что всполошились-то, пташки, это я, Карма.

Мы дружно выдохнули с облегчением и поспешили к ней.

— Карма, что случилось? Как ты сюда попала? Ты в порядке? Как ты себя чувствуешь? — сестра задала вопросы, опережая меня. Я не отставала, пытаясь выяснить всё как можно скорее.

Её лицо выглядело усталым, но в глазах читалась решимость. Она улыбнулась:

— Ну загалдели. Всё со мной хорошо, что мне будет-то. Попала сюда, как и вы.

Она внезапно умолкла, её взгляд скользнул за наши спины, и мы обернулись. К нам спешили наши мужчины. Их лица были напряжены. Атмосфера мгновенно изменилась, наполнившись напряжением и ожиданием.

— Значит, всё же встретились, вот и отлично, вот и хорошо. Там, где вы были, в дом не попасть, дверь открывается только с внутренней стороны, — сказала Карма, придирчиво рассматривая Армана с Николасом.

Я, спохватившись, представила старушку молодым людям. Они учтиво поклонились. На что ведьма махнула рукой, ехидно сказав:

— Бросьте свои церемонии, кто я такая, чтобы передо мной спины гнуть. Пошли лучше, там есть проход, только немного поработать придётся, слишком давно им никто не пользовался.

Туннель оказался коротким. В конце его виднелась глухая кирпичная стена. Ведьма, шедшая впереди, остановилась и задумчиво посмотрела на преграду.

— Здесь легко разобрать стену, — наконец произнесла она, присев на корточки. Её пальцы ловко ощупали кладку, и через мгновение один из кирпичей легко выскользнул из рук, оставив неровный край. — Видите, раствор давно рассыпался, а кирпичи держатся только друг на друге.

— Ну что стоим-то, начинайте, — обратилась она к мужчинам и отошла в сторону.

— Отойдите все назад, — приказал виконт и с силой ударил ногой по стене. От мощного удара кирпичи посыпались, открыв узкий проход, достаточный, чтобы было можно пройти.

Мы с сестрой одновременно воскликнули: «Что за вонь!» — и, не сговариваясь, зажали носы пальцами. Остальные последовали нашему примеру, стараясь не вдыхать зловонный воздух.

Я попыталась сдержать дрожь в голосе, но слова всё равно прозвучали неестественно глухо и гнусаво из-за зажатого носа.

— Не хочу никого пугать, но это трупный запах.

Виконт бросил на меня быстрый взгляд, но ничего не сказал. Он сделал шаг вперёд и протянул руку к фонарю, который держала Карма. Я наблюдала, как его пальцы коснулись холодного металла, и в этот момент свет фонаря осветил его лицо — бледное, сосредоточенное, с едва заметной морщинкой между бровями.