Плюшевый: предтеча (СИ) - Плотников Сергей Александрович

— Конечно, мы не можем лететь оба, не дури, — мягко сказал мне брат. — Мне очень хочется, но ты там явно нужнее. Вернешься лет через пять…

— Раньше, — перебил я. — Кир говорит, тут всего полтора месяца пути на новом крейсере, можно хоть каждый год мотаться. Были бы деньги.

Вообще-то, дело было не только в новом двигателе, но и в маршруте. Морковка летел по воле «течений» в метакосмосе. Он вовсе мог бы не найти обратную дорогу, но его, дрейфующего в своеобразном драконьем анабиозе, подобрал один из патрульных крейсеров Ордена. Лана нейрорезонансом извлекла из Морковки маршрут до планеты Леониды, после чего совместными усилиями многих математиков и навигаторов, опираясь на недавно полученные сведения об устройстве метакосмоса, удалось проложить другой маршрут, короче. К счастью, мир, куда мы с Алёной попали, находился все-таки не в другом «поясе» Междумирья, гораздо ближе. Опасное для метакосмических тварей пустое пространство было связано с особенностями распределения массы.

Однако рассчитанный маршрут тоже оказался не совсем оптимальным: «Верный» в итоге добирался до нас почти четыре месяца (что, конечно, все равно намного лучше, чем почти пять лет, как Морковка в первый раз!). Зато теперь, после уточнения координат, время в пути должно было серьезно сократиться.

— Именно, — чуть улыбнулся Герт. — Тебе понадобятся деньги. И другие ресурсы. Чтобы собрать все, необходимое для нашей вотчины — и для империи в целом, я полагаю, тоже?.. — я кивнул. — Да, я так и знал. Ты не мыслишь родами и вотчинами, ты мыслишь странами, как дренеэремские философы. Но, раз ты не можешь выступать как Аркадий Весёлов, тебе нужно будет поставить себя не как варвара с окраин вселенной, а как самостоятельного игрока, пусть даже младшего и менее могущественного. И в этом плане особенно важно, чтобы здесь, у нас, Коннахи и Школа Дуба оставались значимой силой. А без меня как мага и без Лелы как вдохновенного проповедника, боюсь, с этим придется сложнее.

— В целом ты прав, — согласился я. — Но имей в виду, что я планирую создать здесь посольство Старой Терры — точнее, Ордена. И вербовочный пункт. А также точку магической поддержки. И это точно пяти лет не терпит. Мы даже обсуждали возможность оставить кого-то на планете уже сейчас, но… — я развел руками. — Все маги на крейсере «Верный» либо из числа моей первой семьи и друзей, у них тоже обязательства дома. Либо служащие или контрактные работники, чей контракт такого не предусматривает. Так что я вернусь организовать это дело. У меня уже есть несколько кандидатур, которые, возможно, согласятся работать в условиях отсутствующего магического фона.

Одной из этих кандидатур, к моему удивлению, стала Афина. Она сказала: «А что, мы с Сергеем и детьми вполне могли бы временно перебраться сюда! Я так часто работала в поле подавления на Болосе, что мне, в принципе, привычно. А Серёжа любит всякое средневековье, даже в исторической реконструкции участвует. Ему бы понравилось.».

Я очень сильно в этом сомневался, но расстраивать дочь так сразу не стал. К тому же, я помнил, что Сергей действительно очень специфическая личность. Возможно, его эта идея заинтересует. А хорошие финансовые аудиторы в любом предприятии нужны.

— Понял, — кивнул Герт. — В общем, вернешься, останешься тут за всем приглядывать, а тогда уж я полечу, — тут он совсем мальчишески улыбнулся. — Слетать в метакосмос! Поглядеть на Лиманион, на настоящую… как ее… атомную станцию! На самолете полетать! Вот это будет приключение!

— Главное — поучиться магии, — мягко сказал я. — По-нормальному, а не так, как я могу тебе предложить.

— Судя по результатам, учитель магии ты прекрасный. А вот экономике и… как его… маркетингу я бы у специалистов поучился, — задумчиво проговорил Герт. — Опять же, эти обрывки про биржевую торговлю, которые иногда залетали по нейрорезонансу, очень меня интересуют.

Я засмеялся.

— Узнаю тебя — сразу, как настоящий боец, находишь самое опасное оружие!

— Или… — продолжал Герт серьезно. — Или не ты вернешься, а Ульн. В смысле, ты под видом Ульна.

— Это еще зачем? — не понял я.

— Для красоты легенды. Пророк ушел в Царствие Небесное — вот пусть так и останется. Это ведь даже не ложь, но это полезно для распространения нашей веры, — он говорил серьезно. — Тем более, что чудо Творца имело место быть несколько раз… Даже не пытайся мне сказать, что не имело!

Я чуть растерянно кивнул. Это я должен был предложить такой изящный вариант, а вовсе не Герт — он даже истории Старой Терры не знает, он понятия не имеет, насколько любой религии необходимы мученики и даже всякое «он улетел, но обещал вернуться».

— Опять же, и новому регенту, а потом и императору, думаю, будет как-то спокойнее, если ты станешь чисто легендарным персонажем, — очень проницательно продолжил Герт.

— Когда ты успел стать таким умным и предусмотрительным?

— Твое дурное влияние!

Мы посмеялись.

— А логично… — пробормотал я. — Под видом Ульна — это, конечно, спорно, мы даже не похожи, и ученики Дуба это знают. Кроме того, что будет, если Ульну на Терре не понравится, и он сам захочет вернуться побыстрее?

— Тогда под видом собственного сына?

— Возможно, но это только лет через пятнадцать хотя бы.

— Почему? Вдруг у вас с Сорой еще раньше родился сын, но вы скрывали. Потому что опасались за его жизнь.

— Н-ну, это как-то уже совсем… как в пьесах, — я не нашелся, как сказать по-местному «мелодраматично».

— Вот поэтому народ все проглотит.

— Все равно, тогда не раньше, чем лет через десять. А мне нужно раньше.

— Тогда лет через десять, как сын, а до этого… ну, просто замаскируешься, — предложил Герт.

Затем, помолчав, добавил:

— Выразить не могу, как меня радует твое желание вернуться побыстрее. Я буду по тебе скучать.

— Я тоже, — честно сказал я.

Сбор отряда и отправка его на Терру заняли около месяца — дольше, чем я думал. За это время произошло много всего: орденцы начали учить местный имперский язык под гиасами, я провел реорганизацию Школы Дуба, назначив Герта временно исполняющим обязанности Главы с условием, что если ни я, ни Ульн, ни наши сыновья не вернутся в течение тридцати лет, Герт и его потомки считаются старшими в Школе. Мы провели отборочные собеседования, чтобы решить, кого именно из рядовых бойцов взять в нашу «частную армию» — а хотели едва ли не все! Несмотря на то, что мы честно предупредили: риски будут не меньше, а то и больше, чем при «обычном» найме.

Соре пришлось работать еще усерднее, чтобы подготовить Школу Цапли и наклевывающийся там университет к своему длительному отсутствию, тем более, что Ясу и Иэррея она хотела взять с собой — помнится, я обещал синекожему доктору, что он сможет посидеть в Орденской библиотеке, если захочет? Дел было невпроворот, времени не хватало, я пытался взять на себя часть обязанностей Соры, помня о ее беременности, но выходило у меня плохо: все же я не был полноценным главой Цапли!

А тут еще роды Риды Коннах в самый неподходящий момент — и довольно тяжелые роды неожиданно оказались, мне даже пришлось врачевать ее магией. Точнее, Ксантиппе Зориной пришлось, она лучший врач, чем я.

Зато мальчик родился крепким и здоровым. Назвали его Элисом — ради преемственности поколений. Я еще успел присутствовать на имяположении ребенка. Под священным Дубом — но уже по правилам новой религии Творца.

Неудивительно, что, когда нам все же удалось отчалить, мы с Алёной свалились на кровать в нашей каюте — и проспали сутки! Тильда, Герна и Ия (разумеется, верные служанки решили последовать за своими госпожами) утомились тоже, так что Афине и Ксюше пришлось занимать малышку Орию. Благо, к тому времени они успели уже прочно поладить, наша девочка даже научилась немного болтать по-орденски.

Тогда-то мне и приснился сон.

Начался он с того, что я будто бы смотрю в зеркало, только почему-то мое отражение одето по-орденски: в джинсы и мой любимый белый свитер. Только сейчас, кстати, о нем вспомнил — а ведь очень жаль этой вещи! Случайно купил на распродаже, и как-то он мне так зашел, что я его даже дважды отдавал на отбелку и реставрацию — за тридцать пять лет регулярной носки почти любая одежда выйдет из строя, даже из натуральной шерсти. Кроме, может быть, пальто какого-нибудь.