— Ничего не бойся, Айна, и ни о чем не беспокойся. И не таким отпор давали, — улыбнулся мне мужчина, обнимая и поздравляя с браком.
Также он рассказал, что они уже послали своих людей, чтобы те привезли моего отца и брата к нам с Эйнаром в замок.
— Только он не один едет, — добавил он. — У батюшки твоего новая зазноба. Хочет тебя с ней познакомить. Да ты ее видала, поди, она у переправы трактир держит.
Успокоилась немного. Если гномы говорят, что хорошая, значит, и брата моего не обидит. Но пока не проверю, не поверю.
Гномов мы тоже навестили. Они Эйнара сначала чуть не побили за похищение, но когда метки увидели, смирились. Насчет платья они действительно с Лин обсуждали модели, потому что были уверены, что “князь хоть и отмороженный, но не дурак, лучше племянницы нашей все равно не найдет”.
Земли им князья выделили, так что теперь у гномов официально появился собственный дом на территории Вальхейма, как и право беспошлинной торговли в течение пяти лет. Гномы пятьдесят просили, и Эйнар готов был согласиться, но я не дала. У меня, кроме гномов, еще брат с отцом есть, которые тоже к торговле причастны, так что нечего кому-то одному преимущество давать.
Поживем — увидим, как дальше быть. А пока поручила им присматривать за Фроскевой.
Она хотела отправиться со мной, но я ей отказала.
— Ты приехала сюда свою проблему решить, — напомнила я ей. — Вот и решай. Даная точно что-то умеет в этом плане, так что подойди и не слазь с нее, пока она не сделает все, как надо. А то ей явно заняться нечем, опять с дымом шепчется. А у кого-то потом замужество случается… — ворчала я.
Потому что не знаю, что с замужеством во мне изменилось, или дар Айны окончательно проснулся, или боги чем-то новым вместе с меткой меня наградили, но одно я знала точно — желание Льдинки и Данаи насчет перешивать платье боги исполнили.
А потом стояла сейчас перед невестами, положив руку на живот, и тихонько улыбалась.
— Мы с моей супругой уезжаем, — объявил князь девушкам. — Вы можете оставаться на территории княжества или отправиться домой. По всем вопросам можете обращаться к моим людям или к братьям-гномам Бухбиндерам. В их лавках лучшие товары на самый взыскательный вкус, — добавил он и посмотрел на меня.
Я подбадривающе кивнула. Потому что не все князю по лесам ездить и браконьеров ловить, надо и малое предпринимательство развивать.
Невесты пошумели, обсуждая новости, но с решением богов спорить желающих не нашлось, и все разошлись собирать вещи.
И я тоже.
— Долго нам добираться до нашего замка, дорогой? — спросила, когда мы забрали вещи из комнаты в крыле невест и вернулись в гостевую спальню. Оказывается, Эйнар заранее велел ее приготовить для меня, и именно туда привела меня Даная после того, как я вернулась из леса.
— Да нет, на мне быстро домчимся, — ответил князь, обнимая меня со спины. Мурашки тут же побежали по коже.
Развернулась.
— В смысле — «на тебе»? — уточнила я, подозревая, что под фразой скрывается не верховая прогулка на лошадях.
— Я обернусь, и ты поедешь на мне, — его губы коснулись виска. — А остальные приедут позже.
— Обернешься? Кем? — на меня напал ступор. То есть то, что говорил доктор Адарио, правда? Здесь есть оборотни?
— Медведем, разумеется, — сказал Эйнар, продолжая ненавязчиво ласкать меня.
— То есть это был ты? Тот медведь в берлоге, — дошло до меня, и я легонько стукнула мужа по груди. — Чудовище! Я же испугалась. Но ты был ужасно теплый. И пах вкусно. Погоди! — спохватилась и положила руку себе на живот. — А наш ребенок? Он тоже будет медведем?
Жест не укрылся от князя.
— Обязательно, — сказал он, довольно улыбаясь и прижимая меня к себе. — Если это будет мальчик. Но если мы сильно постараемся, то успеем еще сделать девочку. Иди ко мне, — он потянул меня на кровать.
Ну и как ему отказать?
* * *
Где-то далеко, на границе вечных льдов, Стужа обернулась на юг.
— Чувствуешь? — спросила она.
Север, стоящий рядом, кивнул, глядя в ту же сторону.
— Еще одно горячее сердце. Они размножаются.
Стужа фыркнула, пряча улыбку:
— Пусть. Теперь все будет по-другому. У меня есть план, чем занять остальных наших детей!
* * *
Где-то далеко, в неприступном замке на землях Вальхейма, маленькая девочка с глазами цвета синего льда стояла у окна и смотрела, как над башнями встает северное сияние.
— Нянюшка, — позвала она. — А правда, что у меня скоро будет братик?
Даная, ворошившая угли в камине, улыбнулась чему-то, что видел только дым.
— Правда, Льдинка. И не только братик.
— И сестренка?
Старуха посмотрела на пляшущие языки пламени, где одна искра отделилась от других и унеслась в трубу — туда, где ветер разносил вести по всему Северу.
— И сестренка, Снежиночка. И не только у тебя. Север теперь слышит не только холод.
А внизу, в малом зале, Айна сидела рядом с Эйнаром, положив голову ему на плечо, и слушала, как гномы спорят с Финном о цене на меха, как Бри строит планы на новую жизнь, как где-то на кухне Фрося учится у Данаи варить зелья, а доктор Адарио делает вид, что просто "зашел за травами".
За окном кружился снег.
Где-то там, в дороге, ехали к ним отец с братом и новой женщиной, которую Айна еще не знала, но уже готова была принять.
Где-то там, в лесах, прятался старик, плетущий новые сети.
Где-то там, в Деларе, король Лапидус кусал губы, подписывая клятву, которую от него требовали.
Но это все было потом.
А сейчас...
— Тепло? — тихо спросил Эйнар, касаясь губами виска своей жены.
Айна улыбнулась, чувствуя, как внутри разливается то самое, знакомое тепло, которое уже никуда не денется.
— Тепло, — ответила она и потянулась за поцелуем. — Теперь мне всегда тепло. Ты же рядом.
“Это ты рядом, Айна, — подумал Страж Севера, даря жене поцелуй. — И ты согрела не только меня. Ты наполнила теплом весь мой мир”.
