Три стрелы в его сердце (СИ) - Лотос Алена

Из алхимической лаборатории Ева принесла небольшой ларец со свечами. На первое время их должно хватить. Пять свечек встали по бокам от кровати, на холодную каминную полку и небольшой комод. Целительница зажгла их все одновременно и теплый слабый огонь осветил спальню. Ева подошла к Темному Эйлуру. Его лицо теперь вполне можно было рассмотреть. Ее глазам предстали разительные отличия. Маска агонии смягчилась, губы мелко подрагивали, один налитый кровью глаз метался и метал молнии. Темный Эйлур находился в сознании и в этот взгляд вложил всю свою ненависть и злобу.

– Господин, – сказала Ева, едва не поперхнувшись на этому слове. Все же этот «господин» был причиной многих несчастий в ее собственной семье. Она наклонилась и произнесла в самое ухо. – Я знаю, что делаю. Хотите вы этого или нет, но вы не сможете избегать света вечно. Сейчас вам вредит даже робкая луна. Вам нужно привыкать, иначе никакое лечение не пойдет вам на пользу.

Старик бешено вращал правым глазом, но не мог ничего сказать или сделать.

На столике в углу Ева расположила небольшую мастерскую снадобий. Волос шерстяного рогата, перетертая ягода брусники и каменная пыль требовались для остановки гноетечния из незаживающей раны. Дорогой рубиновый порошок и луговая трава снимали воспаление и расслабляли мышцы при втирании в кожу. Перо черного лебедя, морская вода, сосновая хвоя и первый капнувший на стол воск, закапанные в ухо, помогали больному засыпать. Ева намеренно выбрала самый медленный, самый «лесной» способ лечения. Он должен убедить Темного в том, что целительница прикладывает очень большие усилия, чтобы не навредить, и одновременно, слабо продвинуть сам процесс. Ева использовала все три состава ежедневно, утром и вечером. А потом отправлялась в библиотеку.

Библиотека замка Темного поражала воображение размахом и отсутствием предубеждений в выборе книг. Светлый Лоурес с большим отвращением относился к книгам по темной магии, экономике и легким романам, поэтому подобных книг в их собственной библиотеке не водилось. Зато целый этаж был отведен летописям и «историям». И все у отца всегда было в строгом соответствии с каталогами, которые он любовно составлял и вел сам. Здесь же все книги находились вперемежку и в полном беспорядке. Но взгляд сразу цеплялся за запрещенную «Магию сторон» Ильфа Простого, скабрезную «Сладкую деву» Помера́нца Ува́льдского и даже «Удары Судьбы или Проигрыш Последнего Императора в Великой Войне» Геге́рия, указом Высшего Сюзерена изъятую из всех частных и публичных библиотек.

Ева сама не знала, что искала в библиотеке. Каких-то подсказок, примет, надежду на выход и счастливый исход. Предки были мудры и изворотливы, свою мудрость они оставили в книгах, так, где еще черпать ответы и вдохновение? Девушка бродила среди полок, запрокидывая голову, и верхушки шкафов терялись где-то под потолком. И Ева уходила все дальше и дальше, пытаясь ощутить зов книг. А найдя интересную, зарывалась с головой в изучение.

Нередко, именно в библиотеке Ева натыкалась на других обитателей замка. В дальнем углу на диванчике, закинув ноги на спинку, обычно лежала Лара. Юная девица умела различать шаги и, каждый раз заслышав гостью, ощетинивалась черным облаком магии, но больше не нападала. Она обычно читала дерзкие романы о любви и приключениях. Их действующими лицами всегда были трепетные девы и лихие пираты, или благородные разбойники, или рыцари, давшие клятвы подарить свое сердце лишь одной-единственной. Такие романы все время втихушку читала Лилия. Частенько в библиотеку наведывался Темный. Его больше интересовало аграрное дело, мореходство и старинная поэзия. Артура, в большинстве случаев, привлекали в библиотеку губы Евы. Под пологом тишины они могли свободно целоваться и обсуждать мечты о совместном будущем. И эти мечты становились настолько подробными, что начинали напоминать план.

После бдений в библиотеке или корпения над алхимическими составами, Ева каждый вечер возвращалась в спальню Темного Эйлура. Комната постепенно теряла затхлость и дух обреченности. Количество свечей неуклонно росло, солнечный и лунный лучи все активнее проникали внутрь. Больной перестал хрипеть и начал моргать обоими глазами. Налитый кровью белок приобретал нормальный цвет. Но, как ни старалась Ева, ей едва удавалось замедлять выздоровление Темного Эйлура. Старик жаждал жить и сам прикладывал к этому серьезные усилия. Его сын торжествовал, и целительница ощущала это ликование, разносящееся по всему замку.

К последнему летнему месяцу Темный Эйлур начал произносить первые звуки, а затем и первые слова. Конечно, это были команды, направленные к Еве. По началу девушка их игнорировала, пока не начала ощущать, что в приказы стала примешиваться магия повиновения. Этот факт настолько разъярил Еву, что она сразу же отправилась к хозяину замка.

– Ваш отец пытается применять ко мне магию принуждения! – вскричала Ева с порога, влетая в кабинет под лестницей.

Темный обратил к Еве глаза, полные радости, и отодвинул в сторону длинный манускрипт. Привратник, стоявший за плечом Господина, побледнел и постарался слиться со стенами.

– Так-так, дорогая Иванка, что вы такое говорите?

– Темный Эйлур достаточно пришел в себя, чтобы начать пользоваться магией, – ответила Ева, поджав губы и придав лицу выражение тщательно усмиренного гнева. – Засим, я прошу вас избавить меня от нашего договора. Закончить лечение в случае, когда больной считает, что знает лучше, не представляется возможным.

– Но постойте, сударыня, разве это возможно?! – спросил Темный с притворным удивлением. – Ведь вы же говорили, что полное выздоровление наступит лишь к середине осени!

– Если мне не будут мешать, – отрезала Ева.

Правую руку вдруг обожгло так, что Ева поморщилась. С пробуждением Темного Эйлура черный яблоневый цвет на ладони начал расти и быстро распространяться, захватив уже предплечье. Узоры беспокоили редкой болью и, как думалось Еве, провоцировали новые сюжеты для кошмаров. В те ночи, когда Артура не было рядом, далекий Заповедный лес не только горел, но и погибал под мощным напором черных морских волн. В них Ева задыхалась и тонула, все сильнее отдаляясь от искалеченного тела своего возлюбленного.

– Я немедленно поговорю с отцом! – сказал весело Темный и рывком поднялся из-за стола. Привратник отшатнулся. – Ведь он уже может говорить?

– Лишь отдельные простые слова, – сухо ответила Ева.

– Этого вполне достаточно! – почти пропел Темный.

Хозяин замка предложил Еве локоть и вместе они вышли из кабинета. За пустой светской беседой пара размеренно дошла до покоев Темного Эйлура и разделилась. Ева направилась в библиотеку. Чрезмерная искренняя радость Темного настораживала Еву, а среди бесконечных полок с книгами можно было найти ответы. Ева брела по узкому проходу между шкафами и касалась пальцами корешков. Ни одна книга не отзывалась на молчаливый зов, все они будто были мертвы. Единожды Ева коснулась одной из книг рукой, зачарованной узорами, и книга вспыхнула, в секунду рассыпавшись в прах. С бьющимся сердцем Ева рассматривала свою ладонь, а затем судорожно натянула черную перчатку. С этим договором и этим лечением нужно быстрее кончать. Раз в замке нет ни одного естественного помощника, не работают приметы, а немногочисленные духи компактно проживают в Саду Трав, может, стоило попробовать заговоры?

– Воздух касается каждой вещицы, воздух все видит, объяет и слышит. Воздух, пошли мне знак четкий, небесный, что за вещица мне будет полезной!

Ева сделала пару шагов и присела от неожиданного удара по голове. С одной из недостижимых полок под ноги упала книжка в побитой временем серой обложке. Ева ликовала – все-таки иногда работает здесь, и простая магия примет!

[ image24 ]

Книга за авторством Рафаэ́ля Си́буша называлась «Полусветная магия – как порченые лекари спасались от своего недуга». В нетерпении девушка наугад раскрыла книгу и оцепенела. Глаза побежали по строчкам, выхватывая самое главное, и, чем дальше она читала, тем в большее изумление приходила. От чтения Еву отвлек крик, кажется, ее звал Темный. Целительница покрутила книгу, затем быстро уменьшила ее и спрятала в перчатке.