Три стрелы в его сердце (СИ) - Лотос Алена

– Отец пообещал больше не воздействовать на вас магией, дорогая Иванка, – с улыбкой пообещал Темный, едва завидев Еву. – Поверьте, он не со зла. Просто характер испортился.

– Я не сержусь, – соврала Ева, все еще увлеченная мыслями, подчерпнутыми в книге Сибуша. – Лишь надеюсь, что Господин Темный Эйлур сдержит обещание.

– Всенепременно! – заверил Темный. – Теперь, позвольте же откланяться и оставить вас наедине с вашими делами.

Ева еле дотерпела до вечера. Невзрачную книжку хотелось изучить как можно скорее. Завидя сегодняшнюю рассеянность своей целительницы, Темный Эйлур недовольно засопел, но ничего не сказал. Ева наспех нанесла все заготовленные мази и произнесла заговоры. Немного подумав, она все же решила подойти к задаче с выдумкой, поэтому на будущую ночь зажгла побольше свечей и даже впервые растопила камин. Больной вскрикнул от испуга и попытался пошевелить руками, чтобы загородиться от света.

– Господин, если вы желаете вылечиться и не вернуться в свое прошлое состояние, вам надлежит выполнять все, что я требую и привыкать к любым источникам света, как бы сильно они вам не нравились.

Ева с глубоким удовлетворением прочитала Темному Эйлуру эту маленькую нотацию, словно неразумному ребенку. Наверное, сейчас он им и являлся. Напуганный ребенок, маленькая летучая мышь, слепнущая от любого, самого маленького огонька. Но если требуется ускоренное лечение, то этот путь – единственный. И Ева оставила больного на поруки служанки, пришедшей его кормить. По мере выздоровления, организм начинал требовать не только магическую заботу.

Книга Рафаэля Сибуша стала для Евы откровением. Отец и учителя пансиона с малолетства вбивали в нее, что магия исключительно дуальна, что никакая Светлая целительница не может и не сможет использовать в своих целях Тьму. Что любой шаг в эту сторону влечет к падению и развращению души, следом будут только убийства, кровь и ненасытная жажда. Несмотря на эти знания, вбитые в подкорку, Ева, один за другим, совершала шаги к темной стороне и не чувствовала, что становится хотя бы немного ближе к состоянию безумной, одержимой ведьмы. А теперь выясняется, что лекари и целители давно придумали, как можно использовать во благо обе стороны магии! Магия полусвета! Ева настолько увлеклась чтением, что только приход и настойчивые ласки Артура смогли вывести ее из состояния, близкого к полуобморочному трансу от счастья.

Рафаэль Сибуш также поделился Указателем имен. Там Ева обнаружила обширный перечень магов, практиковавших или когда-либо писавших о магии полусвета. Отыскать труды этих умельцев с помощью заговоров было просто. И целительница погрузилась в изучение магии ранее неизвестной, запрещенной даже к упоминанию. С новыми знаниями пришло и четкое осознание невозможности обратного пути. Ева надломила свой внутренний источник чистого Света, загрязнила его Темными практиками и теперь каждое ее светлое заклинание будет неполным. И лишь Полусвет может что-то исправить.

Охота за книгами принесла еще одно приятное открытие. В одной из самых дальних секций, куда не забредала в поисках романов даже Лара, Ева обнаружила предмет, накрытый старой простыней. Он стоял в углу, пыльный и позабытый, совершенно неприметный. Ева резким движением сдернула покрывало и закашлялась от взвившейся пыли. Глазам ее открылся старинный глобус.

Приглядевшись, девушка обнаружила на нем земли и владения Высшего Сюзерена, которому подчинялись Темные и Светлые Хранители земель. Над глобусом парило крошечное светящееся солнышко, казалось, что даже дождь проливается в тех местах, где в настоящем мире ходили грозовые тучи. По ниточкам дорог передвигались маленькие букашки – торговцы и караванные подводы. На севере, близ холодного синего моря на скале находился замок Темного. Его окружали небольшие леса и огромные пустоши, населенные мхом и оленями. А в лесах и на заброшенных дорогах прятались черные вихрящиеся точки. Ева опустила голову еще ниже, почти коснулась носом круглых боков глобуса. Некоторые точки мигали и пропадали, а вот другие…

– Не может быть… – выдохнула Ева.

Взмахнув рукой, она создала из воздуха большой лист пергамента и принялась наскоро делать зарисовки. Изобразила линию моря, песчаный пляж и скалу, яблоневую рощу, которую они с Артуром давно не навещали. Вокруг набросала леса и дороги. Черные точки Ева перенесла с особой тщательностью, особенно те, что светились постоянным ониксовым светом. И чем дольше она смотрела на глобус, тем больше замечала эти маленькие точки.

Тем же вечером, едва избавившись от конвоя служанок, Ева отправилась в Сад Трав. Зеленовато-прозрачные духи деревьев исчезали при ее появлении. Они по-прежнему не хотели иметь дел с чужачкой, недавно уничтожившей половину сада. От подобного неприятия Ева приходила в расстройство. Живя в лесу, она привыкла, что дружелюбные духи так и льнут к ее домику, желают помочь или просто понаблюдать. От жителей Сада Трав исходила лишь тоска и желание, чтобы их оставили в покое.

С близящимся наступлением осени Сад Трав постепенно одевался в желтоватую листву. Это происходило медленно, почти незаметно глазу, просто однажды на карликовом белом дубе, как первые морщинки, появлялись слабые золотые разводы. Просто клонил голову яркий подсолнух и самые хитрые воробьи начинали выклевывать созревшие семена. Просто ложноплодка начинала сохнуть и грустить, и даже полив сладким сахарным сиропом не мог привести захандрившее растение в чувство.

И Ева чувствовала этот переход острее, чем когда-либо. Во время жизни в замке у нее не было столько времени на созерцание, да и в пансионе – тоже. В своей лесной избушке, по которой она уже начала скучать, Ева не успела встретить золотой осени. А здесь… Здесь сам воздух, бодрящийся вечерними ветрами, гнал с моря холодный шепот. И он шептал о том, что осенью всегда приходится принимать сложные решения.

Ева немного побыла в Саду, пообщалась с растениями, тщетно попыталась призвать духов, а потом не выдержала и поднялась на стену. Оттуда открывался великолепный вид на водную гладь. Оттуда можно было вести бесконечные разговоры с небом и морем. Именно там ее нашел Артур. Бесконечно прекрасная и очень далекая девушка немигающим взглядом смотрела куда-то за горизонт. В этот момент вся ее гордость и колючая самозащита испарились, он стала очень хрупкой и нежной. Казалось, коснись пальцем – и она рассыпется под ноги белоснежными кристаллами.

– Ева… – тихо позвал Артур.

Девушка вздрогнула, качнула головой, прогоняя мысли. Из глаз ушла тревога, как только она поняла, кто именно зовет ее по имени. Ева протянула юноше ладонь, раскрашенную яблоневым цветом, и он коснулся ее. Ладонь была теплой. Она теперь всегда была теплой. Ева больше не мерзла.

Они пошли вдоль стены, опасаясь привлечь внимание ночных стражей. Простые заклинания помогали усыплять их бдительность и отворачивали взоры. Влюбленным хотелось прогуляться под тихий плеск волн. Дышалось свободно и легко, воздух будто искрился чистотой и морской свежестью. И они шли. Не глядя друг на друга, но каждой клеточкой тела ощущая такое нужное присутствие.

– Я смогу выкрасть твой договор, – в конце концов, прервал молчание Артур. – Но отец быстро обнаружит пропажу. Нам нужно все обдумать и найти стабильный портал…

– Я нашла карту порталов… – медленно проговорила Ева, глядя в море.

Почему-то сейчас ей меньше всего хотелось делиться своей находкой. Не то чтобы она не доверяла своему возлюбленному, просто… Не хотелось самой рушить установившуюся тонкую близость. Да и сложно избавиться от вбитой в голову настойчивой потребности в самозащите, боязни нового предательства.

– Правда? – удивленно воскликнул Артур. В его глазах читалось крайнее изумление. – Но как? Она считалась утерянной много лет назад!

– Видишь, даже ты не знаешь своего замка, как свои пять пальцев, –отшутилась Ева. – Теперь у нас она тоже есть. Мы можем сбежать в любой момент, как только ты выкрадешь договор.

– Сколько тебе осталось времени, чтобы закончить лечение? – поинтересовался Артур, уже начав что-то прикидывать.