Плюшевый: предтеча (СИ) - Плотников Сергей Александрович

А самое главное — он оказался чудовищно силен физически! Нет, Михаил и сам видел, что парень поперек себя шире, и не в том смысле, что толстяк, а в том, что шкапчик такой… ну, комодик — при его-то росте. Чуть повыше гнома из кино, вот так примерно. Но он вообще не ожидал, что в человеческих силах, например, схватить за конец опорной лыжи и загнуть его, помогая буеру проскочить мимо неведомо откуда взявшейся скалы, что вынырнула из метели опасно близко к левому борту.

Хорошо, упругая пластмасса выдержала, не треснула!

И главное, магические детекторы молчали, что на лодке, что на самом парне. А парень, кстати, натурально был молодой, не омоложенный, это Бастрыкин тоже оценил. Пусть всякие там говорят о «старых глазах», ерунда это все — у молодого тоже может быть умный и цепкий взгляд. А вот движения не подделаешь. Из того, кто живет первую молодость, энергия так и прет, движения мощные, нерасчетливые, с запасом. Потом все начинают экономить. Даже маги, которые поддерживают себя вечно юными. Этот парень не экономил, вкладывался щедро во все, что делал. Точно не старше двадцати пяти натуральных, а скорее чуть моложе.

Но оценил это Бастрыкин даже не краем мозга, а вообще совершенно автоматически, просто привычкой «разбираться в людях». Оценил и сложил в папочку, потому что все остальное, что в нем было, стремилось поскорее к финишу, и плевать, кто там ему помогает и почему, хоть демон из Ледяного Ада!

Очень важно было первым пересечь финишную прямую, именно вот на этом кораблике с названием «Первопроходец»!

И они ее пересекли! Буер пронесся под алой лентой с надписью «Финиш», видной даже сквозь метель, под вой ветра и лихо развернулся боком. Пока устанавливали тормозные колодки да сбрасывали парус, к ним как раз добежал главный судья — Павел Волитин, с обледеневшими бровями, весь закутанный в толстую овчинную шубу.

— Ну вы даете! — воскликнул он. — Ну вы и рискнули, мужики!

— Да, поездочка была та еще, — небрежно откликнулся Михаил. — Какие мы по счету?

Но он уже знал, что первые. Вот просто знал — и все.

— Единственные и неповторимые! — заржал Пашка. — Все остальные сошли с дистанции! Либо магию применили, либо спасателей вызвали! Либо просто сказали, что нафиг куда-то лететь, когда рук не видно!

— Ого! — воскликнул Мишка. — Слушай, а я члена экипажа-то поменял! Ильяса спасатели забрали. Правилами, кажется, не запрещается при сохранении командира…

— Да, да, слышали уже, — перебил его Пашка. — Нам спасатели сказали. Ну и где этот твой герой?

— Что? — удивился Мишка.

Обернулся.

Коротышки-комодика как след простыл.

— В тепло, наверное, уже пошел, — пожал плечами Пашка. — Пошли знакомиться! У нас там уже грог и глинтвейн греются, на выбор!

Грог и глинтвейн оказались вкусные, а вот низенького мага нигде не обнаружилось.

Его вообще нигде не обнаружилось.

Мишка его искал на следующий день. Не столько чтобы поделиться призом, хотя это тоже, — еще не хватало обвинений, что он что-то там прикарманил! (Хотя все равно планировал на благотворительность отдать.) Но просто. Ведь реально, даже имени не спросил!

Спасатели, с которыми был маг, тоже терли в затылках. Они тоже как-то… не спросили. Да, раздолбайство, но само получилось… он из бара пришел, причем привел его Саня, и вроде как хорошо его знал, вот они и подумали, что все в ажуре.

Саня тоже оправдывался: «Да не знал я его так уж хорошо, но он уже несколько дней в баре примелькался! Внешность у него заметная, выглядит, как борец-тяжеловес, а сам мелкий, рыжий, шопипец…. Сидел, компотик пил, не пиво даже! В дартс я с ним играл! Нормальный такой парень! Сказал, что не местный, недавно прилетел! Его все просто Лисом звали!»

Но на последних двух метакосмических судах, что привозили пассажиров, не было никого с такими приметами. И уж тем более — мага. Маги все наперечет, все-таки их сильно меньше.

Значит, что? Значит, парень прилетел своим ходом. На драконе — или у него собственное мелкое суденышко. Но драконы на Старой Терре тоже все наперечет, как и суда, способные передвигаться через Междумирье. Их бы предупредили. Нет, маг-то мог и сам построить, из любого мусора, а потом колдовать все время, чтобы не задохнуться и лететь с нормальной скоростью. Но большинство предпочитали покупать комфортабельные. Или в аренду брать. Или вообще покупать билеты на рейсовые.

Выходит, он не с Терры, а с одной из магических колоний? Но по-орденски говорил безупречно, как на родном…

Однако Мишка на всякий случай отдал распоряжение проверить.

И получил очень тревожные результаты!

Оказывается, этот рыжий лис уже чуть ли не неделю крутился в центре столицы, причем, что характерно, в районе его, Мишкиного, дома и здания правительства! Никаких особых расспросов не делал, фотографического оборудования в руках у него тоже не заметили. Но сама тенденция настораживала.

И самое настораживающее, что после той гонки на буерах он как сквозь землю провалился. Как в воздухе растаял! Как не было!

Правда, уже потом, когда его приметы по радио передали (телевидения в столице пока не было), явился с информацией владелец небольшой гостиницы. Оказывается, это у него парень жил и столовался всю неделю. Никого к себе не водил, ел в общем зале, шутки рассказывал, душа компании просто. Утром в день гонки расплатился, забрал вещи и сказал, что закончил все дела в столице и уезжает.

Кстати, в журнале постояльцев тоже расписался просто как Лис. Хозяин документов не спросил: на Биполярке это было пока не принято.

М-да. То есть что, планировал покушение на Мишку прямо во время гонки, но что-то пошло не так? Или… отравил его чем-то долгоиграющим?

Но как он так рассчитал, что спасателей не хватит и Саня именно в привычный бар явится, подмогу вербовать? То ли он аналитик высочайшего класса… да нет, не бывает таких аналитиков, слишком велика доля случайности! Значит, были у него подручные, которые помогли эту случайность организовать!

Михаила проверили лучшие маги-целители, анализы он сдал все, какие мог — и ничего не нашли! Тип на него никак не повлиял, точно не отравил. А гиас наложить и не мог: Михаил ведь не был магом. Но на всякий случай на наличие гиасов его тоже проверили — мало ли. По нулям.

Такое ощущение, что парень возник ниоткуда, потрепался с завсегдатаями баров, работницами прачечных и продавщицами лавок в центре столицы, помог Михаилу выиграть гонку и исчез в никуда.

Жене Михаил об этих эволюциях не рассказывал, чтобы зря не тревожить. Ничего ведь толком не было. Поэтому она очень удивилась, когда он вдруг подскочил среди ночи и с руганью сел на кровати.

— Миша? Что случилось? — Виктория тоже тревожно села.

— Сукин сын! Двуличный! Трехличный уже! Мля, как это у него получилось вообще⁈

— Миш, ты что? Три часа ночи!

— Извини, извини! — Михаил понял, что не может лежать, вскочил. — Я просто понял, мать! Это он! Больше некому!

— Я чаю заварю свежего, — вздохнула Виктория, обреченно выбираясь из кровати. — А потом ты мне все расскажешь.

Он и рассказал. Подробно, структурированно, как привык. Виктория поймала его мысль налету.

— И вот потому, что он со всеми болтал, его никто не засек, не сфотографировал, не подумал спросить имя или документы, допустил до участия в спасательном отряде…

— И потому, что он помог мне выиграть! — воскликнул Михаил.

— Да, и поэтому ты думаешь, что это был Аркадий?

— А кто же еще!

— Но… дорогой. Ты сам сказал. Рыжий… но это ладно. Маленького роста?

— Если бы не это, я бы раньше догадался, — хмуро сказал Михаил. — А сейчас, в полусне, подумал. Квантовый перенос был — был? Я не поверил особо, но вдруг. А ноги ему таки отрезали. Может, там чего-то переформатировалось у него…

— Бред какой-то! — Виктория передернула плечами. — Он что же, коротконогий был? Как лилипут?

— Да нет, нормальный…

— Ну ты и представляешь, сколько там надо форматировать?