Добродетель злодейки. Том 1 - Jin Bae Hee

Лераджия несколько раз провела пальцами по украшению.

– Кулон… Вы интересуетесь им? Я видела, что вы общаетесь с Джинджер в последнее время, неужели она попросила вас украсть мою подвеску?

– Конечно нет.

«Не украсть, а пойти и украсть вместе».

Хамель вместо ответа слегка улыбнулся.

Лераджия оказалась весьма назойлива. К примеру, накануне она заявилась к нему в дом, хотя он лишь вскользь упомянул свой адрес. Цель визита Лераджии была проста: она хотела выяснить хоть что-нибудь о проклятии Изаны. Она думала, что маг Хамель может знать способ снять его.

Но у Хамеля имелись лишь смутные догадки.

Когда он провожал Лераджию, то случайно увидел ее будущее. Опять же, это было совершенно не связано с его волей. В видении Хамеля Лераджия и Изана стояли на террасе бального зала. Король держал в руках кулон Лераджии, внимательно изучая его. Вернув драгоценность, он встретил ее загадочную улыбку, а затем девушка кое-что произнесла…

«Ваше Величество, простите, но не могли бы вы надеть кулон на мою шею?»

Ее улыбка, безусловно, была обращена к Изане, но взгляд странным образом оказался устремлен в другое место. Но куда же?

Хамель присмотрелся и опешил. Джинджер приникла к стеклянной двери террасы и наблюдала за происходящим. Лераджия демонстративно склонила голову набок, а Изана, немного подумав, в конце концов начал надевать на шею девушки украшение.

В этот момент лицо Джинджер исказилось. Она закусила нижнюю губу, пытаясь сдержаться. Но слезы, застывшие в уголках глаз, капельками скатились по ее щекам.

На этом видение завершилось.

Хамель не мог оставаться равнодушным, увидев слезы Джинджер. Джинджер совсем не шло плакать. Именно поэтому Хамель растрогался еще сильнее. Даже если он решил избегать ее из-за хаоса, который был в его голове.

Уже на следующей день Хамель нашел Джинджер на балу и помешал ей увидеть Лераджию и Изану. Он снова обнял Джинджер, которая была несказанно красивой. Мир сразу же перестал быть опустевшим для Хамеля, а на сердце потеплело.

Он хотел, чтобы время, когда он обнимал ее, длилось вечно. Он не мог понять, почему она, о которой он никогда не думал как о ком-то, в кого можно влюбиться, стала для него уникальной. Да и разве есть веская причина, чтобы влюбиться в Джинджер?

Но в итоге Хамель понял, что действительно думает о Джинджер по-особенному. Все-таки он влюбился. Ведь его сердце трепетало.

– Не знаю, уместно ли говорить вам слова, которые сделают вас еще более жалким в этой ситуации, но, думаю, мне нужно сказать, – твердо заметила Лераджия.

Хамель, сглотнув слюну, ответил:

– Что такое?

– Я думала о вас в присутствии Его Величества, когда сняла кулон. К тому же я забыла надеть браслет, который вы мне подарили.

Хамель посмотрел на запястье Лераджии, на котором ничего не было. Магический браслет обладал теми же свойствами, которые были у аксессуара, предназначенного для Джинджер. Браслет, который стирал воспоминания о Хамеле Брее, маг подарил Лераджии в тот день, когда раскрыл ей свою личность. Кроме того, он попросил ее надевать браслет, когда она будет встречаться с Изаной.

Хамель горько усмехнулся. Благодаря «оку мудреца» он уже вчера знал, что Лераджия не наденет браслет. Но это больше не имело значения. Ведь он раскрыл свою личность Джинджер и Лераджии. Он предчувствовал, что Изана скоро тоже будет в курсе. Секрет не мог оставаться секретом.

– Хамель Брей, я не представляю, по какой причине вы видитесь с Джинджер, но вам не стоит мне мешать. Вы утверждали, что, если я полюблю Его Величество Изану, исход будет трагичным, но я не верю вам, хоть вы и великий маг, не уступающий моему дедушке. Я верю своим чувствам. И сейчас меня волнует отношение ко мне Его Величества, а не туманное будущее.

Хамель молчал.

– Поэтому если вы вместе с Джинджер собираетесь спасти меня, вам надо прекратить свою затею. Оставьте меня в покое. Я сама разберусь со своей жизнью. – Ее голос был решительным.

Прогрессивная Лераджия привлекала всеобщее внимание – она всегда и везде сияла и держалась уверенно, конечно, как и сейчас.

Но у Хамеля не получилось восхищаться ее хвалеными качествами, поскольку он не мог должным образом сосредоточиться на ее словах. Хоть он и смотрел на Лераджию, он постоянно думал о другой. О Джинджер Торте, которая так хорошо помещалась в его объятиях, о ее чудесном тепле.

Да, Хамель не мог забыть тепло, исходящее от Джинджер, которое он чувствовал на кончиках пальцев. Ощущение руки, которая гладила его по спине, не исчезало. И он не мог забыть, как она удалялась от него, когда покорно последовала за Изаной. Хотя Джинджер и остановила слезы Хамеля, в конце концов она ушла вместе с королем. Сердце Хамеля заныло.

Что же нужно ответить Лераджии?

– Я… просто хотел счастливого финала истории… чтобы никто не пострадал.

Он хотел, чтобы Изана, проклятый учителем Хамеля, был счастлив, Джинджер, страдающая от неразделенного чувства, обрела любовь, а Лераджия не погибла от руки Его Величества.

Внезапно ему вспомнился разговор, который Джинджер вела с ним некоторое время назад.

И тут Хамеля осенило.

«Да, меня не хватает».

Хамель понял, что по-прежнему пренебрегает своим счастьем ради блага других.

Сможет ли он быть счастливым? Все, что он умеет, – это магия, сумеет ли он, у которого нет даже намека на расслабленную чувственность, стать по-настоящему любимым кем-то?

– Фух… – Хамель глубоко вздохнул, полный забот.

Он по-прежнему был магом и лицезрел будущее, которое не знали другие. Он пытался изменить людские судьбы, но и Лераджия, и Джинджер полюбили Изану. Скорее, изменилось только его собственное сердце.

Хамель видел будущее, но ничего не мог сделать по своему усмотрению. Но, наверное, Хамель изначально ничего не мог изменить так, как ему хотелось.

– Пора уходить, у нас мало времени.

– Да, Ваше Величество.

Изана направился к двери и распахнул ее, а затем кивнул мне, пропуская вперед.

Вскоре мы уже шли вместе. Как ни странно, сейчас ощущение было совершенно иным, чем несколько минут назад. Изана шагал рядом со мной плечом к плечу. Его Величество не казался мне неприступным, несколько раз он даже случайно касался моей руки.

Если бы я взяла его за руку, это был бы искренний жест с моей стороны. Кстати говоря, я подумывала вроде бы ненароком так и сделать. Но пока я ничего не предпринимала. Мне нравилось мимолетное прикосновение.

Изана находится совсем рядом, и я действительно могла его коснуться. Я удивилась: то, о чем я мечтала в башне, сбывалось наяву. Я осторожно взглянула на спокойное лицо Изаны.

Но вдруг я увидела Хамеля и Лераджию. Они о чем-то переговаривались. Хамель понурился, а Лераджия была чем-то сильно недовольна и скрестила руки на груди. Мне захотелось увидеть лицо Хамеля, опустившего голову. Интересно, высохли ли слезы на его покрасневших печальных глазах? Вскоре мы приблизилась к этой паре. Между нами повисла напряженная тишина.

Первым паузу нарушил Изана.

– Пора расходиться. Я побеседовал с госпожой Лераджией и с Джинджер тоже поговорил, и… – Его Величество, глядя на Хамеля, запнулся. Взгляд Изаны стал немного растерянным. – Рара, ты еще в отпуске, можешь не возвращаться во дворец.

– Да, Ваше Величество. – Голос Хамеля звучал грустно.

Изана, как и сказал, ушел первым. Конечно, он незаметно подмигнул мне.

Мое сердце бешено заколотилось, но Изана быстро исчез из виду. Я посмотрела на Лераджию и Хамеля. Похоже, они никуда не торопились.