Биатлон. Мои крылья под прицелом (СИ) - Разумовская Анастасия

— Иляна…

— Заткнись, сделай милость!

Впрочем, ко мне это тоже относилось: дыхалку нужно беречь. Я вдруг вспомнила про Аратэ. Если лепрекона вызвать сюда через монету… Шульмы степные! Он же ранен. Тащить двух раненных я не смогу. Но можно сообщить… Да нет же! Они ведь и сами всё видят!

И тут я осознала, что наблюдатели и правда видели всё. Вот прям всё. Как Харлак напал на Эрсия. Как атаковал меня, как его убила Валери… И никто не вмешался. То есть, это — нормально для их турнира?

— Ты проиграешь, — прохрипел Эрсий.

— Знаю, — огрызнулась я.

Ох, не напоминай. Самой тошно. Но думать об этом нельзя.

— Почему ты вернулась?

— Ты мог умереть.

Он помолчал несколько минут, а потом остановился.

— И что? — спросил в недоумении.

Дебил! Мне очень хотелось материться. Причём не по-русски, по-калмыцки, но я закусила губу и глянула в его глаза. Они встретили меня таким по-детски изумлённым взглядом, так всматривались мне в лицо, словно пытались найти там ответ на теорему Коши, или как там её. Я не сильна в математике.

— Какая тебе разница, умер бы я или нет? — уточнил Эрсий.

— Идём, здесь недалеко осталось. На лыжах будет проще.

— Ответь, — велел он требовательно

Подумал и добавил намного мягче:

— Пожалуйста.

— Потому что в моём мире не проходят мимо умирающего. В моём мире, если спортсмену стало плохо на трассе, ему вызывают ско… врачей. Жизнь любого человека — бесценна. И ни одна медаль, ни одна награда её не стоит, — убеждённо заявила я.

— Но я не человек.

— Это неважно.

Мы пошли дальше. Лыжи скользили, передвигаться с пешеходом было ужасно неудобно. И всё же они хоть как-то распределяли вес. А что, если раненного поставить впереди? Или позади?

Эрсий вдруг снова остановился. Напряжённо оглянулся.

— Давай, — взмолилась я. — Нам нужно быстрее дойти до финиша, сын твоего отца! Ну же! Во-первых, жгут очень долго был на твоей ноге, ты её можешь лишиться насовсем. Во-вторых, кровь продолжает подтекать. Вон, смотри какой след. И штанина заледенела совсем, мокрая от крови.

— Иляна, уходи.

— Рехнулся? Я для того проиграла, чтобы тебя бросить⁈ — я невольно снова перешла на крик.

Он прижал палец к моим губам.

— Тс-с.

И я вздрогнула, поняв, что остановился Эрсий не просто так.

— Я говорю, ты — слушаешь, — шепнул он. — Я приказываю, ты — исполняешь. Ты слышишь это?

— Я слышу тебя, но это не значит, что я…

Он закрыл мне рот ладонью.

— Тише. Не меня.

Я прислушалась. В лесу стояла полная тишина, только сосны поскрипывали и трещали.

— Ничего не слышу.

— И я.

Его лицо было настолько встревоженно, губы плотно сжаты, что кричать мне расхотелось. Я отдёрнула лицо от его руки и прошептала:

— А тогда почему ты…

— Тишина, — снова зашипел он. — Это плохо, Иляна. Помнишь, как карги…

— Кто?

— Иглоногие карги разом сбежали?

— И это значит…?

В его взгляде промелькнуло раздражение, но тотчас исчезло.

— Это значит, что кто-то большой хочет нас съесть. Кто-то, кого боятся карги.

Я фыркнула:

— Думаю, их испугает даже лиса.

— Напрасно. Карги — очень смелые существа. И стайные. Их стая может обглодать волколака до костей.

Тут меня проняло. Я вздрогнула всем телом.

— Тогда чего мы стоим? Нам надо торопиться. Пошли, — потянула его вперёд.

— Уходи. Ты можешь. А я вряд ли успею.

Я стиснула зубы, и надоедливые слёзы снова защипали глаза.

— Не смей! — прошипела на него. — Слышишь! Не смей сдаваться! Ты — принц. Ты… ты командир, понимаешь? Идём. Вдвоём проще отбиться. Проще, когда каждый друг за друга.

— Иляна…

— Не смей! Ударю и не погляжу, что ты Высочество, понял? Давай, палки в руки и вперёд!

Он послушался.

Вскоре позади что-то затрещало, задышало, зашумело. Что-то двигалось на нас, ломая деревья, и те, ахая, шумно падали.

— Иляна, мы не справимся, — равнодушно заметил принц. — Даже вдвоём нам не справиться. Это василиск. Будь у меня неповреждённая магия моего рода, надежда бы была, но…

— Заткнись и шевели конечностями.

Потому что я всё равно его не брошу. Иначе потом я себе этого не прощу никогда. А если так, то зачем меня пугать?

Что-то топало позади нас, и земля начала вздрагивать, реально вздрагивать. Но мы уже были недалеко. Я заметила ту разлапистую ель, которая мне заслонила вид на поворот. Поворот, за которым меня ждал Харлак. Оборотень сказал, что принял меня за Валери, но я понимала: врал. Как и всё это время. Просто врал. Он бы убил меня, если бы не банши, не дрогнув и не сожалея ни на миг.

Эрсий молчал. Он всё сильнее опирался на меня, явно слабея. Одно моё плечо оттягивал он, а другое — магострел, ставший просто ужасно тяжёлым. Да ещё и левая рука начала неметь.

Еловая лапа хлестнула меня по лицу: сил объезжать её или придержать у меня просто не было. Метрах в пяти от нас, в стороне от трассы, валялся полуобернувшийся Харлак. Кровь из разодранного горла уже не сочилась — заледенела. Я задрожала, вспомнив собственное состояние из-за песни Валери. Он убил себя сам, я вдруг совершенно отчётливо это поняла.

— Сейчас будет легче, — прохрипела Эрсию. — Ещё немного. Ты наденешь лыжи, и всё станет проще. И быстрее, слышишь?

— Даже на лыжах нам не уйти. Моё бедро…

— Заткнись и делай.

Монстр был совсем близко. Лапа за нами внезапно задымилась. Я ускорилась, насколько могла. Хорошо, что Харлак не успел нацепить лыжи. Снимать их с его тела было бы долго и сложно — мои пальцы совсем заледенели и не сгибались. Встав на колени, я с грехом пополам смогла надеть лыжи на ботинки Эрсия и защёлкнуть довольно нехитрый замок. Но раньше, чем поднялась, в нас ударила струя огня.

Глава 55 Турнир. Финиш

Я обхватила Эрсия руками и свалила на снег. Но всё равно, меня будто обдали из газовой горелки, а сосенка-малолетка позади вспыхнула ярким факелом. Я перекинула магострел, легла на бок, приподнялась на локте и посмотрела в сторону врага.

Он был похож на громадную змею, но на лапах. Двух. Не крылатый. Луч пламени бил из глаз, выжигая всё вокруг. Но погас раньше, чем лес охватил пожар. А хвост… ох! Одним ударом он мог бы размозжить Большеохтинский мост.

— Уязвимые места? — коротко уточнила я.

Тварюга нас потеряла. Она медленно поворачивала голову, пытаясь отыскать. Огненный взгляд погас, и я увидела, что глаза монстра были совсем крохотными. Отсюда они смотрелись маленькими дырочками среди чешуи.

Если бы Эрсий не был ранен! Если бы мы оба были на лыжах, думаю, смогли бы удрать, уж больно чудище было неповоротливым. Но, увы, убежать с одноногим принцем было сложно. Кстати…

— Глаза, — ответил Эрсий сухо. — Броня у него не уступает по крепости металлу.

Понятно. А достать до глаз с земли — невозможно. Василиск был размером с сосну. Или возможно? Я прикинула расстояние. Наклонилась к ноге принца и развязала жгут.

— Что ты…

— Лежи. Кровь должна циркулировать, или ты останешься калекой.

И я принялась массировать эту ногу. Кровь снова хлынула. И всё же, хотя бы на пару минут нужно восстановить кровообращение.

— Ты меня убьёшь, — заметил он.

— Лучше я, чем василиск, — нервно хихикнула я.

Подождала немного и вновь перетянула жгутом. Повыше, задев рукой пах аристократа. Да плевать. Пусть девочки смущаются.

— Лежи здесь и замри, — приказала я.

На всякий случай осторожно накидала на него снега, чтобы тот скрыл чёрный комбез.

— Что ты…

Но я лишь обожгла принца сердитым взглядом.

А потом, привстав на полусогнутых, рванула через кусты на трассу. С разворота выпалила в чудовище. Вряд ли оно ощутило удар, но заметило его. Я едва смогла увернуться от струи огня. Распахнула крылья, взлетела и ударила снова, метя в глаза. И снова, и снова, и снова.

Василиск истошно взвизгнул и бросился на меня. Ударил лапой, и я влетела в сосну. В спине что-то хрустнуло. Лопатку пронзило острым жалом боли. В ягодицу впился отломанный сук. Меня понесло вниз, ударило о ветку, но я перехватила и оседлала её. Вот только — увы — магострел выпал из моих рук.