— Завершён договор наш, — изрёк мужчина. — Ты проиграла. Истекло время твоё.
Он бросил монету. Она завертелась, мир завертелся, и я оказалась у себя дома. В собственном инвалидном кресле. Прямо в комнате, где спала с сёстрами. Хорошо хоть их не было. Позвоночник пронзило болью. Что-то холодное скользнуло по бедру. Я, вздрогнув, глянула. Это оказалась белая змейка, она упала вниз по ноге и растаяла, и в тот же миг боль в ногах исчезла.
Ни лодыжку больше не дёргало судорогой, ни мышцы не гудели.
Тишина. Только лопатки болят и руки ноют. Так сильно ноют, что плакать хочется. Но плакать я не буду. Ни за что.
И тут дверь распахнулась, и в комнату, топоча ножками, ворвалась хохочущая малышка Эльзята. А за ней, нарочито расставляя руки и топая, «догонял» Зурган:
— У-у-у! Это кого я сейчас поймаю? У-у-у! Съем сейчас!
Эльзята завизжала от испуганного счастья и тотчас залилась смехом. Я откинулась на спинку кресла и посмотрела на них. И снова эти слёзы! И снова щекам стало мокро.
Да и пусть. Хотят и бегут, чего уж тут…
Глава 56 Звездный принц
Эрсий открыл глаза и увидел, что находится в комнате, лиловой от вечерних теней. Он тотчас вспомнил минувший день, предательское нападение бывшего вассала, неожиданную помощь Иляны, василиска и… поцелуй.
Это был странный поцелуй. Костёр в морозную ночь.
Принц коснулся губ, и ему показалось, что они ещё хранят её тепло. «Я так и не успел попросить у неё прощение за напрасные подозрения», — вдруг вспомнил он. Приподнялся на руке, опустил ноги на пол и застонал сквозь зубы от судороги, пронзившей тело от пятки до поясницы.
Валери проехала мимо, оставив жениха умирать. Это было разумное решение. Поступок Иляны был лишён логики.
«Я не понимаю» — «Это неважно».
Что — неважно? Его непонимание? Их поцелуй? Или что она имела в виду?
«Нам нужно поговорить», — решил Эрсий. Всё произошедшее тревожило его своей нелогичностью. Оно было… неправильным. Оно рушило чёткие схемы, в которые до сих пор вполне стройно укладывался мир.
Отец логично попытался убить Мёртвого бога, собрав команду единомышленников — это было разумно. Мёртвый бог, узнав о заговоре, логично уничтожил отца и практически лишил магии весь род мятежника. Это тоже было логично. Их помолвка с Валери тоже была исполнена разума: он — повелитель эмоций, она — фея смерти. Неистовая в гневе и ненависти, и именно он мог удерживать её пламя. Сможет, когда магия вернётся к нему. А она сможет избавлять его от боли и тяжести бремени чужих эмоций.
Всё прекрасно и логично выстраивалось в полезную для всех схему.
Учёба в академии, козни, интриги — всех их можно было просчитать и…
«А Харлака я не заметил, — попенял себе принц. — Хотя это было логично. На него указывали разные обстоятельства». Иляна торчала занозой в его сердце, бередя его своей неправильностью. На тренировках Эрсий видел, что она победит Валери. Почему тогда девушка вернулась?
Голова болела от этих мыслей, и Эрсий покинул комнату, едва одевшись, полный решимости во всём разобраться, иначе так недолго и с ума сойти. Даже если понадобится очень-очень долгий разговор, всё равно нужно разложить всё и рассортировать, объяснив каждый нюанс из всего произошедшего.
В библиотеке ему навстречу шагнул Аратэ.
— Эрсий! — выдохнул он. — Ваше Высочество, заступитесь перед магистром за Иляну.
— Заступиться? — удивился принц. — А что она натворила?
— Всего лишь спасла вам жизнь, проиграв турнир.
Эрсий нахмурился. Сегодня все решили говорить с ним загадками?
— За спасение принца её должны были наградить, — терпеливо поправил странного лепрекона.
Аратэ зло выдохнул и ответил, сдерживая гнев:
— Магистр Литасий решил иначе. Он отправил Иляну домой, не исцелив её. В её мире она калека без ног. В случае победы ей обещали исцеление.
Мир сходил с ума, и всё это начинало уже раздражать. Лепрекон, плохо контролирующий эмоции? Это как?
— Хорошо, — кивнул Эрсий.
Отвернулся и зашагал прочь. В самом деле, нужно обсудить этот вопрос с дядей. Аратэ догнал.
— Она точно хотела исцеления? — на всякий случай уточнил принц.
Ну, мало ли.
— Да, — коротко и раздражённо отрезал лепрекон, словно это было очевидно и без ответа
И оно бы было очевидно, если бы… Эрсий оглянулся на него.
— Тогда почему вернулась за мной?
— Чтобы спасти тебе жизнь.
— Зачем?
Аратэ странно посмотрел на него и криво ухмыльнулся:
— Потому что она тебя любит, Эрсий. Разве это не понятно? Ты читаешь эмоции, но не увидел влюблённости?
Ах, вот что это было за чувство… То, которое принц никак не мог распознать… Эрсий задумался. Мысль жениться на Иляне, а не на Валери, вдруг показалась ему вполне здравой.
— Она не тхарг? — переспросил принц через несколько шагов.
Высокородному жениться на тхарге нельзя — мезальянс.
— Нет, — как-то устало ответил Аратэ. — Она из другого мира. Там нет тхаргов.
Ну да. Теперь Эрсий вспомнил, что-то такое девушка и говорила. «В нашем мире…». То есть, ни приданного, ни связей… Он, всё ещё прихрамывая, подошёл к дверям кабинета магистра Литасия. Взял эолитовую ручку и обернулся к спутнику:
— Подожди здесь, — приказал коротко и вошёл.
Литасий был не один. В кресле у накрытого для чайной церемонии стола сидела Валери, обеими руками держала фарфоровую чашку и дула на чай.
— Приветствую, магистр, — Эрсий наклонил голову, — и тебя, благороднейшая. У меня есть о чём поговорить с тобой, дядя.
— Мне выйти? — полюбопытствовала Валери.
— Останься, — приказал Литасий.
Он стоял, облокотившись о камин, и рассеянно листал книгу гербов.
— Можешь остаться, — подтвердил Эрсий. — Верно ли, что ты, дядя, отправил Иляну домой, не исцелив её?
— Ты пришёл говорить со мной о тхаргице? — удивился магистр.
— Она не тхаргица, и ты знаешь это.
Литасий пожал плечами:
— Исцеление было наградой за победу. Иляна не победила.
— Она спасла жизнь мне, твоему племяннику. Разве это не стоит награды?
Эрсий почувствовал, как от сердца поднимается гнев, и решил не успокаивать его. В конце концов, что малосил себе позволяет?
— Она сделала выбор. И её выбор был проиграть. И ты, мой дорогой племянник, тоже проиграл. У тебя есть лишь один вариант вернуться наверх — жениться на победительнице.
— Иляна спасла жизнь принца. Иляна должна получить награду. Валери поступила разумно, выбрав победу, и я не виню её за сделанный выбор. Но жизнь мне спасла Иляна.
Магистр выпрямился, положил книгу на камин и шагнул к Эрсию.
— Мой ответ: нет. Я отправил девушку в её мир. Договор не нарушен.
— Ты не дал ей шанса победить, — процедил принц, делая шаг навстречу. — Ты нарочно оставлял её на скамейке запасных. Я думал, потому что догадался: она летняя. Но ты просто устроил всё так, чтобы не вознаградить девушку. Она много сделала для нашей победы. Больше, чем твои профессора и твоя академия. Только благодаря ей мы вообще прошли в финал.
Гнев разрастался тайфуном, захватывая душу, как буря — море, и Эрсий вдруг почувствовал от этого ни с чем не сравнимое удовольствие. Всю жизнь он запрещал себе эмоционировать и сейчас чувствовал себя, как пьяница, выхлебавший пол бочонка, долго пытавшийся найти и наконец нашедший отхожее место. Пальцы закололо — нити вились, кружились, переплетаясь.
Однако Литасий не дрогнул. Прямо смотрел в темнеющие глаза племянника блёклым взглядом протухшей рыбы.
— Ты никто, Эрсий, — проговорил равнодушно. — Ты не победил. Не забывай, где и у кого ты находишься.
— Ты младший брат моего отца. Малосил. Я не забываю, где и кого я нахожусь.
Их взгляды скрестились. «Я его убью, — радостно подумал Эрсий, — убью не потому, что это разумно, а просто потому, что хочу». И это было прекрасно. В принце пробуждалась стихия, и магия восставала океанской волной.
— Я магистр академии, а ты, Эрсий — её адепт.
