"Так нужно, дитя. Не стану извиняться. Ты поймёшь. Артефакты рода – лишь на пользу. Не во вред тебе. Только тебе"...Шёпот эхом заполнил собой разум. Всё это на самом деле? Или привиделось? Может, меня какой ядовитый паучелло покусал, и я там уже слюни лежу пускаю, а? А меня сладко дожевывают? Я бы в такой вариант больше поверила!
Потому что спокойнее верить в то, что мне всё сейчас привиделось.
И призрак, и зверь, и камень, что пульсировал в такт сердцу. И то, что мои руки сами собой бережно надели перстень на левую руку. И то, что подвеска легко легла на грудь и нырнула под вырез платья. И то, что я поклонилась камню, произнеся несколько непонятных слов.Камень вспыхнул мягкой зеленью, игриво подмигнул мне искрами. Больше он не потухнет. Родовой камень принял меня, обрёл хозяина. Холм проснулся. Откуда-то я это знала точно.Я ещё слышала озабоченное ворчание тварюшки:– Ну всё, шеф, зарядка села. Забавный на этой Земле язык, да Лли? Милота прямо. В общем, я отрубаюсь на время, все силы израсходовал. Да и к лучшему. А то девочка с характером, придёт в себя – пустит меня на коврик!Мягкие звуки музыки сида.Шорох хвоста у моей щеки.– Ну, до встречи, малявочка. Не поминай лихом, – это тварюга, значит, прощается.Тихий стук. Как будто маленькая статуэтка упала. И тьма над моей головой...
... Окончательно я пришла в себя у той самой арки из переплетённых ветвей, которая целую вечность назад привела меня к закрытому сиду.О моём приключении ничто не напоминало.– Ух, холодно! – Выпустила облачко пара изо рта и спросила у травы. – И что это такое было, а? Я вас спрашиваю, да! Уважаемый лес, вы какой зелёной почки меня в эти катакомбы отправили? Мне как теперь с этим разгребаться?
Стояло раннее утро – надеюсь, всего лишь следующего дня. В заповеднике было шумно. Перетявкивались, перекрикивались на все голоса местные твари. Умиротворяющая картина.И отвечать мне, конечно, никто не собирался.Надо взять себя руки, вытащить голову из по... пятой точки и попытаться сориентироваться на местности. Где-то здесь, надеюсь, всё ещё бродит моя команда. И пройти это ширрасово испытание – уже дело чести!Я успела сделать всего несколько шагов по узкой извилистой тропке. Что-то неуловимое отвлекло, заставило дернуться.Я задрала голову, ведомая каким-то странным предчувствием. Сердце кольнуло, в миг захолодило от сладкого восторга и животного ужаса.
Прямо с неба на меня пикировал огромный черный ящер. Дракон был настоящим монстром – размером с несколько лестничных пролетов, с переливающимися всеми оттенками черноты чешуйками и острым хребтом. Огромные крылья легко взрывали воздух.
Я не успела толком осмыслить все произошедшее и испугаться. За миг до того, как брюхо зверя коснулось крон деревьев – он исчез.
Растворился в листве.
И уже через мгновение передо мной сгустился черной кляксой воздух, из которого выступила фигура в плотном темном плаще. Блеснули бирюзой глаза – и я ощутила, как тело цепенеет под властью лорда-энергата.
Ощутила, как жестокая ледяная воля впивается в мою душу. Он даже не прикоснулся ко мне – только по-звериному повел ноздрями, тварь непорядочная! Нет, чтобы девушку накормить, напоить, спать уложить, нервы ей успокоить! А он сам пожрать норовит!
– Какая встреча... – голос был под стать. Тихий, холодный, шелестящий.
Он просто искал пропавших адептов – пыталась успокоить я себя. Если нас долго не было, а эти земли принадлежали Владыке тварей...
– От тебя воняет фейским отродьем. Той самой мерзостью, которая сбежала от нас более года назад... Вот уж не думал, что сегодня будет такой прекрасный день. Владыка Сейлир с радостью выпьет твою душу, мерзавка! – В голосе энергата прорезалась ярость.
Иссушающая, ошеломляющая.
А я поняла одно – от судьбы, похоже, не убежишь. Ни в Академии не спрячешься, ни в портовом городке, ни даже в сиде фейри. Она все равно тебя найдет – и попробует на вкус.
Вот только жаль, что отца предупредить не успею. И лорд Моршерр никогда не узнает, где сгинула незадачливая адептка, на которую у его когтейшества имелись свои планы.
Глава 3. Когтистые знакомства, или вашу ж тварь!
Мир замер. Показалось на короткий миг, что мелодия флейты – пронзительная, резкая, негодующая, сменилась неизвестным мне инструментом. Смешалась с рокотом невидимых барабанов.
Чуждая ледяная сила щекотала кожу. По телу то и дело пробегала дрожь, смешивалась с мурашками и мерзким ощущением проникшего под кожу жука.
Мне было страшно. Да, я могла храбриться сколько угодно, но... Но когда твой самый страшный кошмар вырывается наружу – разум обретает кристальную четкость. Дышать становится легче. И этот самый животный страх сменяется веселой злостью.
Мне смешно, и этот смех был самой лучшей защитой от слепящего ужаса.
Глубокие и капельку раскосые в уголках глаза твари стремительно расширились. Глаза этого энергата не пустые бездушные озера – в них плещется злость, сияют удовлетворение, насмешка, тает брезгливость, шуршит хвостом безумие и отголосок голода.
Он не монстр. Не бездушная кукла. Он живой. Да, он ненавидит меня, да, он хотел уничтожить все, что было мне дорого, но отчего-то мне стало легче дышать. Теперь, когда я видела страх в лицо. И видела, что он так же живёт эмоциями, как и я. Не верю, что все они – заёмные.
Нет. Здесь слишком много личного.
Ветер раздул кроны деревьев. Лес был недоволен. Он шептал что-то, мне пока недоступное, скрёб ветками, как пёс лапами у порога. Он хватал корнями полы плаща энергата. Заступался?
Мне было нечем дышать. Перед глазами плыли круги. Мир начал опасно крениться и темнеть, когда невидимая сила швырнула меня на землю.
Ох! Леди отбила то, что отбивать не положено. Даже думать об этом месте не положено!
Хотела бы я подхватиться и оскалиться кошкой, но сил не было. Уф. Как-то пустовато внутри. Так ощущают себя жертвы энергатов? Но никогда ещё у меня не было такого жуткого ощущения конца. С лордом Моршерром... никогда...
– Мне стоило бы тебя уничтожить на месте, но придется потратить время, чтобы выпотрошить твои воспоминания, – медленно произнёс энергат.
Под капюшоном пряталось жесткое лицо древнего лорда. Бледная кожа, резкие скулы, грубоватая линия губ, черные волосы и тьма с бирюзой во взгляде.
Он больше не смаковал свою победу. Не глумился над поверженным противником. Моя судьба для него была предрешена, давать оправдаться мне не собирались. Но выдать отца? Никогда! Леди из рода Тхи не будет неблагодарной тварью!
Только что я могу? Сказать про Моршерра – сочтут безумной. Не поверят. Не сейчас. Торговаться? Чем?!
А есть ведь...
В ногах слабость. Он не связал меня – не счёл нужным. Он и так контролировал все. По телу пробежала дрожь, но я заставила себя встать.
Словно в ответ на мои мысли позабытое кольцо на пальце вспыхнуло тусклой изумрудной искрой.
Тихо запел колокольчик-подвеска, выскользнул из разорванного ворота. Страшная ладонь в темной перчатке поднялась – и застыла. Замерла в одном касании от моей щеки. Воздух между нами стал обжигающе ледяным, хоть зубами лёд дроби.
Смотреть в глаза смерти и не пасть на колени – нужно иметь либо большое мужество, либо полную уверенность в том, что с тобой ничего не случится, либо просто просто быть отмороженным на всю голову.
Сейчас на меня смотрела моя погибель, и в ее глазах разгоралось пламя.
Когти его были черны и остры, не отражали и капли света. Чужая мощь давила и перемалывала, душила и вытаскивала из глубин души что-то страшное и давно позабытое.
– Сокровища Шер-Лайшин. Знаки рода Шаан'Соэн, – на белом лбу пролегла едва заметная морщина.
А потом... энергат улыбнулся широкой безумной улыбкой. Опустошенной и почти смиренной. Дикой.
– Это дело не будет таким простым, как я думал, фейка. Так и будешь молчать? – Его голос был ледяной вьюгой.
– Мне дозволено говорить, темнейший тирлес? – Я выпрямилась.
