— А теперь вы, мадемуазель Алиса, — поверенный никак не мог успокоиться, — поставьте под оттиском печати свою подпись.
Кот горестно вздохнул и взмыл в воздух, зависнув на прежнем месте зубастой улыбкой.
Я подошла к столу, пытаясь сообразить, какая подпись могла быть у настоящей Алисы.
Благо перед глазами оказался лист с перечнем претендентов на наследство. Мне осталось лишь вывести нужные буквы латиницей.
Поверенный дождался последнего росчерка и довольно кивнул.
— Поздравляю вас, мадемуазель Озэрро. Наследство ваше.
Что, правда, моё? Да нифига себе! Мне достался вот этот музей?
Тетушка Элла молча рванула к выходу. Оттуда гаркнула:
— Максим! Я тебя жду!
Макс виновато глянул на меня, развел руками. Я ему кивнула. Мол иди, не спорь с матерью.
Следом за семейством Брюс к выходу потянулись и остальные. Вскоре в комнате остались мы с Джастином и котом.
— Поздравляю, Алиса, — проговорил капитан. — Как ни жаль, но сейчас я вынужден вас оставить. Если не будете возражать, я бы навестил вас в ближайшее время.
Он спросил это так, что я выпалила раньше, чем успела подумать:
— Конечно, приходите. Буду рада.
— Ловлю на слове.
Капитан склонился и поцеловал мне руку. Потом добавил лукаво:
— Лисетт.
Я почувствовала, что щеки и уши мои наливаются жаром.
— Я не прощаюсь.
На этой ноте меня покинул последний гость.
Я огляделась и счастливо зажмурилась. Мое! Это все мое! Господи, какая я счастливая!
***
В окне виднелся удаляющийся мужской силуэт. Я неотрывно смотрела ему вслед и мысленно представляла, как этот мужчина вернется. Сядет вот здесь на диванчик, подарит мне лукавую улыбку.
Мечтала и млела. Это было, как в сказке. Как во сне. В несбыточном. В волшебном. Но почему-то наяву и со мной в главной роли.
Едва фигура Джастина скрылась за кустами, я повернулась спиной к окну.
Кот шумно фыркнул, проявился полностью, уселся на пол и принялся причмокивая вылизывать под хвостом.
Я только хотела возмутиться, но вместо этого лишь открыла рот. Богатая обстановка гостиной начала медленно таять, как эскимо на солнышке. Как льдинка в весенней луже.
Первыми испарились цветы. За ними и сами вазы. Потом пропали дорогие портьеры. Исчез ковер. Мебель осталась на местах. Вся. Правда, обзавелась убогими потертостями и рваной обивкой. Рассохся паркет. Последними растрескались окна и пошли дырами обои.
Целехоньки остались лишь книги.
— Карета превратилась в тыкву, — вслух прокомментировала я перемены и нервно хихикнула. — Я так и знала. Сплошной обман.
Кот звонко чавкнул, перешел на помывку пуза.
Я прищурила глаза, подкралась к бесстыжей твари и наступила ему мыском туфли на хвост. Слегка. Грозя, но не надавливая. Зло прошипела:
— Как это понимать, дражайший хранитель? Куда все делось?
Засранец нехотя оторвался от важного занятия, сверкнул на меня желтыми глазами.
— Куда-куда! Что ты глупые вопросы задаешь, Алиса? Сама не видишь? Исчезло.
— Исчезло, - повторила я за ним. - Капитан очевидность. Это я и без тебя поняла. А почему исчезло?
— Я перестал держать, — кот посмотрел на меня, как на несмышленыша. - Отпустил и пффф! Все испарилось. Теперь, пока твоя магия не наберет силу, не вернется обратно.
Он смачно прошелся языком по толстым мохнатым ляжкам и нехотя продолжил объяснение:
— Здесь все зависит от твоего дара. Сильная магия — богатый дом. Слабая магия...
— Убогая развалина, — закончила я.
— Умница. — Поганец расплылся в своей фирменной улыбке. — Возьми на полке пирожок.
— Вытри пыль и положи обратно, — съязвила я.
— Ха-ха-ха! — Хранитель завалился на спину, задрыгал лапками, довольный шуткой. — А ты молодец. Хорошо держишься. Ни слез. Ни истерик.
— Не дождешься, — огрызнулась я на автомате. Вновь оглядела хоромы. — А зачем ты всю эту показуху устроил? Для чего всех обманул?
— Пыль в глаза пускал. Стыдно такое показывать людям. Что я за хозяин, если у меня в доме такое...
***
Вот же поганец. Стыдно ему! А обманываться меня не стыдно?
Я уже губу раскатала на натуральный дворец. И вдруг бац! Получи, Алиса, разбитое корыто.
— Хреновая из тебя вышла золотая рыбка, — хмыкнула я невесело. — И хранитель хреновый.
Кот громко фыркнул, расправил крылышки, словно хотел взлететь, но передумал.
— Из тебя хозяйка пока тоже так себе. Магия едва трепыхается.
Магия? Во мне? Нет, это он точно сейчас про меня?
Я неверяще уставилась на наглую кошачью морду.
Врет? Или правду говорит? Не знаю. У меня той магии отродясь не было. И сорока не в счет. Наверняка она и до меня была такой. Как-то же эта шельма пробралась в наш мир, чтобы на меня наорать. Скорее уж это она меня заколдовала, чем я сумела сотворить с ней что-то эдакое волшебное.
Да у нас в мире вообще магия не водится!
Кстати. Я подозрительно оглядела экстерьер своего кота-хранителя. Он ведь тоже поучаствовал в моем попадании сюда. Ну точно он! Вряд ли еще где-то водятся синие коты с рожками.
— А скажи-ка, дружок, - обернулась я к нему. — Не знаком ли ты с одной болтливой сорокой?
Кот замер на миг, потом как-то слишком уж равнодушно отвернулся и стал тщательно вылизывать синюю лапу, растопырив пальцы с когтями и всем видом демонстрируя, что меня не слышит в упор.
— Эй, я к тебе обращаюсь, — я чуть повысила голос, понимая, что меня нагло игнорируют.
Кот, вальяжно потянулся и... Начал исчезать. Первым пропало туловище, потом лапы, хвост, голова. Последнее, что осталось в воздухе — зубастая ехидная улыбка и... алые рожки.
Глава 5. Где я изучаю свои новые владения
Оставшись одна в пустом заброшенном доме, я почувствовала себя точно такой же, как и он - опустошенной и брошенной. Больше всего хотелось есть, спать и зеркало, чтобы нормально увидеть себя. И еще то, чем сказочные принцессы обычно не занимаются.
Только я не в сказке. И совсем не принцесса. Мой организм буквально вопил, напоминая о насущных потребностях.
С этого пункта я и решила начать. Прищелкнула пальцами и рявкнула командным голосом:
— Хранитель, ты куда испарился? Живо иди сюда!
Огляделась по сторонам, пытаясь отыскать наглую улыбку. Тихо проговорила:
— Щаз, размечталась. Бежит и падает.
Подбодрила сама себя:
— Не трусь, Алиса. Ты не с таким справлялась. И с этим справишься.
Добавила громче:
— Между прочим, ты сам меня выбрал. Я тебя не просила. Так что будь добр — исполняй свои обязанности. А то я себе нового хранителя заведу. Только узнаю у Джастина, как это сделать. Он мужик умный...
Улыбка всплыла из пустоты прямо передо мной. Моргнула янтарными глазами, протянула задумчиво:
— Странная ты, Лисетт. Как есть, странная. Словно с луны свалилась. Первый раз слышу, чтобы барона кто-то называл мужиком. Сложно с тобой будет. Ох, сложно...
— Ты тоже странный, — парировала я. — И тоже ни разу не подарок.
Пристально уставилась на улыбку и вдруг ощутила, что она меня жутко нервирует. Вот прям бесит! Улыбнулась в ответ через силу, велела:
— Быстро появился целиком. Это невежливо разговаривать с хозяйкой вот так, - моя рука описала в воздухе рожки, глаза и зубы, — в недоделанном виде. Живо!
А что? Тренировать командный голос, так на совесть.
Сработало. Нет, правда? Сработало!
Чеширский паразит дрогнул и принялся проявляться. Прямо в воздухе. Вскоре показался весь, целиком, завис, лениво помахивая крылышками.
А я открыла рот. В этот раз вместо матерущего наглого кота мне явили миленького котеночка. И все желание ругаться как-то сразу испарилось.
И ведь было ясно, что поганец мной манипулирует, а удержаться от улыбки не вышло. И от погладушек тоже. Рука так сама и потянулась почухать за ушком это ми-ми-мишное чудо.
— О-о-о-о, — промурчал мохнатый поросенок, — правильно Алиса. Чеши старательнее. Та-а-а-ак... Та-а-а-ак... Еще...
