Фиктивная жена для герцога-монстра (СИ) - Амори Элина

— У нас с тобой, Брант, только один путь, — серьезно посмотрел на него император. — И мы должны пройти его до конца. Завтра будет прием в честь… моей болезни. Не смотри так на меня. Я просто назвал все своими именами. Это важный день, поэтому созовут всю знать. Соберутся все именитые роды, все генералы. И ты тоже должен быть там вместе с супругой. Но тебя не хотят видеть при стечении всех высокопоставленных особ, поэтому будут провоцировать, пытаться опоить или подставить. Не снимай маску и перчатку. Избегай неприятностей. Продержись до полуночи.

— А что будет в полночь?

— Увидишь, Брант. — Император слегка улыбнулся и теперь посмотрел на меня. Уже внимательно, не отводя взгляда. — Подойди, дитя.

Я сделала пару несмелых шагов к кровати. Он смотрел на меня минуту, щурился, а потом вдруг с облегчением выдохнул и прикрыл глаза.

— Роди моему сыну наследника драконьей крови, — произнес он вдруг.

Я растерянно заморгала. На глазах выступили слезы. Хотела бы я сказать «да», хотя бы засмущаться от неловкости, но сердце сжалось в отчаянии. Я ведь скоро уйду… Меня не будет рядом.

— Пообещай ему , — раздался во мне серьезный голос хозяйки тела. — Я тебе уже говорила, Эйлин не покинет Бранта.

Я кивнула императору, не в силах произнести ни слова. Он заулыбался.

— Больше мне ничего и не нужно, — сказал он. — Ступайте в гостиную. И помните: завтра вы должны продержаться до полуночи. А пока займите императрицу ровно на десять минут. Я хочу немного отдохнуть от ее назойливого присутствия.

Мы с Брантом поклонились и вышли. К двери тут же кинулась императрица, но Брант преградил ей дорогу, как и просил император.

— Постойте, матушка, — произнес он, — неужели вы не хотите поговорить со мной?

— Кого ты назвал матушкой? — зло бросила она. — Уйди с дороги, я должна быть подле Его Величества.

Я сжала кулон в руке. Мне показалась странной просьба императора побыть одному десять минут. Может, он хотел что-то сделать?

— Скажи ей, что Эльдрик проиграет престол в любом случае, а на принцессу Лавелину поздно делать ставку, она заинтересована кое-кем другим , — быстро оттарабанила Эйлин в моей голове. — Только сделай это аккуратно. Не в лоб.

— Ах, какая жалость, Ваше Величество, — я присела в реверансе, призывая весь свой креатив и знание дворцовых интриг из книжек. — Соболезную.

Императрица развернулась в мою сторону и посмотрела как на грязь, налипшую на хрустальную туфлю.

— Что ты сказала, предательница? — не церемонясь, бросила она.

Ненависть в ее взгляде была почти осязаема. Но у меня не было ни малейшего желания выглядеть хорошей перед ней. Эта женщина называет предательницей ту, кого ее сын истязал в другой реальности.

— Я уверена, Ваше Величество прекрасно слышит, — улыбнулась я. — Но вы верно хотели спросить, чему именно я соболезную. Охотно отвечу. Прошел слух, что похоже, ваш первенец не удостоится звания кронпринца.

— Ты в своем уме, ничтожество?! — взвизгнула императрица. Ее хоть и немолодое, но красивое лицо исказилось гримасой ненависти и покрылось красными пятнами.

— Поосторожнее, Ваше Величество, не опускайтесь до оскорблений, а то о вас пойдут нелестные слухи, — прорычал Брант, чуть двинувшись вперед и заслонив меня рукой, будто боясь, что она кинется или начнет плеваться ядом.

— Не смей указывать мне, монстр! Вот парочка подобралась, определенно вы стоите друг друга! — зло расхохоталась она. — Понятия не имею, с чего ты решила так пошутить, но я тоже могу сказать вам кое-что. Считайте это пророчеством. Совсем скоро на плаху взойдут еще двое. Ты, чудовище, и твоя женушка.

— Поражаюсь вашей осведомленности, — произнесла я, улыбнувшись как можно приветливее, чтобы она и не подумала, будто произвела на нас впечатление. Нам удалось ее зацепить. А значит, все правильно. — Мне показалось, ваши слова звучат не просто как угроза, а как план? Не вы ли собираетесь отправить нас на плаху собственноручно? Вот только отправите или нет, его высочество первый принц трон не займет. И принцесса Лавелина ему не поможет. Ведь у нее другие планы… — Я нарочно присела в реверансе, будто прощаясь. — Всего хорошего, Ваше Величество. И не расстраивайтесь слишком сильно. Кто бы ни занял трон, это ведь в любом случае будет ваш сын, вы же мать всего народа.

Я не успела развернуться. Императрица гаркнула:

— Я не отпускала тебя!

— Простите мою неучтивость, — произнесла я.

Неподалеку стояли рыцари, двое из Совета и слуги. Они не должны видеть ни единого нарушения этикета с моей стороны. Иначе императрица на законных основаниях сможет наказать меня.

Я поклонилась, как подобает в случае извинений.

— Молодец , — похвалила меня Эйлин. — А теперь скажи, что вы на трон не претендуете, а если бы Эльдрик был милосерднее и простил тебе твою любовь к его брату, то ты оставалась бы его преданным вассалом. И даже Брант, сам герцог-монстр, мог бы быть его правой рукой.

Я повторила все в точности, промокнув под глазом несуществующую слезу и изобразив печальный вид.

— Но оставаясь подле его высочества первого принце я ведь правда лишь испортила бы ему репутацию, — закончила я. — Я всего лишь хотела как лучше.

Императрица скрежетала зубами от злости. Она явно не знала, что сказать. То, что я сказала про Лавелину, похоже, заставило ее нервничать.

И вдруг по коридору раздались торопливые шаги множества ног. К нам приближалась делегация из Верховного жреца, лекарей и других жрецов.

Глава 66. Ловушка

Брант

Лицо Верховного исказилось злостью, но лишь на мгновение. Он тут же собрался, изобразил беспокойство.

— Ваше высочество, — проговорил он укорящим тоном, — вы побеспокоили его величество, боюсь, теперь ему станет хуже. Лекари говорили, ему нужен покой.

Я не удержался от злой ухмылки. Спасибо маске, мое выражение лица никто не увидел. Но я уже насквозь пропитался их лицемерными фразочками. Это пренебрежение, которым сквозили их голоса, ненависть, прикрытая показной заботой о людях. Вот только теперь я совсем другой человек. Не человек. Дракон. И больше им не обмануть и не запугать меня, не заставить делать то, что они хотят.

— Покой? — вторил я ему, постаравшись соответствовать этой змеиной ложе. — И поэтому вы идете к нему всей толпой, ваше святейшество? Или это другое ? Я сын Его Величества и имею право посетить больного отца. А вы выставили целый кордон у ворот, чтобы остановить меня. Интересно, почему?

Верховный сузил глаза, вокруг зашептались. В коридоре становилось все многолюднее. Собирались советники, генералы, послы. Видать весть о болезни императора разлетелась по всей стране и подданные поспешили во дворец, чтобы быть в гуще событий.

— Конечно, другое, — процедил Верховный. — Мы поступили так на случай, если монстр обернется монстром. Ведь вы отказались от ритуалов, Вваше Ввысочество. Как теперь находиться рядом с вами?

Я ощутил прилив жара в голове, ярость пробежала по венам. Это была реакция дракона, моя реакция. И теперь я мог ее контролировать. А еще теперь я помнил, что творил этот «святоша» и как он на самом деле заботился о людях.

— Точно так же, как моя супруга находится рядом со мной, — произнес я спокойно и приобнял Эйлин за плечи. — Вам не о чем волноваться.

Вокруг снова зашептались. Верховный скосил взгляд на Эйлин. Она выглядела уверенной, но цепко держалась за мою руку.

— Оставим их, ваша светлость, — произнесла императрица печальным голосом, нацепив на лицо маску скорби. — Идемте к Его Величеству, мы нужны ему.

— Ваша светлость, — позвал я, думая, как еще могу задержать его. — Прошу вашего благословения.

Он вместе с императрицей выпучились на меня и замерли.

— Вы же не откажете подарить благословение Диверии тому, кого она совсем недавно приняла в число своих детей?

В коридоре повисла тишина, а я встал на одно колено, как подобает принимать благословение, не дождавшись ответа Верховного. Время шло, Верховный молчал, глядя на меня напряженным взглядом. Но вокруг начали шептаться, и ему пришлось пойти на уступки. Иначе его действия могли расценить, как противоречие догмам.