Кто ты, Такидзиро Решетников? Том 11 (СИ) - Афанасьев Семён

— Иные каналы связи попробовали? Перед тем, как идти сюда? Есть же банальные мессенджеры.

— Не тот случай, при всём уважении, — покачала головой, потом заметила по лицу собеседника, что тот её технично прощупывает.

На предмет чего? Ломать голову не стала. Уыбка Моэко на пару секунд стала хищной, она наклонилась вперёд и оперлась о стол:

— Если бы я хотела собственноручно подложить свинью Министру МВД, я бы нашла более аккуратные способы, чем тот, который вы сейчас предложили. Такое — и в мессенджере? Ну-ну. — Параллельно пришла догадка — да тип же банально нервничает сам. — Ветры перемен кабмина и до вас донеслись?

Собеседник подобрался, не отвечая прямо:

— Можете хотя бы намекнуть, о какой информации речь у вас?

— Карьерные перспективы первого руководителя вашего министерства, по нашим оценкам, в ближайшую неделю претерпят радикальные изменения. Большего вам сказать не могу, рассчитываю на понимание. Подробности — ему лично.

Пару секунд они мерились взглядами.

— Я отдаю себе отчёт, к фигуре какого уровня пытаюсь попасть вот так запросто. — Якудза отбросила этикет ввиду ограниченности во времени. — Мне нужно порядка трёх минут личного времени Министра. Я согласна ждать, — короткий взгляд на часы, — ещё два с половиной часа, хоть и здесь на стуле у двери. Пожалуйста, помогите организовать короткую встречу? Прошу вас представить, что вы сейчас говорите не со мной.

— А с кем я говорю?

— Пожалуйста, представьте, что сейчас вы разговариваете с моим отцом. Прошу вас действовать так, как вы себя вели бы, появись перед вами лично Миёси Мая.

— Хм.

— Допустим, он потерял телефон и созвониться господином Министром не может, а вопрос срочный — что-то случилось. Вот и пришёл сюда своими ногами.

— Умеете убеждать, — пробормотал собеседник.

— Люди вроде нас никогда не тревожат других по пустякам. Уже молчу, с каких кочерыжек я бы искала парковку в это время для своей машины в вашем районе! — Моэко в сердцах назвала модель, хотя обычно внимания к своему премиальному спорткару старалась избегать. — Как будто мне больше заняться нечем!

Сотрудник секретариата искренне оживился:

— Представляю, как вы намучились с размерами. — Его пальцы выбили дробь по клавиатуре.

Адвокат скупо улыбнулась и промолчала: парковочные места в центре Токио всегда учитывают габариты машины. И так-то найти место — целый квест, а если учесть марку конкретного автомобиля…

— Слушаю внимательно. — Министр оказался доступен быстрее, чем она рассчитывала. — В десять минут уложимся?

Моэко начала набирать воздух для ответа.

— Не сочтите за давление, — продолжил министр с досадой, — и ни в коем случае не принимайте на свой счёт. Миёси-сан, у нас тут такая чехарда с утра, что я как на шпагате между стульями. Однако вам всегда рад, я сейчас о вашей фамилии в целом.

Химэ Эдогава-кай молниеносно перестроилась. Классический японский этикет чуть было не сыграл с ней злую шутку: в формальном месте, женщина, пришла по собственной инициативе, с учётом разницы в иерархии.

Это если судить с обывательской стороны. А получается, расшаркивания лучше опустить.

— Мацуи-сан, моё сообщение вам не займёт и минуты. По делам Семьи я оказалась свидетелем допроса пленного. — Да, именно так.

—??? — брови хозяина кабинета изумлённо поползли вверх.

— Сами пленные уже переданы нами сотрудникам военной контрразведки в обход прокуроров, — Моэко не делала пауз. — Для дальнейшего дознания, если компетентный государственный орган посчитает таковое целесообразным.

— А почему в обход прокуратуры? Как такое возможно? Войны же нет, — чиновник начал усердно размышлять. — Это связано с ночными приключениями в олимпийском бассейне на крыше небоскрёба?

— Бассейн находится не на крыше Йокогамы, на крыше у них вертолётная площадка, — покачала головой посетительница. — Бассейн под крышей, пусть и на верхних этажах.

— Я говорю именно об этом месте. Ваши «пленные» связаны с тем инцидентом?

— Конечно. Прямо и непосредственно связаны, поскольку звенья одной цепи. К слову, этнические китайцы.

— А почему процессуальные действия без прокуратуры? — повторил вопрос подвисший министр.

— Мы и не обязаны собирать консилиум, Эдогава-кай же не госорган, — покачала головой. — Статья… Процессуального Кодекса… «Если гражданин стал свидетелем правонарушения и задержал нарушителя, на место происшествия вызываются представители компетентных органов власти». Точка. Прокуратура в законодательном контексте не оговорена, заявляю как практикующий юрист.

Собеседник в годах явно не успевал мыслью за более молодой адвокатом.

Она пояснила:

— По-простому для полиции, поскольку у вас другие регламенты: звать ли прокуратуру, и какую именно — пусть решают те ребята, которым мы задержанных передали. Поскольку они в отличие от нас — государство, мы как общественники свою часть работы выполнили.

— А с другой стороны, в свете случившегося… — чиновник закусил дужку очков, встряхнулся. — Не сочтите за претензию! Просто уточняю обстоятельства. С чем вы пришли ко мне?

— Задержанные нами китайцы во время опроса показали: Премьер готовит ваше увольнение и увольнение Министра иностранных дел.

— Ожидаемо, — хозяин кабинета поморщился, вздохнул, рассеянно повернулся к окну. — Подробности расскажите?

Моэко аккуратно перечислила все известные ей обстоятельства, акцентируясь не столько на китайском следе, сколько на родной японской составляющей — предполагаемая роль Двора в этом всём плюс вероятные планы некой амбициозной венценосной особы. Носящей титул Принцессы, в Японии теоретически никаких полномочий не дающий.

— Спасибо что зашли и рассказали. — Министр откинулся на спинку и сцепил за затылком пальцы в замок. — Я, пожалуй, тоже должен кое-чем с вами поделиться в ответ.

— Вы говорили четверть часа тому, что у вас есть лишь десять минут. С удовольствием выслушаю всё, что посчитаете нужным — я-то никуда не спешу. Но не хочу злоупотреблять вашим расписанием.

— Я уже сделал поправки в «своём расписании», отложил кое-что — ваш рассказ лишь дополняет картину происходящего, но не меняет её радикально. Для меня.

Он знал, поняла Моэко. Точнее, чувствовал исходя из кабминовской конъюнктуры — чиновники этого уровня всегда тонко чуют ветры.

— Знаете, что в данную минуту происходит в Парламенте?

— Не следила, Парламент — не мой уровень. Что там?

— Всё равно что информационная бомба, Миёси-сан: в обход стандартной процедуры в первом чтении прямо сейчас галопом голосуется законопроект, по которому зоны ответственности Министерства внутренних дел будут обрезаны.

— В каком смысле? — в нынешнем контексте эмоции контролировать необязательно, она захлопала глазами.

— Там сложно всё, — собеседник коротко задумался, подбирая формулировку. — Коалиция протаскивает лихорадочно поправки сквозь регламент — на волоске, чтобы успеть в этом созыве.

— Понимаю почему: после выборов этих физиономий в тех же креслах скорее всего не будет. — Нынешнему составу Парламента в основной своей массе переизбрание на следующий срок не светило.

По целому ряду причин из разряда общественного мнения — за этих избиратели просто не проголосуют повторно.

— Вот и они так решили, — кивнул министр. — Стараются успеть напоследок максимум.

— А в чём суть протаскиваемых поправок?

— Комиссия Общественной Безопасности выводится из министерства в отдельную структуру. Национальное агентство полиции, продолжая подчиняться Комиссии, из МВД тоже выйдет. ¹

— И что тогда внутри Министерства останется? — Миёси-младшая сообразила, что Кое-Кто таким образом уменьшает собственные будущее риски и наступает по двум направлениям одновременно.

Интересно, как Акисино ухитрилась? Не её личный почерк — Моэко видела Принцессу лично, когда та притащилась в полицейский участок для беседы с Такидзиро. Амбициозной дочери Правящей Фамилии описываемый хозяином кабинета масштаб банально не по плечу.