Академия над бездной. Оседлать шторм (СИ) - Скибинских Екатерина Владимировна

Нас рассадили за длинные столы, перед каждым положили девственно-чистый лист пергамента и перо, которое подозрительно подрагивало.

— Первая часть экзамена — теоретическая, — объявил высокий пожилой маг в мантии, обшитой серебряной нитью. Его седая борода сияла в солнечном луче так, что казалась почти прозрачной. — У вас есть один час. Переворачивайте листы. Да пребудет с вами мудрость предков.

Я перевернула лист. И поняла, что мудрость предков решила сегодня взять отгул. Вопросы смотрели на меня с немым укором.

1. Опишите три фазы Лунной Конвергенции 784 года и их влияние на приливные аномалии в Западном море.

2. Перечислите первичные и вторичные компоненты стандартного обережного круга против демонических сущностей класса 3. Приведите примеры рунических вариаций.

3. Проанализируйте социально-политические последствия Драконьих Соглашений. Чьи интересы были ущемлены в большей степени: гильдии магов или кланов гномов-рудокопов?

4. Сравните алхимические свойства крови грифона и мантикоры в контексте приготовления зелий усиления. Укажите допустимые катализаторы.

Я смотрела на эти вопросы. Они смотрели на меня. В голове билась одна-единственная мысль, достойная ответа: «Митохондрия — это энергетическая станция клетки». Я была почти уверена, что это не совсем то, чего от меня ждали.

Паника начала медленно подниматься по пищеводу. Это был не просто провал. Это был ПРОВАЛ с большой буквы, с салютом и оркестром. Я ничего этого не знала. В том учебнике для «чайников», который дал мне Лео, были только самые азы про то, как не взорваться, пытаясь зажечь свечку силой мысли. А здесь спрашивали такое, будто я минимум десять лет работала в местном министерстве магии.

Я посмотрела по сторонам. Лео, сидевший через два стола от меня, уже яростно строчил, его перо летало над пергаментом. Мариус фон Хесс писал с ленивой грацией, будто заполнял анкету для журнала. Даже Элара, клявшаяся, что ее знания ограничиваются травами и природной магией, сосредоточенно выводила что-то на листе, закусив губу.

А я… я взяла перо. Оно оказалось на удивление удобным. Поколебавшись секунду, я нарисовала на полях пергамента маленького, очень сердитого котика. Подумав, пририсовала ему крошечную волшебную шляпу. Пожалуй, на этом у меня все…

Глава 9

Следующие пятьдесят минут я занималась тем, что пыталась применить логику из видеоигр. Демонические сущности класса 3? Наверняка против них помогает что-то святое. Серебро? Соль? Я написала: «Круг надо посыпать солью и серебром. И позвать паладина высшего уровня». Про Драконьи Соглашения я предположила, что драконы, будучи большими и сильными, наверняка всех обманули. «Интересы гномов были ущемлены, потому что драконам досталось все золото».

Когти паники то и дело царапали изнутри. Я кусала губу, слушая, как перья вокруг скрипят по пергаменту. Кларк справа так давил на перо, что оно практически жалобно поскуливало, грозя вот-вот сломаться. Судя по его напряженному выражению лица, с теорией у него тоже было не очень, что немного обнадеживало. Если все завалят теорию, иметь значение будет лишь практика, правда же? Угу. Особенно Мариус завалит, прям поверила.

Тяжело вздохнув, я принялась дальше осматривать народ в аудитории. Элара сидела напротив, время от времени поднимала на меня глаза и посылала короткие ободряющие взгляды и почти незаметные кивки — «держись». Лео через два стола ссутулился, навис над листом, его волосы падали на глаза, перо порхало, выводя ровные строчки. Он поймал мой взгляд поверх очков, едва заметно приподнял бровь и подмигнул. В этом молчаливом жесте было больше поддержки, чем в тысячах слов. Я стиснула зубы и вернулась к своему пергаменту, чувствуя, что хотя бы не одна в этом кошмаре.

Когда час истек и начали собирать пергаменты, мой лист был похож не на экзаменационную работу, а на поле для игры в крестики-нолики с вкраплениями теории заговора и рисунками котов. Взгляд мага скользнул по моим каракулям, бровь медленно поползла вверх. Он вздохнул так тяжело, что, казалось, взвалил на себя скорбь всего мира, и пошел дальше, оставив меня утопать в чувстве собственного ничтожества.

Дальше по плану шла практическая часть. Меня мутило так, что перспектива быть раздавленной лапой Моренны уже не казалась такой ужасной. Нас вывели из зала через широкие двери, и мир вокруг резко изменился. Мы оказались на огромном тренировочном полигоне под открытым небом. Воздух пах мокрым камнем и пылью, перемешанной с чем-то сладким, терпким — ароматом цветущих кустов за оградой. Над головой тянулось небо — слишком чистое, слишком синее, чтобы оно выглядело настоящим. В центре поля рядами возвышались молочно-белые кристаллы, полупрозрачные, словно глыбы льда.

— Ваша задача — зажечь кристалл, — объявил тот же маг, выходя вперед. Его голос гулко разнесся над полем. — Наполнить его своей маной. Оценивается не столько яркость, сколько чистота и контроль.

Вызывали по одному. Кларк, хваставшийся сожженным сараем, вышел уверенно. Грудь колесом, подбородок вверх, губы расползлись в ухмылке. Он вскинул руку — и его кристалл вспыхнул ослепительным огнем, жар обдал нас даже на расстоянии. Но через секунду потух, словно ничего и не было. Контроля ноль. Кларк с досадой скривился и вернулся на место под смешки со стороны Мариуса.

Лео шагнул к своему кристаллу тихо, без пафоса. Он провел ладонью по поверхности, будто приветствуя старого друга, и прошептал что-то себе под нос. Его кристалл засиял мягким ровным светом, теплым, как ночник у кровати. Спокойный, уверенный, надежный. Лео на секунду улыбнулся, поймав мой взгляд, и я почувствовала, как из груди уходит хоть капля напряжения.

Элара выглядела так, будто собиралась молиться. Она закрыла глаза, прижала ладони к кристаллу, губы беззвучно зашевелились. Ее кристалл засветился нежно-зеленым, и по воздуху пронесся легкий запах мяты и свежескошенной травы. Я сглотнула, чувствуя, как в носу защекотало от этой чистой магии.

Мариус вышел на поле так, как если бы это был подиум. Каждое движение излучало самодовольство. Он лениво махнул рукой — и его кристалл вспыхнул ослепительно-белым светом, идеальным, ровным, без единой дрожи. Даже воздух вокруг затрепетал от силы. Его свет обжигал глаза, и хотелось отвернуться. Чистая, концентрированная мощь. Платиновый засранец действительно силен. Я едва сдержала желание показать ему язык, когда он скользнул по мне взглядом, полным презрения.

Сразу после него вызвали меня. Ноги стали ватными, сердце застучало где-то в горле. Я пошла к кристаллу, чувствуя, как все взгляды прожигают спину. Холодный пот стекал по позвоночнику. Дрожащими пальцами я коснулась поверхности. Она оказалась гладкой и прохладной, как лед в бокале воды. Я зажмурилась. «Почувствуй поток маны внутри себя», — всплыли слова из учебника. Внутри меня не было никаких потоков. Только пустота, страх и остатки вчерашней похлебки.

Я честно попыталась воссоздать те ощущения, что возникли в хижине Моренны после ее манипуляций. Я же определенно чувствовала тогда что-то внутри себя, мне точно не показалось! Раз за разом представляла себе свет, тепло, энергию… Ничего. Кристалл оставался уныло-белым. Сзади послышался тихий, полный презрения смешок. Даже не оборачиваясь я знала, кто это. Мариус.

И тут во мне что-то щелкнуло. Злость. Горячая, обжигающая злость на этого самодовольного эльфа, на дурацкий экзамен, на гребаный мир, в который меня никто не звал, и на собственную беспомощность. Я устала бояться.

Снова положила руку на кристалл. На этот раз я не пыталась ничего «создавать». Ухватившись за злость, за пустоту внутри себя, я потянула. Не наружу, а внутрь. Словно засасывала в себя весь этот холод и страх. Эффект последовал мгновенно.

Кристалл не зажегся. Он, наоборот, потемнел. Чернел, как кусок обсидиана, поглощая свет вокруг. Тонкие трещины пробежали по поверхности с тихим, почти музыкальным звоном. Но что удивительнее всего, свет потух и во всех кристаллах по соседству, будто моя тьма вытянула его.