Сделка равных (СИ) - Арниева Юлия

— И это ещё не всё. Иск лорда Бентли движется куда быстрее, чем виконт рассчитывал. На прошлой неделе судебный исполнитель явился на Керзон-стрит с описью не для изъятия, пока только для описи, но сам факт, что исполнитель стоял у парадного входа с бумагами, к вечеру знал весь Мейфэр. Слуги, дорогая, это самые надёжные почтальоны в Лондоне. — Она пригубила чай. — Говорят, под иск попадает и Роксбери-холл. По словам леди Олдридж, именно это выводит виконта из себя более всего прочего — мысль о том, что родовое гнездо уйдёт Бентли в счёт долга. Хотя, — она чуть наклонила голову, — умные люди замечают, что если бы виконт думал трезво, он бы куда больше боялся не потери дома, а долговой тюрьмы.

Я молча сделала глоток чая, думая о том, что загнанный зверь очень опасен и очень вовремя в моем доме появилась дополнительная охрана. Три дня назад Дик привёл двоих, очень похожих на него той же немногословностью и той же привычкой занимать место у двери так, чтобы видеть всё и сразу. Вот только соглядатаи, на которых он рассчитывал, оба отбыли из Лондона по своим делам и должны были вернуться лишь к концу следующей недели, и до тех пор Колин оставался для меня невидимым.

Спустя полчаса, обсудив новую шляпку миссис Паркер, которая, по мнению леди Уилкс, была куплена явно не у той модистки и свидетельствовала о падении вкуса в самых широких слоях общества, предстоящий воскресный обед у леди Вуд, где ожидался некий заезжий итальянец с неизвестными намерениями, и июньскую жару, которая в этом году, по общему мнению, была особенно несносна и, вероятно, объяснялась происками французов, леди Уилкс допила чай, натянула перчатки и откланялась.

А я вернулась в кабинет и ещё с полчаса просидела за секретером, обдумывая услышанное. Человек, теряющий деньги, теряет возможности. Человек, теряющий союзников, теряет защиту. Но человек, теряющий и то, и другое разом, перестаёт просчитывать ходы и начинает действовать наугад. Отчаяние приводит к поступкам, которые трезвый расчёт никогда бы не одобрил, и именно это делало Колина в его нынешнем положении опаснее всего.

Ровно в час дня тишину кабинета нарушил негромкий стук. Миссис Грант замерла в дверях, сложив руки на переднике.

— Обед будет подан через полчаса, миледи. Мистер Финч уже прибыл и ожидает в гостиной.

— Благодарю, миссис Грант. Передайте ему, что я сейчас спущусь.

Финч сидел в кресле у окна, держа шляпу на коленях. При моём появлении поднялся, поклонился и принял предложенную ячменную воду — от чая, как обычно, отказался. Несколько минут мы говорили о пустяках: о том, что на Найтрайдер-стрит наконец починили мостовую, которая последние два месяца норовила сломать колесо у любого въезжавшего экипажа. Финч осведомился о здоровье Мэри, я ответила, что она в добром здравии и делает успехи. Потом он поставил стакан на столик, расстегнул портфель и перешёл к делу.

— Заявка на патент подана, леди Сандерс. Патент на способ консервации мясных и овощных продуктов методом контролируемой сушки, на имя его королевского высочества герцога Кларенса. Рассмотрение обычно занимает от трёх до шести месяцев, но полагаю, что имя заявителя существенно ускорит процесс.

Я кивнула. Финч подтвердил правильность этого выбора ещё на прошлой неделе, когда я изложила ему свои опасения насчёт Мэри и добавил, что патенты можно оспорить. При первом же судебном разбирательстве Мэри вызовут свидетелем, а Мэри умеет многое — она преданна, сообразительна и в обычной жизни держится превосходно, но судьи задают вопросы иначе, чем обычные люди. Медленно, в лоб, с намеренными паузами, которые давят на человека так, что даже правдивый начинает запинаться. Одна заминка и патент аннулируют за подлог, а технология станет общедоступной. С Кларенсом же… пусть попробуют потребовать объяснений от третьего сына короля.

— Трастовый договор подписан?

— Подписан обеими сторонами. Официально патент принадлежит герцогу. Однако по условиям траста герцог обязуется передавать пятьдесят процентов всей прибыли управляющим, то есть мисс Браун и мне, как вашим доверенным лицам. Лицензия на производство является исключительной и не может быть отозвана в течение всего срока действия патента.

— Герцог подписал без возражений?

Финч позволил себе тень улыбки.

— Его королевское высочество подписал всё, что я положил перед ним, с энтузиазмом человека, впервые в жизни видящего документ, обещающий ему доход, а не требующий оплаты долга. Он, правда, поинтересовался, не собираетесь ли вы в будущем производить ром. — Финч сделал паузу. — Я ответил, что не берусь предсказывать планы леди Сандерс, поскольку она умеет удивлять. Герцог нашёл это исчерпывающим ответом и подписал.

С дивана у окна, где Мэри давно уже сидела с книгой на коленях, делая вид, что читает, донёсся тихий смешок. Даже Финч позволил улыбке задержаться на лице чуть дольше обычного, что для него было равнозначно хохоту.

— Что по биллю?

— Третье чтение на следующей неделе. Если пройдёт, дальше комитет и Палата общин. До парламентских каникул три недели.

— Успеем?

— Должны, леди Сандерс. — Он произнёс это с осторожной уверенностью, с какой говорят врачи, когда кризис миновал, но пациент ещё не встал. — Лорд Карлайл настроен решительно, сэр Фредерик Норт поддержит. Лорд Маклин дал понять через посредника, что возражений не имеет. Лорд Грэхем будет против, но он один.

— А Портер?

— Граф Бентли переговорил с Портером. — Финч сделал небольшую паузу, в точности такую, какую делают люди, придерживающие хорошую новость для правильного момента. — Портер воздержится.

— Воздержится, — повторила я.

— Что при четырёх голосах из пяти означает принятие, — подтвердил Финч.

В этот момент в дверях появилась миссис Грант.

— Миледи, обед подан.

Мы перешли в столовую. Миссис Грант накрыла на троих: белоснежная скатерть, серебро, которое она полировала каждую пятницу с религиозной последовательностью, и фарфор с синей каёмкой, который я ещё при переезде обнаружила в буфете и который, судя по всему, помнил времена предыдущих жильцов.

Первым подали суп — густой, янтарный бульон с кореньями и мелконарезанной петрушкой, от которого по столовой расплылся запах, способный примирить человека с любыми неприятностями. Следом Бриггс прислал жареную баранью ногу с мятным соусом, и соус этот был так хорош, что Финч, обычно равнодушный к еде, как человек, привыкший питаться в трактирах, замолчал на полминуты. К мясу варёный картофель с маслом и укропом, тушёный горох с беконом и тонко нарезанные ломтики холодной телятины, оставшейся от вчерашнего. На отдельном блюде пирог с почками в рассыпчатом тесте, который миссис Грант почему-то считала незаменимым при любом обеде, вне зависимости от времени года и состава гостей.

За обедом говорили о пустяках, и это было приятно — именно тем, что не требовало усилий. Финч рассказал, что на Найтрайдер-стрит наконец вставили новые фонари, и теперь по вечерам там почти светло, что по меркам Лондона было событием, достойным занесения в хроники. Мэри, осмелев, поинтересовалась у него, правда ли, что в Ковент-Гарден на будущей неделе выступает итальянский тенор, о котором все говорят, и Финч, к некоторому своему изумлению, обнаружил, что знает об этом, поскольку его племянница не давала ему покоя уже третий день, требуя билетов.

На десерт подали яблочный пирог с заварным кремом и небольшой сыр с крекерами. Финч принял крекер, от пирога отказался и выпил бокал портвейна с осторожным удовольствием человека, позволяющего себе подобное редко и потому ценящего каждый глоток.

Когда обед подошёл к концу, мы перебрались в гостиную. Мэри устроилась на диване с книгой, я опустилась в кресло у камина, Финч занял место у окна, щурясь от послеполуденного солнца и задумчиво высматривая что-то в саду.

Спустя несколько минут приятной тишины, Финч отставил бокал на чайный столик и поднялся.

— Прошу прощения, леди Сандерс, мне нужно на минуту отлучиться.