Путь Строителя. Книга 3-8 (СИ) - Ковтунов Алексей

Снова отскочил, и сразу две лапы ударили по дну ручья, взорвав воду фонтаном брызг и разметав мелкие камешки. В этот раз не стал отпрыгивать далеко, а подгадал момент и нанёс удар топором. Лезвие впилось с чавкающим звуком в условное плечо монстра, и я уже хотел вырвать топор обратно для второго удара, вот только глина вокруг лезвия мгновенно стянулась и зажала его намертво.

– Да отпусти ты, дурак! – рыкнул я, вцепившись двумя руками в рукоять.

Дёрнул на себя, но лезвие и не думало выходить, слишком плотно село в эту проклятую глину. Голем, видимо, счёл ситуацию удобной и свободной рукой зарядил мне по корпусу. Удар вышел скользящий, но хватило, чтобы отбросить меня на несколько метров. Вылетел из ручья, кубарем прокатился по лесной траве, напоролся рёбрами на пару торчащих корешков, но топор так и не выпустил. Инструмент стоит слишком дорого, и выпускать его из рук непозволительная роскошь, что бы ни прилетало в ответ.

[Путь Разрушения I: 22% → 24%]

Два процента за один удар топором? А вот это интересно… Впрочем, уже давно понял, что для продвижения в пути важно не просто тратить Основу на разрушение, а именно разрушать что‑то конкретное, бить с намерением, с пониманием, куда и зачем бьёшь. Ну или бить по глиняному голему, который пытается тебя убить. Мотивация, знаете ли, творит чудеса.

Встал на ноги, стряхнул налипшую траву. Голем уже приготовился к следующему прыжку, и я заметил, как затягивается разрез у него на плече. Буквально пара секунд, и конечность как новенькая, будто никто и не тыкал в неё топором. Глина сама стянулась, уплотнилась и разгладилась до прежнего состояния. Анализ не зря показал «быстрое самовосстановление при наличии материала», и материала тут вокруг навалом, весь ручей из этой глины и состоит.

Дальнейший план сложился мгновенно и без лишних раздумий. Развернулся и со всех ног понёсся через лесную чащу. Голем прыгнул, чуть не достал, земля ухнула позади, и рядом с моей головой пролетел ком глины, сорвавшийся с его лапы. Потом ускорился и попытался сбить меня с ног, но я вовремя ушёл в сторону, потратив ещё единичку Основы на стремительный прыжок. Тело рванулось вперёд и вправо, ноги отработали быстрее, чем мозг успел подумать, и между мной и големом оказалось шагов пять чистого пространства.

[Основа: 3/15 → 2/15]

Ещё пара минут такой погони, и вот за спиной стих треск веток. Оглянулся, замедлил шаг. Голем стоял шагах в тридцати, неподвижный и странно задумчивый для существа без лица. Потом развернулся и с недовольным видом побрёл обратно к ручью. Видно было по всей его глиняной фигуре, что уходить он не хочет, но и преследовать дальше не собирается. Так и запишем, далеко от источника глины отходить не любит. Его можно понять, вдали от ручья ему неоткуда черпать материал для регенерации. Без своего ручья он просто кусок глины, который рано или поздно высохнет и рассыплется. А рядом с ручьём он бессмертная глиняная скотина, которую хоть руби, хоть кидай камнями.

Остановился, посмотрел на удаляющуюся фигурку. Что‑ж, встреча завершилась, и можно сделать заключение. По итогу встречи голем остался с носом, это я могу заявить совершенно уверенно и точно.

Отдышался немного, ощупал рёбра, где прилетело от корешков, поморщился. Синяки будут знатные, но ничего серьёзного. Ну и пошёл обратно к железной роще, а то весь в глине испачкался, промок, и ещё был немного унижен каким‑то глиняным существом ростом мне по пояс. Обидно, конечно, но зато познавательно.

Испортило ли это мне настроение? Ничуть, скорее наоборот. Я нашёл бурую глину с прекрасными свойствами, а ещё подтянул Разрушение на два процента всего за один удар топором. Это больше, чем за всю предыдущую неделю, и это наводит на определённые мысли. Да, ходить вот так глубоко в лес опасно, но в моём случае, судя по всему, необходимо.

Хотя от медведя, пожалуй, убежать было бы куда сложнее, и это стоит учитывать. Не зря же люди стараются не забираться так далеко от исхоженных троп. Точнее, люди с пустыми запасами Основы, а вот если пополнить, то почему бы не прогуляться снова и не накопать бурой глины? А если снова встретится голем, то как минимум убежать от него вполне реально. Главное, не пытаться выдернуть из него топор голыми руками, потому что в следующий раз может прилететь посерьёзнее.

До железной рощи добрался без приключений… Ну ладно, почти без приключений. Все‑таки это лес, заблудиться здесь проще простого, но я не для того запоминал по пути все приметные деревья и валуны, чтобы потом потеряться в зарослях.

Ну и по логике, ручей течет к реке и впадает в нее чуть восточнее деревни. А значит, чтобы вернуться к железной роще, надо повернуться вниз по течению, и идти ровно направо, то есть на запад. Ну ладно, лучше на юго‑запад, чтобы уж точно не потеряться и не пропустить тропу.

Собственно, примерно так и пошел, но в итоге вышел не к роще, а почти у деревни и пришлось сворачивать на тропу и топать еще минут двадцать до рощи.

А там всё в порядке, Тобас все так же продолжает рубить, его приятели таскают стволы к реке и выглядят при этом так, будто их заставили нести собственные надгробия. Работа идет, и мне тут торчать совершенно бессмысленно, даже наоборот, только мешаться буду.

Постоял, посмотрел, убедился, что никто не отлынивает, и зашагал к участку. Пока дошел, глина на одежде успела подсохнуть и начала отваливаться кусками, так что к дыре в частоколе я подошёл уже не сплошной глиняной скульптурой, а просто грязным до безобразия человеком.

А вот на участке царило непривычное спокойствие. Ямы выкопаны, земля увезена, и вся бригада расположилась у берега, вокруг опустевшего котелка. Рект лежал на спине, раскинув руки, и с блаженным выражением смотрел в небо. Уль сидел рядом, прислонившись спиной к перевёрнутой тачке. Один из помощников Хорга храпел, привалившись к куче глины, а второй неторопливо строгал какую‑то палку, видимо, просто чтобы руки занять.

Хорг обнаружился у первой угольной ямы, и выглядела она иначе, чем когда я её оставил. Продухи для забора воздуха были слегка расширены, в каждом из них сидела аккуратная глиняная крышка, пригнанная по размеру, а вся яма сверху была засыпана слоем глины и утрамбована. Хорг не стал просто закладывать дровами и поджигать, а сделал всё по уму, с расчётом на повторную закладку. Продухи закрыты, входы и выходы запечатаны, так что пиролиз идёт полным ходом.

– Давно заложил? – кивнул я на яму.

– Часа два, – Хорг оглядел меня с ног до головы. – Ты где вывалялся, дурья башка? В болото упал?

– Почти, – не стал вдаваться в подробности. – Как идёт?

– Нормально идёт, – буркнул он, – дым правильный, синеватый, правда воняет как хрен знает что. Ещё часов шесть, может восемь, и будет уголь. Горшок под носик твой поставил, кстати.

– Отлично, – я присел на корточки и заглянул в одну из продушин, чуть подвинул ее и заглянул внутрь буквально на секунду. Внутри тускло мерцало, и жар чувствовался даже через слой земли. – А что по извести?

Хорг вытер руки об штаны и кивнул в сторону деревни.

– Пока ты шатался неизвестно где, я сходил проверил горны. Три уже топятся, так что завтра к утру известняк будет готов. – он кивнул куда‑то в сторону. – И еще, Борн передал, что уголь ему нужен вчера, а лучше позавчера, иначе скобы до конца месяца не доделает.

– Ой, да у него есть запас, – отмахнулся я, – Недавно целую партию ему отдал, так что перебьется. Нам уголь нужнее сейчас.

Дела идут даже чуть быстрее, чем я рассчитывал, а горна для кирпичей все так же нет. Но в любом случае, всё идет прекрасно, и если так пойдёт дальше, через пару дней у нас будет достаточно извести, чтобы начать замешивать раствор.

– Ну что, – я потёр руки и улыбнулся, – займёмся кирпичами?

Хорг посмотрел на меня как на дурака. Ну, то есть ничего особенного в его взгляде я не заметил, посмотрел как обычно.

– Ага, кирпичами, – буркнул он. – Навес иди делай, дуркобес. Куда ты их складывать иначе собрался?