Путь Строителя. Книга 3-8 (СИ) - Ковтунов Алексей

Работа закипела одновременно в нескольких местах. Я размечал и копал лунки под столбы, Хорг обтёсывал и подгонял брёвна, Сурик готовил жерди, а Рект с Улем и помощниками Хорга курсировали между берегом и участком, таская камыш и ивняк. Каждая ходка приносила всё больше материала, снопы камыша громоздились у разметки растущей стеной, и к середине дня запас выглядел уже вполне прилично.

Первый столб поставили вместе с Хоргом. Здоровяк придерживал бревно вертикально, пока я трамбовал землю вокруг и подсыпал мелкий щебень для устойчивости. Потом второй, третий, четвёртый. Четыре опоры в ряд по центру будущего навеса, каждая на расстоянии примерно трёх метров друг от друга. Столбы стояли не по линейке, прямых брёвен в природе не существует, но для навеса это и не критично, главное, чтобы конёк лёг ровно и не провисал.

– Подсоби, – Хорг кивнул на коньковый брус, и мы вдвоём подняли его наверх.

Бревно легло в пазы, которые Хорг вырубил на верхушках столбов, и село плотно, без болтанки. Здоровяк проверил, качнув рукой, удовлетворённо хмыкнул и полез обратно вниз.

– А вот теперь стропила, – я указал на жерди. – Парами, от конька к земле, с обеих сторон. Нижние концы просто вкапываем, ничего мудрить не надо.

Дальше пошло быстрее. Жерди ложились одна за другой, и каркас обрастал рёбрами, как скелет огромной рыбы. Ивовой лозой вязали стропила к коньку, перехлёстывая и затягивая, и соединения получались крепкие, хоть и не идеальные на вид. Поперёк стропил пустили тонкие жерди обрешётки, тоже привязанные лозой, и конструкция начала приобретать форму.

Хорг работал молча, быстро и точно, руки делали своё дело без подсказок, а мне оставалось подавать жерди, подвязывать и следить за общей геометрией. Время от времени здоровяк бросал короткие указания Ректу и Улю, и те послушно бежали за нужным куском или подпирали стропило, пока Хорг вязал узел.

Камыш начали укладывать ближе к вечеру. Толстым слоем, снопами внахлёст, снизу вверх, чтобы вода стекала и не затекала под следующий ряд. Сурик забрался наверх и принимал снопы, а я подавал снизу, и мальчишка укладывал их с дотошностью, от которой даже Хорг одобрительно крякнул. Ивовая лоза прижимала камыш к обрешётке, каждый ряд фиксировался отдельно, и крыша постепенно становилась всё плотнее и толще.

К тому моменту, когда солнце начало садиться, навес уже стоял. Не красавец, конечно, не дворцовая оранжерея и не каменный амбар, но вполне крепкая конструкция, под которой можно и кирпичи складывать, и самому спрятаться от дождя. Десять метров в длину, около четырёх в ширину, конёк чуть выше человеческого роста, скаты до земли, торцы открытые. Внутри сухо, просторно, и даже лёгкий сквозняк гуляет, что для сушки сырца подходит идеально.

[Путь Созидания I: 59% → 61%]

Два процента за навес. Немного, но и конструкция не самая сложная, больше объём работы, чем инженерная хитрость. Впрочем, дарёному коню в зубы не смотрят, и каждый процент на этом этапе дорог, тем более, что строил я не в одиночку.

[Основа: 8/15 → 11/15]

А вот это приятный момент, Основа лишней вообще не бывает и всегда можно найти, на что ее потратить.

Хорг тем временем оглядел готовый навес, обошёл по кругу, пнул один из столбов и задумчиво пожевал губу.

– Ветром не сдует? – уточнил он, хотя это был скорее вопрос самому себе.

– Скаты до земли, парусности почти нет. Если ураган, то сдует что угодно, а обычный ветер ему не страшен. – пожал я плечами, пусть ответа и не требовалось.

– Ладно, – буркнул Хорг, что на его языке означало высшую степень одобрения. – Пошли яму загружать, пока светло.

Вторую угольную яму мы заполняли уже в сумерках. Железное дерево ложилось на дно тяжёлыми плотными чурбаками, вперемешку с сухими дровами для растопки. Укладывали плотно, без зазоров, нижний слой из обычных поленьев, сверху железные, и так чередуя, пока яма не заполнилась до краёв. Хорг проверил продухи, убедился, что глиняные крышки на месте, и кивнул.

– Поджигай.

Запалили через нижний продух, сухая растопка занялась мгновенно, и через пару минут из верхнего отверстия повалил густой белый дым. Едкий, с резким кислым запахом, от которого глаза начали слезиться, и все отступили на несколько шагов.

– Теперь ждать… – вздохнул Хорг, – Пока посинеет.

– Вы идите, – бросил я. – Я дождусь. Только стражников предупредите, чтобы в меня стрелой не угостили невзначай.

Рект, услышав слово «идите», не заставил себя уговаривать. Сурик тоже засобирался, хотя глаза выдавали, что уходить не хочется, но мальчишке завтра с утра снова на рыбалку, а потом сюда, так что отдых ему нужнее, чем мне.

– Ты тоже долго не сиди тут, – буркнул Хорг, закидывая инструмент на плечо. – Завтра известняк будет, заливку начнём. И надо бы попробовать, на что годятся твои ивовые прутья в деле, посмотрим, развалятся или будут стоять.

– Это да, надо бы, – я кивнул. – Посижу немного, может пару кирпичей слеплю на пробу, и тоже пойду.

Хорг коротко кивнул, развернулся и зашагал к частоколу, голоса и шаги стихли быстро, и на участке осталась только тишина, треск огня в яме и я.

Подтащил к навесу ком глины, разложил формочки на утоптанной земле и присел рядом. Руки сами потянулись к работе, но голова думала совсем о другом.

Бурая глина… Лесной ручей, залежи по обоим берегам, и посреди всего этого глиняная болванка, которая чуть не вбила меня в землю. Надо было прихватить с собой хоть горсть, хотя бы для опытов, а лучше поймать тот комок, который сорвался с лапы голема, и проанализировать.

Глина голема наверняка отличается от обычной бурой, он ведь насыщен Основой под завязку, и если из неё слепить кирпич, свойства могут оказаться совершенно непредсказуемыми. В хорошем смысле непредсказуемыми, конечно, потому что в плохом у меня и без голема хватает сюрпризов.

Так‑то Основы у меня одиннадцать из пятнадцати, и к утру будет вообще полная, даже если сейчас немного потрачу на опыты с формовкой. Попробовал пропустить энергию через ком речной глины, как учил Эдвин. Тонкая нить скользнула из правой ладони, вошла в глину, прошла сквозь и втянулась в левую. Ощущение знакомое, как будто чувствуешь предмет изнутри, каждую пору, каждое уплотнение.

Узлов в речной глине почти нет, энергия проходит насквозь совершенно скучно, без задержек. Собственно, поэтому и вместимость крайне низкая, руна на таком материале работает еле‑еле. А вот бурая лесная, если верить анализу, уже на ступень выше, и значит, узлов в ней должно быть больше, и руна на ней сядет совсем иначе.

Размял глину, вложил в формочку, пригладил, постучал деревянным бруском, чтобы забить пустоты и еще раз утрамбовал, сняв излишки с краев. Вынул сырой кирпич и поставил под навес на просушку. Раз уж экспериментировать, так по полной. Пропустил через готовый кирпич Основу и обратил внимание, что сбоку, ближе к углу, она завертелась каким‑то странным узором. Собственно, в это место ткнул своей печатью и положил заготовку на землю. Пусть подсохнет, завтра как раз пройдусь анализом и узнаю, насколько хорошо все получилось и работает ли мой метод.

Собственно, для чистоты эксперимента слепил по тому же принципу еще несколько кирпичей и сложил их рядком. Руки работали на автомате, а мысли вернулись к ручью и глиняному голему.

Если Основы будет много, а к утру её будет под завязку, то почему бы не вернуться, накопать бурой глины и притащить обратно? Голем, конечно, скотина неприятная, но он не отходит далеко от своего источника, и достаточно держать дистанцию, чтобы не попасть под удар. А если не держать дистанцию, то можно попробовать отрубить ему хотя бы руку и унести с собой. Безумная идея, разумеется, но из этой глины, пропитанной Основой насквозь, может получиться что‑то по‑настоящему уникальное.

Дело за малым, осталось добыть особую глину, что довольно опасно. Но разве это меня когда‑нибудь останавливало?

Посмотрел на яму… Дым сменил цвет, из белого постепенно становясь сизым, и запах тоже изменился, стал горче и суше. Ещё немного, и можно будет закрывать продухи и со спокойной совестью идти домой.