Эволюционер из трущоб. Том 17 (СИ) - Панарин Антон

Небо откликнулось на его призыв первым. Над головой человека появились плотные чёрные тучи, нависшие так низко, что казалось, будто до них можно дотянуться рукой. Ветер усилился, превратился в ураган, свистящий среди руин горящего города, разносящий во все стороны пепел и искры.

Температура воздуха начала стремительно падать: с двадцати градусов до нуля, затем до минус десяти, минус двадцати, минус тридцати — и всё это за считанные секунды. С неба посыпал снег — крупными хлопьями, которые таяли, едва коснувшись раскалённых руин, но замерзали на холодном песке у берега.

Из-под ног чернокожего во все стороны начала расползаться ледяная корка, захватывая всё на своём пути. Лёд пополз к морю, коснулся волн и начал замораживать их, слой за слоем, метр за метром, расширяясь во все стороны с невероятной скоростью. Чёрное море, тёплое и спокойное, на глазах превращалось в ледяную пустыню, покрываясь коркой толщиной в несколько метров, способной выдержать вес многоэтажного здания.

Горящий город за спиной шамана тоже замерзал. Пламя гасло, здания покрывались инеем и превращались в ледяные скульптуры, мрачный памятник во славу природы.

Шаман продолжал бить в бубен, пританцовывая, и его движения становились всё быстрее, всё яростнее, а песня превратилась в вопль, обращённый к небесам. Лёд распространился на сотни метров вокруг, образовав огромную платформу — плавучий остров посреди моря — и шаман ступил на него. Пройдя немного, он остановился в центре и резко хлопнул в ладоши, уничтожив бубен в яркой вспышке света.

Хлопок разнёсся по округе с силой грома, оглушительный, мощный. Создавший ударную волну, которая прокатилась по льду, заставив его содрогнуться и затрещать. Звук был настолько громким, что его услышали за тысячи километров. Море откликнулось на зов шамана, словно живое существо, подчиняющееся воле повелителя стихий.

Вода начала подниматься, формируя гигантскую волну, на вершине которой расположилась ледяная платформа во главе с чернокожим шаманом. Волна росла, становилась всё выше, всё мощнее, достигла пятидесяти метров в высоту. Волна с лёгкостью оторвала кусок от замёрзшего моря понесла его вперёд, быстро набирая скорость.

Шаман стоял неподвижно, раскинув руки в стороны, наслаждаясь моментом, ощущая мощь стихии, подчинившейся его воле. Платформа неслась с бешеной скоростью точно к берегам Адлера. Туда, где местные жители спокойно жили, не понимая, что уже мертвы.

Шаман усмехнулся, и молнии в его глазах заплясали ещё ярче, предвкушая, как он вернёт матушке природе ещё немного земли, которую люди отняли у неё. А когда на землю придёт его господин…

Адлер. Берег Чёрного моря.

Двое гвардейцев стояли на песчаном берегу, укутавшись в тёплые шинели, защищавшие от пронизывающего ветра, дувшего с моря. Волны лениво накатывали на песок, оставляя после себя белую пену, которая быстро исчезала. Воздух пах солью и водорослями. Небо стремительно темнело из-за туч, надвигающихся с юга.

— Слышал новость? — спросил гвардеец — парень лет двадцати пяти, с рыжими волосами и россыпью веснушек на носу. — Император сменился. Говорят, Архаровы пришли к власти. Как думаешь, станет лучше или хуже?

— Я думаю, что нашему брату класть на всё это, ведь мы и так по уши в дерьме, — буркнул мужик сорока лет, с седеющими висками и шрамом, пересекающим левую бровь. — Тебе не всё равно, за какую власть дохнуть?

— Я так-то помирать вообще не планирую. Э-э-эх! — протянул парень, потянувшись. — Хочется стабильности. Хорошую зарплату, домик свой на берегу, бабёнку. Понимаешь?

— Стабильности, — усмехнулся старший, закуривая папиросу. — Мечтать не вредно.

Рыжий не ответил, продолжая смотреть на море. Небо с каждой минутой становилось всё темнее. Это было неестественно, слишком быстро, слишком резко, как будто кто-то специально затягивал небесный свод тучами, закрывая солнечный свет. Воздух стал холоднее, появилось ощущение, как будто атмосферное давление резко подскочило, вызывая лёгкую головную боль.

— Проклятье, похоже, будет шторм, — пробормотал рыжий, потирая затылок. — А во время шторма подводных тварей сложно заметить. Они любят такую погоду, выползают на берег и пытаются полакомиться человечиной.

— Спасибо за то, что просветил, — усмехнулся седой и добавил. — Но вообще, ты верно говоришь. Нужно доложить командиру, пусть усилит патрулирование на побережье. И народ пре…

Он не успел договорить, потому что рыжий внезапно замер, вытянул руку, указывая дрожащим пальцем в сторону горизонта, и начал заикаться, пытаясь выдавить из себя слова:

— Т-т-там! Там! Т-там что-то есть!

Старший гвардеец резко обернулся, посмотрел, куда указывал напарник, и кровь застыла у него в жилах от увиденного. На горизонте, где небо сливалось с морем, поднималась чёрная стена. Огромная, высотой с пятиэтажное здание. Гигантская волна неслась в их сторону с невероятной скоростью, рассекая море и поднимая водяную пыль на десятки метров в высоту.

— Чёрт! Тревога! Немедленно тревога! — заорал старший, раздавив в кулаке папиросу и бросился к сторожевой вышке, где была установлена сирена.

Рыжий побежал следом, обгоняя напарника, взбежал по деревянным ступенькам и дёрнул за рычаг, активируя систему оповещения. По всему Адлеру разнеслась сирена. Протяжная, воющая, предупреждающая о катастрофе, заставляющая людей замирать на месте и оглядываться в поисках источника угрозы.

Гвардейцы, патрулирующие улицы города, услышали сигнал и бросились к берегу, пытаясь понять, что происходит.

— Эвакуация! Всем срочно эвакуироваться вглубь материка! Цунами! Цунами идёт! — кричали бойцы в рацию, заметив огромную волну.

Люди не сразу поняли, что происходит, смотрели на гвардейцев с недоумением. Когда по венам потёк лёд, обжигая первобытным ужасом, местные жители рванули собирать документы, деньги, драгоценности. Однако было уже поздно.

Волна подошла к берегу через две минуты после того, как её заметили. Никто не успел собраться, спрятаться или убежать. На мелководье волна замедлилась, стала ещё выше, поднялась до семидесяти метров, и её тень накрыла весь город, погрузив Адлер во тьму. Время словно остановилось, люди замерли, задрав головы и глядя на чудовищную стену воды, нависшую над ними.

Волна обрушилась на город с силой божественного гнева. Раздавила здания, как картонные коробки, пронеслась по улицам, вырвала деревья с корнем, подхватила машины и понесла их, как игрушечные кораблики. Вода бушевала, не оставляющая шансов на выживание. Если людям удавалось пережить водяной удар, то немногим позже они тонули, скрываясь под толщами воды.

Гвардейцы на берегу даже не успели развернуться и побежать: волна накрыла их первыми, раздавила, размазала по песку, а затем унесла их тела в море. Сторожевая вышка рухнула под напором тонн воды, сирена захлебнулась и замолчала, оборвав свой скорбный вой. Адлер перестал существовать.

Вода стояла несколько минут, затопив всё вокруг на десять метров в глубину. Затем она начала медленно отступать, возвращаясь в море и унося с собой тела, обломки и всё, что было плохо закреплено. После себя вода оставила лишь чернокожего мужчину с платком на голове. Он был сухим и невредимым, спокойным и невозмутимым, будто пришел искупаться на пляже, а не нести смерть и разрушения.

Он окинул взглядом то, что осталось от города, и на его лице не отразилось никаких эмоций. Ни сожаления, ни удовлетворения, лишь холодное безразличие к человеческим смертям. Он поднял правую руку, провёл ладонью по воздуху, словно благословляя стихию, и тихо произнёс на том же древнем языке, на котором пел заклинание в Турции:

— Смертные умирают, и лишь Владыка вечен.

Его голос был спокойным, размеренным, лишённым каких-либо интонаций. Он развернулся, посмотрел на север, туда, где за тысячи километров находился Екатеринбург, и в его глазах заплясали молнии. На губах чернокожего шамана появилась холодная улыбка.