Памир. Дилогия (СИ) - Шаман Иван

Да, так уметь надо. Только военные матом не ругаются, а на нём разговаривают. Зато уже через пять минут началась движуха: все забегали словно муравьи, неопрятные и расхлябанные десятники вмиг подобрались, подгоняемые пинками и матюгами, а всего через десять минут волна докатилась до рядовых бойцов.

Как Емельянов и обещал, не прошло и часа, как из временного лагеря начали разбредаться отряды. Иногда даже не по взводам, а звеньями, по три‑четыре человека. У одного за спиной баллон и насос, у другого толстое ружьё высокого давления, ещё у двоих обычные переломные пневматические винтовки.

А меня разрывало между желанием отправиться в лес самому и добраться до вражеского дервиша, угрожавшего моим людям, и просто понаблюдать, как работают профессионалы. Второе победило – не только потому что «уплочено», но и потому что враг как раз мог напасть на посёлок во время моего отсутствия.

– В чём дело? – спросил я, заметив, что Милослава сидит в гостиной, грустно глядя в окна. – Ну кроме того что на нас могут напасть в любой момент.

– Простите, господин, – чуть вздохнув ответила женщина. – Я просто…

– Говори, чего замолчала, – подбодрил я, садясь рядом.

– Не так я себе это представляла. Ваше пробуждение и вообще, – тихо ответила Милослава и грустно улыбнулась. – То, во что превратился наш дом. Я больше не чувствую его своим. И не в виде из окна дело, просто…

– Проходной двор, – кивнул я, прекрасно её понимая. – Но такова цена конкуренции. Нам не повезло угодить в начало мясорубки, остаётся лишь надеяться, что, обломав зубы, в ближайшее время османы больше к нам не сунутся.

– Это слабое утешение, – снова вздохнула Милослава. – Ведь и так понятно: как прежде уже не будет. Я… странно такое говорить, но даже в свои годы я оказалась наивна.

– Что я могу сказать?.. Стены можно срыть, ров засыпать, воинов распустить, – я пожал плечами. – Так что всё поправимо.

– Нет, – покачала головой Милослава, а потом добавила: – Нет, в смысле – не нужно этого делать. Наёмники да, уйдут, а крепость пусть стоит. Хотя от лишнего этажа, чтобы вновь было видно реку, я бы не отказалась.

– Стены тогда придётся делать очень толстые, – задумался я. – Хотя можно флигель пристроить, тоже вариант.

– Но ведь дело не в этом! – собравшись с мыслями, улыбнулась жрица. – Вам становится тесно в этом доме, а значит, пора его покинуть. И мне тоже. В Новгороде собирается конклав глав ордена, и я должна на нём присутствовать.

– Можем поехать вместе, – легко отозвался я.

– Должны, – поправила Милослава с неожиданной твёрдостью. – Ведь без вас он не будет иметь никого смысла. Ваше пробуждение меняет всё!

– А знаешь, ты права, – усмехнулся я, посмотрев во двор. – И сад нужно заново разбить, и здание надстроить. А ещё послать сообщение конклаву о том, что всё изменилось, и, если они хотят легитимно собраться, я приглашаю их в Царицын.

– В город? – изумлённо уставилась на меня Милослава. – Но у нас же там даже недвижимости нет! Разве это будет солидно? Может, тогда здесь? но… надо ремонт сделать, обновить всё… да и приглашать в село…

– Не беспокойся. Сейчас нет, через месяц будет, – успокоил я женщину.

Раз купили сапфир, значит, деньги не станут проблемой. Лучше, конечно, не увлекаться и теперь делать камни поменьше, не больше ногтя, но чистые. В идеале – вообще разные. Только нужно нормальное прикрытие, чтобы не обрушить рынок и не прослыть мошенником. Сказать, что нашли в Доне залежи, на дне, что где‑то выше по течению размыло жилу. Вот геологи удивятся!

– Насчёт Царицына, вы серьёзно? – недоверчиво посмотрела на меня Милослава.

– От села я тоже отказываться не собираюсь. Оно станет нашим постоянным источником дохода, – ответил я, прикидывая варианты. – Но делать новый город слишком близко к столице губернии бесполезно: он всё рано будет притягивать к себе людей. Так что поступим иначе – купим участок земли и перестроим его.

– Особняк, – после недолгого раздумья кивнула жрица. – Это было бы здорово. И до Китежа ближе.

– Именно. Об учёбе тоже забывать не стоит.

А ещё о транспорте, но этого я говорить не стал. Меня жутко раздражали местные дороги. Даже не асфальтовые, в дырах, а хоть бы римские многослойные, но нет. Одна грязь да земля, которые после дождя мигом превращались в непроходимое болото. Понимаю, южная граница, за ней только степи да монстры, но я это так оставлять не собирался.

Пока же неплохо было бы прикупить себе не только землю, но и почтовый дирижабль.

Еще больше бесплатных книг на https://www.litmir.club/

Глава 7

– … расчёт оправдался. Удар с колёс их смешал, заставил жаться между рекой и лесом, – проговорил Емельянов, небрежно очерчивая границы подразделений. – Но на этом хорошее всё. Уроды как‑то сумели сохранить большую часть припасов, так что от голода ещё долго маяться не будут. Неделю точно.

– На сухом пайке бодро не попрыгаешь, – заметил я. – Больше беспокоящих атак и чаще смены для ваших людей – и всё наладится.

– За заботу спасибо, но я сам решу, как управляться, – одёрнул меня атаман наёмников, в очередной раз напомнив о статусе. – С беспокоящими атаками не всё гладко. Во время потопа большая часть разведчиков и псарей была не в лагере. Так что они наших диверсантов легко выслеживают и борются почти на равных.

– Почти, – отметил Никифор Петрович, и наёмник кивнул с ухмылкой.

– Степняки, хоть и при технике. Им привычнее быстрые наскоки, манёвры на открытой местности. А в лесу не разбежишься, лошади почти бесполезны, дорогу вы уничтожили, – перечислил Емельянов. – Плохая новость и в том, что они знают: мы здесь, нам тоже нужны припасы, сон и отдых.

– Пусть попробуют атаковать крепость – посмотрим, что от них останется, – пожал я плечами, будучи уверенным в надёжности своих укреплений. – Чем меньше людей мы потеряем, тем лучше.

– Разумная мысль. Но оставаться в каменной кастрюле, когда против тебя дервиш единый с огнём, я бы не хотел, – возразил наёмник. – К тому же мы уже не раз натыкались на алхимические мины, враг использует гранаты и снаряды.

– Чего вы опасаетесь? У нас же тоже есть пушки, – удивлённо спросила Милослава. – В крепости небезопасно?

– У нас обычные, литые снаряды, есть поддоны с картечью, – пояснил я. – Это неплохо против врага в прямой видимости. А вот стрельба по параболической траектории, из мортир, взрывными снарядами куда эффективней.

– Они и в пробивании брони лучше. Нам бы таких, хоть пару десятков… – с сожалением проговорил Емельянов. – Но они слишком дорогие.

– И сколько? – уточнил я, но наёмник лишь отмахнулся. – Москва их не продаст?

– Только для царских войск, и то мало. Производство слишком сложное и дорогое. За каждым снарядом идёт строгий учёт, даже ликвидаторам их выдают под расписку, – ответил Никифор Петрович. – Их кража – тяжкое преступление.

– А наладить производство без контроля царя? – уточнил я заинтересовавшись.

– Ха, если сумеете поставить факторию, я буду первым, кто встанет в очередь на закупки. Да только не выйдет ничего. Нет, вы попробуйте, никто не запрещает, – пожал плечами Емельянов. – Но это сложно, а даже если будут какие‑то успехи, главное – внимание не привлекать. А то мигом всё сожгут.

– Учту, – нахмурился я.

– Раз уж мы коснулись этой темы… Главная наша проблема – дервиш и обнаруженные танки. Они стоят лагерем прямо на дороге между деревнями, заходя в Погорельцыно. Мы их так назвали за сожжённые дома. Неважно, – дёрнув щекой, сказал атаман и ткнул пальцем в карту. – Лагеря – здесь и здесь, большая часть прячется в лесу, где они проводят постоянно вырубку. Жгут не жалея, твари.

– Они могут устроить верховой пожар, – задумчиво проговорил следователь. – Дожди ещё нескоро, а дервиш направит стихию в нужную сторону.

– Большой пожар они не рискнут разводить. Даже если огонь они подчинят, дым и угарный газ не позволят им продвигаться, сами себя погубят, – возразил атаман. – Они не станут так рисковать, по крайней мере, пока мы не загоним их в угол.